– А он с ней никогда и не дружил, – поддержал я своего друга.
– У него мятежники под самым носом, а он лезет войной на государство, которое только тем и занимается последние три века, что воюет. И не с кем-нибудь, а с сарацинами. Кроме того, как он себе это представляет? – продолжал я. – На море его каталунские пираты в пыль сотрут, а на суше между ними союзный Арагону Лангедок…
На канале мыслесвязи раздалось хихиканье и тут же сменилось деловитым тоном:
– Не знаю. Капитан, как там насчет войны, но наш источник утверждает, что король от ярости сам не свой, и, – голос девушки стал предельно серьезен, – что бы там ни говорили о его глупости, он все-таки не забыл снарядить за вами погоню.
– Пешую или по воде? – встревожился я.
– Сначала пешую… Потом, когда местные жители сообщили, что впереди погони только один всадник, они вернулись.
Я вздохнул с облегчением. Значит, Ролло все-таки удалось уйти!
– После чего, – продолжала девица, – сегодня утром до его величества дошло, что вы решили сплавляться вниз по Роне.
– Та-а-ак… – я почесал в затылке. – Спасибо, милая. Большое спасибо. И поблагодари от нас женевского «стаци». – Диспетчер польщенно отозвалась:
– Да не за что! – и, немного помолчав, спросила: – А… как у вас с ней? Все в порядке?
– Да лучше не бывает, – ответил я.
– Счастливые… – вздохнула она. – Ну ладно, до связи. Не забывай! Контакт исчез.
– Так. Значит, часов десять мы все-таки выиграли… – задумчиво сказал я.
– Ты учти, что преследовать нас будут не на плоту и не вплавь, а на корабле побыстрее нашего, – деловито подхватил Лис.
– Да уж понимаю… – я задумался. – Ну, до завтрашнего утра они нас вряд ли догонят. Особенно если учесть, что сейчас время сплава, и им придется обыскивать каждое встречное суденышко. Но завтра…
– Слушай, Вальдар, а не попробовать ли нам еще фокус с ложным следом? – с лихим блеском в глазах предложил мне Рейнар. – Вы высадитесь на берег и двинетесь пешком, а я поведу барку с этими молодцами, – он кивнул на владельцев барки, ловко управлявшихся с парусом.
– Лис, ну о чем ты говоришь? – попытался образумить я своего запальчивого друга. – Ты посмотри на это платье, – я повел глазами в сторону Лауры, с полуоткрытым ртом слушавшую байки Бельруна. – Как ты себе представляешь путешествие в такой одежде по здешним буреломам? Да еще без коней?
– Да переодень ее! – с досадой воскликнул он. – У Эжени наверняка какие-нибудь тряпки в запасе найдутся.
Я посмотрел на него, как на сумасшедшего. Лис бьы обуреваем своей гениальной идеей и не желал замечать очевидных вещей.
– Сережа, – начал я терпеливо ему втолковывать, – ты переобщался с Инельгой. Пойми, Лаура – принцесса. Причем, в отличие от моей непутевой сестрички, благовоспитанная принцесса. И ни штаны, ни цирковые наряды она не наденет. Скорее утопится в Роне! Твой план всем хорош, но, во-первых, ты мне нужен здесь, а во-вторых…
– Вальдар! – услышал я возмущенный окрик над головой. Рядом стояла Лаура-Катарина Каталунская во всем своем утреннем великолепии, и щеки ее пылали гневом… Видимо, увлекшись разговором, я не заметил, как она подошла. Я замер, ожидая бури и глядя на нее снизу вверх.
– Мало того что, поднявшись, вы не пожелали мне доброго утра, теперь вы о чем-то беседуете с шевалье д'Орбиньяком и демонстративно не обращаете на меня никакого внимания! Вы для этого просили моей руки?
Девушка презрительно фыркнула и, повернувшись ко мне спиной, удалилась. Я невольно сжался, ожидая то ли ее новых упреков, то ли того, что неистовая сарацинка, грозно маячившая у форштевня барки, открутит мне голову за недостаточно куртуазное поведение.
– Ну, я пошел, – Лис, гнусно ухмыльнувшись, поднялся и положил руку мне на плечо. – Поздравляю тебя с началом семейной жизни. То ли еще будет!.. Ты как знаешь, а я этого счастья во как наелся! От пуза! – он демонстративно похлопал себя по тощему животу и отошел в сторону. Я тоскливо обвел взглядом окружавший меня идиллический весенний пейзаж, затем перевел глаза на изящную фигурку, облаченную в темный бархат, и, вздохнув, поплелся мириться.
…Как видно, судьба из забавы решила преподнести нам редкостный подарок: весь этот день не было никаких приключений. Он прошел в ворковании влюбленных, боевых рассказах Лиса и Бельруна и причитаниях Деметриуса по поводу безрассудно оставленных на берегу Женевского озера коллекциях. Я выслушал трогательную историю похищения моей маленькой принцессы и порадовал ее в ответ тем, что, вернувшись в Барселону, она застанет там своих фрейлин живыми и невредимыми. Да что говорить, мы были счастливы… Изредка лениво перекрикивались корабельщики, Лис с отрешенным видом бренчал на мандоле, Бельрун самозабвенно рассказывал Лауре – Катарине и ее сумрачной статс-даме занимательные истории, в которых я с удивлением время от времени узнавал наши собственные приключени. Все остальные тоже предавались блаженному отдыху. Даже Люка и Эжени, казалось, помирились. По крайней мере ничто в их поведении не выдавало утренней размолвки. И все же мысли о погоне, посланной за нами, неотступно преследовали меня весь день. Что и говорить, идея Лиса была хороша… Хотя, конечно, выса живаться лучше всего было у какого-нибудь населенного пункта, где бы можно было купить коней и повозку. Неплохо было бы также запастись и продовольствием, поскольку его нехватка чувствовалась острее всего. А те взгляды, которые моя нареченная невеста бросала на радушно предложенный ей одним из корабельщиков козий сыр, заставляли думать, что нам еще не раз придется считаться с ее гастрономическими пристрастиями. Однако предложить что-либо иное мы, увы, не могли. Наших весьма скромных припасов едва хватало дня на два. Пустынные берега Роны, поросшие густым лесом, между тем, не давали и намека на людские поселения.
– Ну, что ты себе думаешь, Капитан9 – подошедший Лис вывел меня из того задумчиво-меланхолического настроения, в котором я находился – Будем высаживаться, или как9 Вечереет, самое время. Лион близко, как раз к утру доберетесь, – агитировал он.
– Понимаешь, Сережа. . Ни в Лион, ни во Вьенн соваться не стоит. Там людей покойного Отгона едва ли не больше, чем местных жителей. Нас сразу узнают, – задумчиво проговорил я. – Поэтому нужно, наоборот, как можно дальше от этих городов уйти.
– Ну вообще-то… – Лис сощурился на оранжевое солнце, прикидывая ориентировочное время. – Сейчас вечереет, до темноты еще часа два-три.. Если мы все сядем на весла, то успеем проскочить Лион до того, как реку перегородят на ночь цепью.
– Это, конечно, даст нам фору, – одобрил я предложение Рейнара. – Но надо искать какое-то нейтральное место для высадки…
– Нейтральное! – усмехнулся Лис. – Когда проедем Вьенн, а его мы проедем утром, вниз по Роне, почитай, до самого Баланса ничего путного нет. Сплошной лес да скалы.
– Ладно, Рейнар, как там у вас говорят, «утро мудрее вечера».
– Мудренее, – поправил меня Сережа.
– Все равно Главное, что тащиться по этим лесам ночью, да еще с дамами, да еще неизвестно куда… Слишком дорогое удовольствие в наших стесненных обстоятельствах.
Мой напарник пожал плечами, вздохнул и уселся рядом.
– Лис, – решился задать я давно мучивший меня вопрос. – За что тебя объявили persona non grata?
– А, ерунда. Капитан. Не бери дурного в голову, – с досадой отмахнулся мой друг.
– И все же?
– «За действия, несовместимые с высоким званием», и далее в том же духе… – он невесело улыбнулся Похоже, воспоминания доставляли ему смешанное чувство боли и радости – Ну что ты на меня вылупился? Дела давно минувших дней… Лучше вызови Базу и узнай, нет ли где поблизости какого-нибудь пристойного мотеля.
Я молча кивнул и вызвал Базу. Ответ бьы неутешительный Кроме двух-трех нищих рыбацких поселений, на берегу на много миль вперед не было ничего, достойного внимания. Единственным, хотя и не слишком радостным исключением оказалось несколько ферм, расположенных, правда, намного ниже по течению и далеко не у самого берега.
– Ну что, телефончик дали? – сострил Сережа.
– Дали, – отозвался я, в уме прикидывая расстояние от реки до ближайшей фермы. – Отель называется Буа-Мулен.
– О, очаровательно! Лесная мельница! То, что нужно! – Лисом овладел неудержимый припадок вдохновения. – Посмотрите налево! Здесь вы можете наглядно ознакомиться с технологией обработки зерна в XIII веке – подражая голосу гида, загнусавил он. – А те перь посмотрите направо. То, что вы видите, – это коптильня Вон то хрюкающее – это то, что вам подадут на завтрак. А мягкий сеновал…
– На весла. Лис, на весла, – тоном, не допускающим возражений, прервал я непрошеного экскурсовода.
Шумная небольшая речушка обрушивалась в полноводную Рону, подымая сноп водяных брызг.
– Смотрите, смотрите! – весело закричала Лаура. – Вальдар, глядите, радуга! – Я нежно обнял ее тонкую талию.
– Да, очень красиво, – с трудом подыскивая соответствующие эпитеты, вторил я ей. Лис раздраженно на меня посмотрел.
– Очень красиво! – передразнил он меня. – Я бы на твоем месте попробовал присмотреть плацдарм, на котором мы будем высаживаться.
Что и говорить, замечание моего друга бьыо как нельзя более верным. Вокруг, словно в насмешку над нашими планами, угрюмо громоздились бурые замшелые скалы.
– Послушай, Виль, – обратился Бельрун к одному из корабельщиков, невозмутимо озиравшему это неуютное место. – Вы уже ходили по этой реке?
– Да, уже пять лет, – с достоинством ответил тот.
– Превосходно. Есть ли тут где-нибудь поблизости место, где можно бьыо бы пристать к берегу? – с надеждой в голосе спросил парня Винсент.
– Да! – радостно отозвался белобрысый Виль. – Совсем поблизости. Пять лье! – он махнул рукой куда-то вниз.
Я с сомнением оглядел великолепный наряд Лауры. «Пять лье? Ну что ж, пройдем». Выбора не было. Погоня могла появиться у нас за кормой с минуты на минуту, а потому высаживаться надо было чем раньше, тем лучше.