«Мы так счастливы, что мамочка снова с нами! – выразили свою радость Азалия и Далия. – И мы очень благодарны ученикам Сказочной исправительной школы, которые рисковали жизнью, чтобы вернуть ей директорский пост».
Флора отказалась сообщить нам какие-либо подробности происшедшего, однако, согласно осведомлённым источникам, конец правлению Румпельштильцхена положила группа учеников под предводительством принца Джексона, Джослин, сестры Злой Королевы, и дочери башмачника Джиллиан Коблер. Совершив полный опасностей поход, отважные школьники сумели избавить школу от нежеланного директора.
«Все ученики, отправленные в Сказочную исправительную школу после первого или второго проступка, как предписывали указы Румпельштильцхена, будут немедленно отпущены, – заявило зеркало Мири, представитель школы по связям с общественностью. – Но, разумеется, наши преподаватели всегда рады тем, кто решит остаться и продолжить работу над своим исправлением».
У гномской полиции и её начальника Пита ещё прибавится работы. Им придётся не только вплотную заняться расследованием незаконной деятельности Румпельштильцхена в СИШ, но и розыском его самого и учеников, покинувших школу вместе с ним. «Члены Штильцхен-команды очень ему преданны, – пояснил Пит. – Мы твёрдо намерены убедить этих школьников в том, что они пошли неверным путём, и как можно скорее вернуть их домой». Как нам стало известно, в числе пропавших учеников находится и Анна Коблер, младшая сестра Джиллиан.
Флора, только что восстановленная в должности директора, намерена лично проследить за этими усилиями. «Я всей душой верю в благородную миссию нашей школы и желаю видеть, как каждый гражданин Чароландии раскроет свой потенциал в полной мере – включая и Румпельштильцхена. Если я смогла исправиться, значит, это под силу любому. Я не остановлюсь, пока во всём нашем королевстве не воцарятся добро и справедливость. И не смогу спокойно спать, пока все ученики Сказочной исправительной школы не вернутся под мой надзор или домой, к своим семьям».
Сообщаем также, что гномская полиция настоятельно советует гражданам не паниковать из-за посадок бобов, которые внезапно обнаружились в сельской местности в пригородах столицы, а также на территории Сказочной исправительной школы после исчезновения Румпельштильцхена. По заверениям начальника полиции Пита, все слухи о том, что это ростки волшебных бобов, совершенно беспочвенны, однако ради общественного спокойствия он пообещал тщательно расследовать происхождение этих плантаций. Старожилам Чароландии можно не напоминать о страшном нашествии великанов, которое в прежние времена едва не уничтожило всё королевство. Как известно, путь в Чароландию великанам проложили именно волшебные бобы. Тем не менее в ответ на нашу просьбу прокомментировать тревоги граждан Пит лишь рассмеялся: «В Чароландии нет никаких волшебных бобов. Жителям города не стоит ни о чём волноваться!»
Следите за новостями о розыске Румпельштильцхена!
Глава 21Радость в разбитом сердце
Кто-то негромко постучал в дверь моей спальни в общежитии, а когда я не ответила, попытался открыть её. Зря, потому что я её заперла.
– Проваливайте, – пробурчала я, натягивая одеяло на голову. Уилсон протестующе запищал. Он не покидал моей подушки с тех пор, как я несколько часов назад рухнула на кровать. После того, как Анна покинула Чароландию вместе с Румпельштильцхеном.
– Джилли? – Зычный голос Максин звучал непривычно мягко. Отвечать я не стала. – Открой, а? Мой ключ почему-то не работает. Мы просто хотим с тобой поговорить.
– О чём тут разговаривать! – не выдержав, заорала я. – Анна выбрала Штильцхена, а не меня. Всё, конец истории.
Из-за двери донеслись оживлённые перешёптывания, а потом кто-то принялся возиться с замком. Раздался щелчок, и дверь открылась. Вот зараза! Могла бы догадаться, что ворам с отмычками запертые двери нипочём.
– Нет, это не конец истории, – сказал ввалившийся вместе с остальными Олли. – А просто начало новой. Смотри, сколько мы всего сегодня сделали: Флора снова руководит школой, Кайла воссоединилась со своей семьёй. Ты должна гордиться собой. Мы сумели обыграть Штильцхена в его же собственной игре.
– Но я потеряла Анну, – выдавила я и снова уткнулась лицом в подушку.
Кряк! – Апельсинка стянула с меня одеяло и утащила его прежде, чем я успела её поймать. Ну погоди, гадкий утёнок! Я села на постели и увидела окруживших меня Джослин, Максин, Джекса и Олли. У всех были такие обеспокоенные лица – даже у Джослин, – что я опять ударилась в слёзы.
Джекс сел рядом и обнял меня за плечи:
– Воришка, ты всё равно не смогла бы её остановить. Она сделала свой выбор.
– Но это неправильный выбор! – всхлипнула я. – Знаю, я должна дать ей во всём разобраться самой... но что я скажу маме и отцу?
– Коблер, тебе ли не знать, что каждый живёт своим умом, – вмешалась Джослин. – Эта дурёха в конце концов поймёт, что совершила ошибку, и прибежит рыдать в эту вашу лачугу... то есть сапог.
Я утерла слёзы и подняла глаза, откинув со лба слегка отсыревшую пурпурную прядь. Наверное, это были самые добрые слова, которые я когда-либо слышала от Джослин.
– Ты правда так думаешь?
Остальные закивали.
– А если она попадёт в беду, мы все отправимся на выручку, – сказал Джекс. – Тебе от нас не отделаться.
Апельсинка от души крякнула.
– Конечно, Апельсинка, ты тоже, – умильно заворковала Максин. – Теперь-то остальные волшебные животные обязательно станут относиться к тебе гораздо лучше, а значит, ты снова сможешь ночевать в классе. – Апельсинка закрякала так, что у нас чуть перепонки не полопались. – Нет-нет, конечно, если хочешь, можешь остаться в нашей с Джилли комнате. – Уилсон поднялся на задние лапки и пискнул. – И ты тоже, Уилсон.
– Прекрасно. Наша комната превращается в зверинец, – проворчала я.
Дверь снова распахнулась.
– Простите, что перебиваю, – выпалила запыхавшаяся Хэйли. – Я уже собирала вещи, но тут Мири засветилось и сообщило мне, что Флора желает видеть вас всех. Срочно.
Анна вернулась?! Я бегом выскочила из комнаты, обгоняя всех остальных, и мы через минуту уже оказались в директорском кабинете. И только влетев в него, я тут же растерялась, не сразу осознав, куда попала. Всё золотое убранство, созданное Штильцхеном, исчезло, и сейчас кабинет выглядел так, словно Флора никогда его не покидала.
Но Анны здесь не было.
Вместо неё я обнаружила всех наших преподавателей, которые, склонившись над Флориным столом, изучали какие-то книги и свитки, оставшиеся после Штильцхена. И что ещё удивительнее – вместе с ними тем же самым занимались принцессы Элла и Рапунцель.
Харлоу подняла голову и нахмурилась:
– Не стойте без дела. Раз уж пришли, присоединяйтесь и помогите нам выяснить, чем Румпельштильцхен занимался всё это время в Сказочной исправительной школе.
Флора оторвалась от книг и выступила вперёд:
– Если не возражаете, Харлоу, я хотела бы поговорить с ребятами первой.
Для того, кто столько времени провёл в окаменелом состоянии, выглядела она очень неплохо: тёмные с сединой волосы уложены в безукоризненный пучок, на строгом, но безупречно сшитом платье ни складочки, высокий воротник заколот её любимой брошью.
– Вольфингтон уже посвятил меня в подробности вашего путешествия, – сказала она. – Насколько я помню, я просила вас не вмешиваться, но тем не менее должна выразить вам свою признательность. Если бы вы не вмешались, мы бы, наверное, никогда не избавились от этого мошенника. – Она посмотрела на меня. – Не стоит переживать, мисс Джилли. Королевский двор уже готов отрядить стражу, чтобы отыскать учеников, бежавших с бывшим директором. Так что ваша сестра очень скоро вернётся домой.
Я грустно улыбнулась.
– Она ушла с ним по доброй воле, как наверняка и все остальные, – сказала я, и Флора как будто удивилась. – Наверное, они ищут что-то такое, чего не смогли найти в СИШ.
– Вы что, сотрудничаете с королевским двором? – с явным пренебрежением обронила Джослин. Джекс выразительно взглянул на неё. – Бывшие злодеи и принцессы работают вместе? Это неестественно.
– Совершенно верно, – улыбнулась Флора. – И тем не менее это прогресс. Мы все стремимся стать как можно лучше, а потому нам нужно научиться доверять друг другу. Признаю, что моя падчерица очень помогла нам выяснить, зачем Штильцхену так нужны золотые яйца и что именно он намерен с ним делать.
– А мне это всё равно не нравится, – поджала губы Джослин.
– Позвольте вам кое-что показать. – Флора вывела нас из кабинета и проводила к круглому внутреннему дворику, который всё время то появлялся, то исчезал. Во всём этом для нас не было ничего нового – кроме статуи, которая высилась посреди дворика.
– А что она здесь делает? – удивилась я.
Статуя Альвы стояла так, что все ученики, направляющиеся в классы, неизбежно проходили мимо неё. Окаменевшая усмешка злой колдуньи выглядела зловеще, и школьники старались как можно скорее пройти мимо.
– Я попросила профессора Харлоу переместить её туда, где все смогут её видеть, – сказала Флора, коснувшись холодной каменной руки своего врага. – Пусть изваяние Альвы напоминает всем и каждому, что может случиться, если ставить собственные желания и нужды на первое место. Я сама едва не позволила своим страхам уничтожить эту школу. – Она в упор посмотрела на нас. – Приняв предложение Румпельштильцхена защитить нас, я открыла ворота злу. И хотя я прекрасно знала, что доверять таким, как он, не следует, я всё же сделала это – потому что впала в отчаяние и эгоизм. А ведь в книге «Из чудовищ – в лапочки» ясно сказано, что эти две вещи ни в коем случае не должны руководить нашими поступками.
Мы кивнули.
– Директор Флора? – обратилась к ней девочка-гоблин с дорожной сумкой в руках. Рядом с ней топтались её родители. – Я просто хотела попрощаться и поблагодарить вас за то, что вы позволили мне вернуться домой. – Она опасливо глянула на статую Альвы. – Гм... надеюсь, она никогда больше не вернётся.