Выбрав кратчайший маршрут, она свернула влево.
Земля за ее спиной сотряслась. Пол раскололся, и трещина прошла между ногами Новы. Не устояв, она опять упала. Трещина побежала дальше, делаясь все шире. Уже не трещина, а целая траншея проползла под ярко-алой буквой О в центре вестибюля, разрушая фундамент здания.
Ахнув, Нова наблюдала, куда направляется разлом. Прямо к стеклянному переходу.
Прямо к карантину.
Макс не побежал. Он стоял неподвижно, даже когда прямо под ним разверзся провал.
Нова закричала, но звук ее голоса потонул в непереносимом для слуха скрежете бетона, стоне металла, звоне бьющегося стекла.
Одна из опорных колонн развалилась с оглушительным звуком, будто ствол дерева разлетелся от удара стенобитного тарана.
Стеклянный переход завалился на сторону.
Карантин рухнул.
Глава сорок третья
Адриан пытался разглядеть что-нибудь в черной дыре, окруженной руинами собора. Рядом стояли Руби и Оскар. Все молчали. Они ни за что не заметили бы этого входа, если бы не порхающие над ним бабочки Данны. Лестницы не было видно, даже если стоять в двух шагах, так искусно она была замаскирована. Нагромождение камней казалось случайным, но после сражения с Фобией Адриан понял, что это не так.
Сколько же времени Анархисты пользовались этим убежищем? После побега из метро или даже до того? И что, интересно, может находиться внизу, что они так упорно держатся за это место? Оружие? Склад награбленного? Пристанище злодеев, находящихся в розыске?
– Итак, – сказал Оскар, изо всех сил стараясь не показать, что ему страшно. – Давайте-ка, я пойду первым.
Он уже шагнул к дыре, но Адриан мягко остановил друга, тронув его за плечо. Оскар не стал возражать.
– Ладно, – легко согласился он и в ответ легонько постучал Адриана по спине тростью. Доспехи отозвались, мелодично звякнув. – Пожалуй, в этом есть смысл. Но если передумаешь идти вперед…
– Оскар! – окликнула Руби.
Он оборвал себя на полуслове.
Адриан зашагал вниз по лестнице. Проем был совсем узким, и он с трудом вписывался в него. Первый пролет закончился тесной каменной лестничной площадкой. Он развернулся и продолжил спуск. Прибор ночного видения позволял ориентироваться в темноте, окрашивая подземелье собора призрачно-зеленым светом. Было слышно, что Оскар и Руби тоже спускаются, но это скорее огорчило его, чем подбодрило.
После того как признается родителям, поклялся себе Адриан, он непременно добьется, чтобы доспехи включили в арсенал Отступников. Иногда броня бывает слишком тяжелой и громоздкой, но сейчас ему было бы куда спокойнее, если бы и у друзей была бы хотя бы часть экипировки Стража.
После второй площадки лестница стала немного шире. Вскоре перед ними возникла сводчатая арка с высеченной на камне надписью на латыни.
Они вошли в просторную полупустую комнату. Склеп. Вдоль стен стояли беломраморные саркофаги, над ними высились каменные статуи, покрытые пылью и паутиной. Адриан старался ступать потише, но его массивные сапоги бухали, отзываясь под сводами гулким эхом.
С другой стороны их ждала массивная деревянная дверь с коваными железными скобами, из-под которой пробивался слабый золотистый свет.
Вокруг пальцев Оскара заклубились облачка пара. При первых признаках опасности он наполнит комнату туманом, дезориентируя возможного противника.
Руби размотала проволоку на запястье, освобождая рубиновый крюк.
Адриан коснулся тонкого цилиндра на руке. Его беспокоило то, что пространство так ограничено. Здесь он не сможет использовать пружины на подошвах, а огненные шары в такой тесноте могут ранить союзников. Открывая дверь, он ожидал увидеть Королеву Пчел и Цианида. Броня надежно защитит его от обоих хотя бы на время, а с такими бойцами, как Оскар и Руби, сражение не будет долгим.
Особенно, если они застигнут Анархистов врасплох, хотя шансы на это уменьшались с каждым шагом.
Упершись рукой в дверь, Адриан чуть помедлил, собираясь с духом. Он знал, что за спиной заняли свои позиции Дымовой Щит и Красная Убийца.
Стиснув челюсти, он рывком распахнул дверь.
По другую сторону стоял скелет.
Пронзительно взвизгнув, Руби метнула в него крюк – сработал инстинкт, подумал Адриан. Рубин попал скелету между ребер, он зашатался, и кости с мелодичным звуком осыпались на каменный пол. Череп откатился Адриану под ноги.
Задыхаясь от волнения, Адриан поднял голову. Они были в катакомбах. Саркофаги, гробы, окруженные стенами костей, полками черепов. В двух массивных напольных подсвечниках догорали белые свечи, за ними висел занавес из костей, загораживая проход.
Фобия? Вот куда он вернулся, испарившись с поля битвы? Адриану представился персонаж видеоигры, который каждый раз после гибели возвращается к началу уровня, но смешок застрял у него в горле, перейдя в удушающий кашель.
Лежащие под ногами кости задрожали. Они подползали друг к другу, соединялись, и наконец скелет вновь встал на ноги. Пустые глазницы, зубастая улыбка – череп смотрел с прежним выражением, и, хотя Адриан ощутил исходящее от скелета раздражение, он решил, что это ему просто померещилось.
Скелет низко, в пояс, поклонился и, не поднимая головы, картинным жестом указал им на костяной занавес.
Адриан ступил внутрь, держась подальше от скелета. Убедившись, что Оскар и Руби тоже во-шли, скелет ловко забрался на широкую деревянную полку, висящую над саркофагом, лег, скрестил руки на груди и успокоился. Или упокоился?
Не успел Адриан отвести взгляда от скелета, как костяная завеса с треском упала, осыпалась на каменный пол. Кости разлетелись во все стороны.
Он резко обернулся. И на миг разучился дышать. Глаза отказывались верить тому, что видели.
Ас Анархия.
Ас Анархия!
Мысли Адриана метались. Может ли быть такое, он не бредит? Полной уверенности не было. Сохранилось всего несколько фотографий этого злодея без шлема, да и на тех он был совсем молодым – задолго до прихода к власти. Этот человек не был молод. Да и могущественным он тоже не выглядел. Серое лицо избороздили морщины. Волосы редкие, худобой он скорее напоминал гостеприимный скелет, пригласивший их войти, чем широкоплечего Одаренного, который совершил правительственный переворот и надолго поверг мир в пучину страха и беззакония.
Но его глаза. Темные, почти черные, совершенно такие, как представлял себе Адриан.
Ас левитировал – скрестив ноги, он парил в воздухе, над усыпанным костями полом.
И голос его прозвучал сильно и звучно, хотя и выдавал смертную усталость.
– Очень рад, – сказал Ас Анархия, скаля зубы. – В самом деле.
Адриана отшвырнуло к стене. Он с такой силой ударился спиной о камень, что с потолка посыпалась пыль. Со стоном выпрямился, попробовал шевельнуться, но, хотя внутри брони руки и ноги двигались свободно, сам скафандр застыл в неподвижности.
Адриан выругался.
Телекинез.
Он был уверен, что предусмотрел все, но, конечно, костюм Стража бессилен против телекинеза, особенно если противник так в нем силен, как Ас Анархия.
Белый дым наполнил катакомбы, до того густой, что Адриан ничего не видел. Он удвоил усилия, пытаясь пошевелиться. Если бы удалось двинуть хоть рукой – дотянуться до груди, нажать переключатель, избавиться от брони…
Бесполезно. Ас не собирался отпускать его.
Раздался боевой клич Руби, и Адриан представил, как она бросает острый крюк в горло Аса… но ее вопль перешел в удивленный вскрик.
Адриан не оставлял попыток высвободиться из невидимых уз, но безуспешно. Ударившись лбом о шлем, он принудил себя расслабить мышцы. Ему нужно успокоиться. Сосредоточиться и подумать.
Прислушиваясь к стонам, хрипам и яростным воплям, Адриан пожалел, что дымовая завеса настолько густа – он совершенно не мог понять, что происходит вокруг.
Адриан заставил сердце биться ритмично и спокойно. Думай. Думай.
Сумев пошевелить пальцами, он обрадовался, решив, что контроль Аса ослабевает, но потом догадался, что Ас, скорее, просто не занимался его пальцами – счел, что достаточно обездвижить тело в целом, от шеи до запястий и щиколоток.
Тогда он, насколько смог, повернул голову внутри шлема. На стене толстый слой пыли. Она покрыла и броню, когда Адриан врезался в стену.
Дым постепенно рассеивался, и он увидел Руби и Оскара. Руби стояла на коленях. Проволока была обмотана вокруг ее шеи, она просунула под нее пальцы, пытаясь не дать себя удушить. По пальцам струилась кровь, тут же превращаясь в кристаллы. Оскар был рядом и пытался освободить ее из западни.
Злодея Адриан не видел, завеса оставалась еще слишком плотной.
Согнув бронированный палец, Адриан прижал его к стене. Он нарисовал первое, что пришло в голову – самое простое, что мог изобразить в таких условиях. На пыли появился кружок. От него отходила загогулина. Сверху – несколько черточек.
Бомба.
Фитиль.
И искра.
– Оскар! – позвал Адриан, отрывая бомбу от стены. – В укрытие!
Оскар вытаращил глаза. Потом сгреб Руби под мышки и оттащил за один из саркофагов.
Адриан выпустил из пальцев бомбу. Она откатилась от стены и взорвалась.
Вспышка была ослепительной. Взрывная волна обрушилась на Адриана с такой силой, что, отлетев, он пробил телом дыру в стене. Упав вперед, он приземлился на четвереньки. Первым делом хлопнул ладонью по груди, убирая броню – и тут же закашлялся от дыма и пыли. В комнате стало заметно темнее. Должно быть, взрыв уронил один из канделябров, погасив свечи.
Адриан потер запорошенные пылью глаза и пополз по полу, стараясь найти Руби и Оскара.
Сначала он нашел удавку Руби – проволока, сплошь покрытая крошечными алыми рубинами, валялась на груде костей.
– Дымовой Щит! – позвал Адриан. – Красная Убийца!
– З-здесь, – кашляя и отплевываясь, отозвался Оскар.
Откуда-то донесся звучный рев, и Адриан поднял голову.
Ас Анархия уже не левитировал. Его простые, свободные одежды были покрыты белой пылью, и ткань затрепетала, когда он поднял руки и раскинул их в стороны. С лицом, искаженным ненавистью, он стоял посреди катакомб, недавняя улыбка исчезла. Сейчас его рот кривился в гневной гримасе, почти гротескной.