Адриан приготовился к атаке. Он ждал, что острый рубин, взлетев, воткнется ему в грудь, трость Оскара попытается ударить одного из них по голове, что их засыплет тысячами костей.
Он услышал скрежет камня по камню.
Адриан вскочил на ноги, не понимая, откуда доносится звук – пока у него на глазах тяжелая крышка одной из гробниц не пришла в движение. Соскользнув, она рухнула на землю, пробив пол.
У Адриана глаза полезли на лоб. Сердце выскакивало из груди – крышкой, понял он, дело не ограничилось. И точно. Весь саркофаг перевернулся сначала на бок, заставив содрогнуться полуразрушенный фундамент собора. Кости мертвеца, потревоженные спустя столько лет, отлетели далеко в сторону.
Адриан, спотыкаясь, попятился. Он помнил истории о том, как Ас Анархия срывал с фундаментов целые здания. Сбрасывал мосты в воду. Направляя танки, крушил витрины магазинов.
Но ведь тогда он был сильным. Тогда у него был шлем. И Макс тогда еще не отнял у него часть силы.
А увидеть сейчас, как этот хилый на вид старец управляется с предметами весом в тонну или того больше – это ошеломляло. Он мог раздавить их. Как червяков.
Вот только Асу, кажется, не хватало сил поднять гробницу.
Адриан, близоруко щурясь, присмотрелся к Асу. Да, в глазах злодея полыхала ненависть, но было заметно, как он устал. Лицо исказилось от напряжения. Зубы скрипели от натуги, на бледной коже выступил пот.
Да, он двигал такой тяжелый предмет, как саркофаг, но с большим трудом.
Ощутив прилив энергии, Адриан бросился на него, замахиваясь для удара, а мозг в это время пытался выработать план действий. Он провел в зале множество тренировочных схваток со своим спарринг-партнером Оскаром, но применить эти навыки в реальном бою доводилось нечасто.
Оказалось, что все это неважно.
Ас Анархия бросил беглый взгляд в сторону Адриана, и тут же упавший подсвечник, взлетев, угодил ему в живот. Адриан с криком упал, согнувшись пополам.
Он вовремя оглянулся, чтобы увидеть, как гробница перевернулась еще раз.
Руби и Оскар с воплями прижались друг к другу. Адриан успел заметить, как Оскар, защищая, прижал голову Руби к своей груди – и тут саркофаг накрыл их, поймав, как в ловушку. Изнутри послышались приглушенные крики и удары кулаков по стенам каменной тюрьмы.
Ас Анархия неожиданно завалился на бок, и Адриан увидел, как он пытается отдышаться.
– С ними я разберусь позже, – прохрипел Ас, вытирая лоб рукавом. Переключившись на Адриана, он поднял голову, внимательно изучая его. В его глазах вспыхнуло что-то вроде интереса, кажется, даже какая-то веселая искра – и Адриан понял, что злодей узнал его. Как это возможно, непонятно. Им никогда не приходилось встречаться, и вообще Ас Анархия сошел со сцены – погиб, как все думали – когда Адриан был еще ребенком.
Но он таился здесь все это время. Прятался. Выжидал. О нем заботился Фобия, а может быть и прочие Анархисты. Наверное, они и снабжали его информацией о Капитане Хроме и Укротителе Ужаса. Они же рассказали о том, кто усыновил осиротевшего сына Леди Неукротимой. Вероятно, ему даже приносили прессу, так что он был полностью в курсе дел своих врагов.
– Как интересно, – снова заговорил Ас, спокойно изучая его. – У меня есть основания полагать, что вы неплохо знакомы с моей племянницей.
Он усмехнулся – так же недобро, как вначале – и вскинул руки над головой.
Адриан сжал кулак. Цилиндрическая татуировка на его предплечье начала светиться, раскаляясь добела, так что кожа с трудом выдерживала.
Позади него задребезжали полки, и он догадался, что Ас тянет их на себя. Пытаясь раздавить его насмерть или хотя бы вывести из строя.
Адриан протянул кулак в сторону Аса. Разжал пальцы.
Но раньше, чем он успел выстрелить, Ас Анархия зашелся кашлем и упал на одно колено. Полки утихомирились.
Адриан заколебался.
В бессильном гневе Ас хрипло вскрикнул и кулаком ударил по земле. Затем, взмахнув рукой, направил в сторону Адриана волну взлетающих с пола костей. Адриан прикрыл голову руками, но кости осыпались, не причинив вреда.
Ас снова испустил яростный вопль, напомнив Адриану ребенка, готового закатить истерику. Злодей с трудом сел, тяжело дыша и потея. В его глазах, поначалу таких цинично-холодных, теперь плескалось неприкрытое отчаяние и злоба. Он махнул обеими руками, но Адриан позволил себе не уворачиваться от костей. Сил на атаку у злодея не осталось.
Ас Анархия исчерпал себя.
Злобно шипя, он наклонился и просунул пальцы в пустые глазницы черепа.
– Будьте вы все прокляты, – проскрипел он. – И ты, и Отступники, и ваш Совет. Это они сотворили со мной такое. Превратили меня в это.
Адриан осторожно опустил руку, хотя татуировка продолжала жечь кожу.
– Ты сам сделал это с собой.
Ас презрительно фыркнул.
– Глупец!
– Ты сказал, что я знаю твою племянницу? В смысле?
Ас немного успокоился, и по его лицу было видно, что он почти торжествует.
– Думаю, она известна тебе как Кошмар, – он растянул губы в улыбке, – кроме прочего.
Адриан усмехнулся в ответ.
– В таком случае, прими мои соболезнования. Сожалею о твоей потере.
– О нет, полагаю, ты ошибаешься.
Адриан направил на злодея ладонь и выстрелил.
В грудь Асу ударила взрывная волна. Он опрокинулся на спину и, нелепо раскинув ноги, упал без чувств на ковер из костей. В руке он по-прежнему сжимал череп.
С минуту Адриан смотрел на обмякшее тело Аса, пытаясь понять, жив ли он. Этот луч он создавал, чтобы не убивать, а лишь оглушать, – но по сравнению с другими противниками, Ас Анархия был уж очень слаб и немощен. Сейчас при взгляде на бесчувственное тело особенно бросалось в глаза, насколько он изможден.
Но, подойдя ближе, Адриан заметил, что злодей дышит, хотя и слабо.
Обернувшись к саркофагу, он позвал:
– Оскар! Руби!
– Мы в порядке, – раздался приглушенный голос. – Он убит?
– Нет, жив – но без сознания. Держитесь, я сейчас.
Адриан снова трансформировался в Стража, но даже в доспехах ему стоило неимоверных усилий приподнять гробницу, чтобы выпустить друзей. Они сидели, тесно прижавшись друг к другу, засыпанные пылью. Пальцы Руби покрывала корка драгоценных кристаллов. Все молчали, а Адриан заметил, что ребятам трудно оторваться друг от друга, даже когда они уже выбрались на волю.
С трудом разогнув спину и тяжело дыша, Оскар прислонился к стенке саркофага. Пошарив в воздухе, он нащупал пальцы Руби и притянул ее к себе.
– Ты как?
Она оторопело смотрела на него, словно пытаясь понять, о чем ее спрашивают, потом кивнула.
– А, да. Отлично.
Оскар кивнул в ответ.
Глаза у обоих сияли, они прижимались друг к другу, и если Адриан хоть что-то понимал в таких вещах, вот-вот должен был последовать поцелуй.
Он громко прочистил горло, и парочка, вздрогнув, распалась, хотя и продолжала держаться за руки.
– Ас, – произнес он громко, отчетливо, – Анархия.
– Да, точно. – Оскар пригладил пятерней пыльные волосы. – Точно.
Наваливаясь на трость всем телом, он кое-как подковылял к Асу, потрогал его ногой.
– И что нам с ним делать?
– Надо сообщить Совету, – сказала Руби.
Адриан огляделся, оценивая разрушения.
– Ты права. Пусть забирают его в Крэгмур. А ведь мы так и не узнали, почему не может трансформироваться Данна. Если бы одна из ее бабочек была здесь…
– Подожди-ка, – Руби подняла палец, – У тебя маркер при себе?
Адриан нахмурился, но снял перчатку и протянул ей маркер.
– Зачем тебе?
– Есть идея.
Присев на корточки рядом с Асом Анархией, Руби что-то написала на черепе, который Ас продолжал сжимать. Ровными печатными буквами, совсем не похожими на ее обычный затейливый почерк, она вывела:
ПРИМИТЕ ЭТО В ЗНАК ПРИМИРЕНИЯ
– Ну вот, – с довольной улыбкой она вернула маркер Адриану. – Скажем, что нас привела сюда Данна и мы нашли это. Отступники должны узнать, что ты – что Страж не злодей, и именно тебя – его – тебя… – Руби прикрыла глаза, собираясь с мыслями. – Тебя нужно благодарить за поимку Аса Анархии. Надеюсь, это тебе поможет. Когда ты решишь наконец во всем признаться.
Адриан улыбнулся ей, хотя и понимал, что Руби этого не видит.
– Спасибо, – прошептал он.
– Связь здесь не берет, – сказал Оскар. – Давайте выбираться наверх и вызывать подкрепление.
Своей проволокой Руби связала Асу Анархии руки, постаравшись, чтобы узел нелегко было развязать даже с помощью телекинеза, на тот случай, если он придет в себя до появления членов Совета – хотя Адриан сильно сомневался, что такое возможно.
Они были на полпути к поверхности, когда у всех троих ожили коммуникаторы: на них одновременно замигал тревожный сигнал.
– Что за… – Оскар с подозрением поднес браслет к глазам. – Не может быть, чтобы кто-то уже прознал про нас.
Руби прочла сообщение первой и побледнела.
– Нет. Это не про Аса. Это… – Она замолчала.
– Что? – выкрикнул Адриан. Ему очень не понравилось то, с каким выражением взглянула на него Руби.
– Это от Макса. Пишет, что Кошмар жива и что она сейчас там, в здании штаба.
Сердце Адриана екнуло.
– Ее поймали!
– Нет. Адриан. Макс пишет, что у нее шлем Аса и что он… он собирается ее остановить.
Адриан непонимающе уставился на Руби.
Макс?
Макс собрался ее останавливать?
Он пролез вперед и стал торопливо пробираться по узкому проходу наверх.
– Я бегу туда. Напишите моим – про Аса и про Кошмар. Пусть пришлют кого-нибудь.
Не дожидаясь ответа, он метнулся к поверхности. Прочь с пустыря. Туда, в штаб.
Туда, где Макс. И Кошмар.
Глава сорок четвертая
– Макс! – во весь голос крикнула Нова.
Всюду стекло, пол в вестибюле сплошь усыпан осколками. Миниатюрные стеклянные здания, стеклянные автомобильчики, стеклянные человечки, уличные фонари и светофоры… Все разбито. Стеклянная пыль и острые осколки, совсем мелкие, вспыхивают в лучах света, как искры. Сверкающие белые плитки пола расколоты, по ним во все стороны разбегаются трещины.