а, ее похоронили накануне. С родителями я тоже разминулась, они уехали утром. Квартира пустовала. Поскольку соседка знала меня и была знакома с хозяйкой квартиры, мне разрешили здесь пожить оплаченный Люсей срок. Разумеется, ни на какую дачу я не поехала. Вот, собственно, и все, — закончила Светлана.
— Что значит все? Живо рассказывай! Ты все эти дни здесь жила с Карлосом. Ну, и как тебе удалось его заинтересовать своей персоной?
— Ира, может, обойдемся без подробностей. Не доводи до скандала, — попросил меня Облом.
— Какого скандала? Мне просто интересно знать, он до сих пор думает, что эта сопливая девчонка Ирина Глебова? Или она ему все же призналась в обмане?
Светлана вздохнула и уткнулась взглядом в пол. Я тоже посмотрела вниз. На полу валялась пробка от шампанского.
— Значит, не призналась. Может, хоть сегодня скажешь ему правду?
— Кому? — Светлана перевела удивленный взгляд на меня.
— Карлосу, разумеется.
— А его здесь нет, — виновато проблеяла девица.
— Слушай, ты меня за кого принимаешь? За дурочку? Думаешь, я поверю, будто ты сестренку поминала из двух бокалов, да еще шампанским? Или есть другой повод выпить? Более романтичный? Быстро веди в комнату. Кого ты там прячешь? Хотя я не буду у тебя спрашивать разрешения — сама посмотрю. — Я со злостью отбросила в сторону стул и зашагала к двери.
Рванув на себя дверь, я фурией влетела в комнату. Сейчас я поставлю все точки над «i», я разберусь, кто есть кто, и разорву все отношения с этим мерзавцем. Я ему писала, я его приглашала, я как гончая рыскала по следу, а он… Три дня как в городе, а ему даже не пришла в голову мысль сообщить мне о своем появлении.
В сказочку о том, что Светлана до сих пор представлялась моим именем, поверить я не могла. Надо быть полным идиотом, чтобы не распознать, кто перед ним, сопливая студенточка или женщина, полная всяческих достоинств.
Нет. Такое простить нельзя! Я и не прощу, только посмотрю в его подленькие глазенки и хлопну дверью. А на Люсину сестру натравлю Бориса. Понятное дело — Стас не тот человек, за убийство которого следует мотать срок. И вполне возможно, все произошло именно так, как она рассказывает, но закон есть закон. А раз так, пусть отвечает.
На диване, укрывшись пледом, лежал мужчина. До моего появления он мирно спал, но я так громко хлопнула дверью, что он перепугался и соскочил с дивана. Уронив к ногам плед, он остался стоять передо мной в полной красе и в удивительно славненьких семейных трусах с нарисованными на них мишками.
Он был не брюнет, не атлет и не намного выше меня, сантиметра на два, не больше. Передо мной стоял лысенький, маленький мужичок в трогательном нижнем белье.
— Кто это?
— Бон жур, мадам, — пролепетал Светкин гость и, подхватив рукой плед, обмотался им на манер римской тоги.
— Кто это? — повторила я свой вопрос.
— Который? Этот? — переспросила Света, как будто в комнате таких типов было как минимум десять.
— Да. Этот. С мишками.
— Это господин Рене Берже. Он сегодня утром приехал на могилку к Люсе. — Света всхлипнула и поднесла к глазам скомканный платочек.
— А где Карлос?
— Его здесь нет.
— Света, не морочь мне голову! Куда дела Карлоса? Сейчас вызову милицию, отвечать будешь по всей строгости закона. В последний раз спрашиваю, где ОН!
Светка часто зашмыгала носом, пытаясь меня разжалобить.
— Я правда не знаю. Вчера вечером зазвонил телефон, велели пригласить Карлоса. Он поговорил одну минуту, не больше, и вышел на улицу. Больше я его не видела.
— Света, кто звонил?
— Не знаю. Слышно было очень плохо. Я даже не берусь утверждать, какой был голос, мужской или женский. Нет, скорее женский, чем мужской.
Час от часу не легче. Похоже, на горизонте замаячила еще одна соперница.
«Этот Карлос — не мужчина, а переходящий вымпел. Кто на этот раз включился в эстафету?»
— Тебе Карлос что-нибудь сказал? — на всякий случай спросила я у Светланы.
— Сказал, только я все равно ничего не поняла — разговорник в доме у Стаса остался.
— Может, ты проследила, куда он пошел?
— Поехал. Вышел из подъезда и сел в машину.
— Марку машины заметила?
— Нет — темно было.
— И где нам теперь его искать? — схватилась я за голову.
— А я знаю? — пожала плечами Света. — У меня теперь другая забота — Рене вне себя от горя. Вот стараюсь его поддержать в трудную минуту.
«Шампанским», — подумала я и, продолжая держаться за голову, побрела к выходу.
— Кто, кто на этот раз увел из-под носа Карлоса и что нам теперь делать? Где его искать? — обреченно спросила я у Облома.
— А надо? Поехали, я тебя отвезу домой, поздно уже. Сегодня уж точно не найдем.
— Обидно, Облом, обидно. Ищешь, ищешь, а он в последний момент испаряется. Не жених, а фантом.
Глава 26
Следующий день у меня выдался поистине приемным, хотя я его таким и не объявляла. Гости повалили с самого утра. Я еще пребывала в приятной дреме, когда зазвонило «божье наказание» — мой дверной звонок.
«Если это Облом, выставлю за порог. Время только четверть девятого, а его уже черти принесли. В конце концов я в отпуске. Или уже безработная?» — задумалась я над своим социальным статусом.
После того, что случилось вчера на даче Аркадия Семеновича, ничего определенного я сказать не могла: работаю ли я еще в «Оптимальном выборе» или уже нет?
Я нехотя выползла из-под одеяла и в пижаме отправилась к двери, чтобы прекратить соло взбесившегося гудка. Крикнув: «Сейчас!» — я клацнула замком и распахнула настежь дверь.
На этот раз черти принесли не Облома. На пороге стояла знакомая мне компания кредиторов Стаса Кулешова. Они стояли в том же составе, даже одежда на них была та же: «старший» — в ветровке и кроссовках, остальные трое — в кожаных куртках поверх спортивных костюмов.
— Ну что, куколка, приглашай в дом, знакомиться будем. — «Старший» отодвинул меня в сторону и самовольно прошагал в комнату, остальные последовали его примеру, одна я осталась стоять в прихожей. Если бы не пижама, я бы определенно удрала, потому что четко понимала — эти люди пришли не чай со мной пить, и ничем хорошим их визит для меня закончиться не может.
Я закрыла входную дверь и безропотно вернулась в комнату, по пути заскочив в ванную за халатом. Вся компания уже сидела. «Старший» расположился на диване, даже не удосужившись отодвинуть в сторону мое постельное белье, так и уселся в спортивных брюках на белоснежную простыню, два других обосновались в креслах, четвертый — на стуле.
— Слушаю вас, — как можно спокойнее сказала я.
— Одна живешь? — спросил «старший», шаря глазами по комнате. — Я еще тогда подумал, никакой он тебе не муж, этот адвокат. Друг?
В знак согласия я наклонила голову.
— Звать тебя как?
— Ирина, — представилась я.
— А я Николай.
«Ага, Колян, по-вашему», — мысленно перевела я.
— Простите, Николай, а как вы здесь оказались?
— Адресок как узнал? Какие проблемы? Возникли вопросы, — «старший» откашлялся, — по юриспруденции. Друг твой визитку оставлял, просил не забывать.
На этот раз я поперхнулась слюной.
«Погорячился Петр Константинович, — подумала я, — отдавая визитку Николаю, погорячился. Вечно он всем сует свои бумажки. Думает таким образом расширить клиентуру. Но клиент клиенту рознь, надо разбираться, кому раздавать свои карточки, а кому нет», — не на шутку рассердилась я на Облома.
— Подъехал в контору. Твоего друга на месте нет. Очень любезная барышня, секретарша, что ли, сообщила, где его можно найти, то есть у тебя. Адресок черканула.
«И Зоя Ковалева хороша, сдала подругу с потрохами, — догадалась я, кто мог дать мой адрес Николаю. — Неужели не видела, кто перед ней?»
Чтобы было понятно, Зоя Ковалева — секретарь адвокатской конторы и моя старая приятельница, именно она в свое время познакомила меня с Обломом.
— Дело у нас к тебе, Ирина, — чинно доложил Николай. — Ты уж уважь деловых людей. Надеюсь, мы не потребуем от тебя многого.
— Я вас слушаю, — пробормотала я, не зная, как реагировать на подчеркнуто вежливое обращение гостя.
— Наш общий знакомый, Стас, остался должен моему шефу.
— Это ваш знакомый, не мой.
— Ой, красавица, в одном подвале с ним сидела, а говоришь — не знакомый. Зачем ты так? Мы ведь с тобой по-хорошему.
— Да не знаю я вашего Стаса. Труп действительно видела, но при жизни с ним знакома не была. Поэтому не понимаю, чем могу вам помочь.
— А я скажу, ты до конца выслушай. Стас нам должок свой не вернул.
— Ваши проблемы.
— Не только. Как он собирался вернуть деньги, ты знаешь?
— Нет, — для наглядности я замотала головой.
— Отдай нам иностранца, куколка.
— Ха! Отдать! Вы не поверите, Николай, но я этого неуловимого иностранца пока в глаза не видела. Не скрою, хотелось бы на него взглянуть, но до последнего времени, как ни старалась, сделать мне этого не удавалось. Так что ничем помочь вам не могу.
— Не торопись отказывать. Мы знаем, ты вроде как за него замуж собиралась, не может быть, чтобы ты не знала, где он. Номер его мобильного телефона знаешь?
— Нет, зачем номер его телефона, если я ни бельмеса по-португальски не понимаю?
— Не верю. Ира, ты должна меня понять, — «старший» терял терпение, но продолжал разговаривать подчеркнуто вежливо. Только мне от этой вежливости с каждой минутой становилось все больше не по себе. — Если мы поставили перед собой цель вернуть деньги, мы их вернем. А для достижения цели, как ты помнишь, все средства хороши.
— Коля, лично вы мне очень симпатичны, и я вам раскрою маленькую тайну: ваш Стас разбил мою так и не начавшуюся семейную жизнь. Он похитил моего жениха, и где он в данный момент, я не имею ни малейшего представления. Так что в чем-то мы друзья по несчастью. Заранее прошу прощения, если что не так.
Николай продырявил мою голову взглядом, как бы проверяя, ничего ли я от него не утаила. Остальные трое сидели безмолвно, ожидая указаний «старшего». Один тупо таращился в окно, два других неприязненно меня рассматривали, очевидно, удивляясь про себя, почему Николай так долго со мной церемонится. Уверена, отдай он команду «фас», они бы в секунду разорвали меня на лоскутки.