елось. Направо по автотрассе, километрах в двух, Сергей различил щиты с ценами на бензин, водород, киловатт – и понял, что там поворот к заправке. Налево – каменный лес, опоры трех или даже четырех линий электропередачи, а потом автотрасса ныряет в лес уже настоящий, сосновый.
Направо, через неширокую улочку от клубной базы – коттеджная застройка. Заборы – где богатые, аккуратные. Где покосившиеся, серые, дощатые. За ними домики – от блочного недостроя до красивенького фахверка, точно с картинки в рекламе. Там, в застройке, лаяли собаки, и подъездная дорога к базе тоже шла оттуда, как продолжение улицы.
Налево забор клубной базы практически нависал над прудом, и даже имел отдельные ворота к воде. Только пруд небольшой. Сергей подумал, что построить драккар в нем еще можно – а вот плавать уже некуда. Может быть, поэтому “Факел” и перешел на песчаный парус. Пустошей под будущую застройку в пригородах намыли с избытком. Кроме той, южной, где вчера прошла регата, имелась северная песчаная пустошь, намного просторнее. Но там тренировались пожарные, и туда клуб не пускали, как Сергей понял из разговоров… Ну ладно, надо набраться наглости да уже попросить у дежурного еды… Сергей развернулся к воротам – и замер.
Вот черт!
Камера!
Камера на входной арке!
Это значит, его фотографии уже ушли куда положено!
Беглец вспотел и поежился. И что делать? Кинуться куда-нибудь еще? Так сейчас камеры везде. И отследить его с этого места сможет не то, что ищейка – стажер-полицай первого месяца службы. Задать маску поиска, а дальше компьютер все сделает сам…
Ну, а раз так – чего дергаться? К обеду за ним наверняка приедут, значит – и вопрос жратвы отпадает. Сергей вздохнул и от рассматривания неживой природы перешел к осторожному разглядыванию людей. Программа-минимум замышлялась – просто сходить в самоволку. И уж как там ни повернись, а его авторитет в кубрике – и даже в блоке! – теперь поднимется. Программа-максимум – еще познакомиться с девушкой. Но себе-то Сергей мог не врать: он к дежурному подойти боялся. Что уж говорить о девушках, перед которыми очевидно терялись даже эти вот хваткие парни на галечной дорожке.
На галечной дорожке босой здоровяк в камуфляжных штанах, выше пояса разрисованный по голому торсу под вождя апачей, спорил с таким же крепким хлопцем, запакованным в костюм-тройку. Мало костюма, еще и цепочка из жилетного кармана, еще и котелок, что уж там о начищенных туфлях! Котелок умело двигал пальцами по голографической схеме – против утреннего солнца Сергей не очень-то разбирал, что показывают. Говорил котелок сухо:
– Именно алюминием? Тогда не взлетит. Нези просто не найдут нужного количества алюминия.
Ответ индейца Сергей не разобрал, и потому заинтересованно подступил поближе. Котелок продолжил:
– Это если полагать, что масса, которой можно задавить нези, что-то значит для США. Я же показал, – он снова что-то потыкал в голограммах, – чтобы выкупить все мировое производство алюминия, достаточно величины на порядок меньшей, чем потрачено на войну в Ираке. США вполне могут себе позволить незначительные колебания.
Над головой Сергея кто-то фыркнул:
– А ничего не случится, тем более что у Розова этот вопрос поднимался прямо. Штаты пытались качнуть экономику, сначала купив несколько миллиардов нези-фунтов за доллары, а потом вбросив их обратно. И получили в результате несколько миллиардов фунтов этого самого алюминия, чуть раньше купленного за доллары у китайцев. Результат…
Котелок перебил:
– Фентези, откровенное. Объем денмассы, который может вбросить США на это дело, многократно превышает годовое производство алюминия в мире. Незийцы тупо не смогут купить нужное количество алюминия – его нет на рынке физически столько.
– Нас учили, что алюминия четверть от массы Земли, – пробормотал Сергей, но из-за паузы в разговоре услышали его все.
– Во! Новичок дело говорит! – обрадовался новый участник спора раньше, чем Сергей испугался последствий. В интернате за вмешательство в разговор старших его, в лучшем случае, выставили бы на двадцать отжиманий… Между тем третий продолжил:
– Сэнмурв, фентези тут, если алюминий не выплавят. Себестоимость алюминия упирается в стоимость энергии для его производства, энергия же реально самая стабильная и универсальная валюта.
Сэнмурв поправил котелок и снова перелистал голограммы:
– Вот, смотрите. У энергии есть несколько десятков разных источников и стоимость каждого колеблется заранее непредсказуемым образом, плюс каждый из них имеет региональную привязку. Известно не так уж много способов хранения энергии, и все они сопряжены со значительными потерями. Так что энергия ни при каких обстоятельствах не может быть валютой.
Книжная и правильная речь Сэнмурва подходила к его костюму, жилету, цепочке и котелку настолько точно, что Сергей почувствовал даже некоторую симпатию за хороший отыгрыш – хотя и видел, что собирающиеся на спор люди “Факела” не слишком довольны поворотом беседы. Выходило, что большинство народа хочет сделать игру по Меганезии, а Сэнмурв упирается, считая описанное Розовым государство нереальным, и полностью авторским произволом. На галечной дорожке сгрудилось уже человек пятнадцать, реплики летели со всех сторон:
– …Кучу даже не фантиков! Единичек и ноликов из компа! Взамен получив как упомянутую нефть, так и делянку с подконтрольными террористами.
– … А второе и значит, что эта война не диктовалась экономическими причинами.
– Таких войн вообще не бывает!
– … Хе, там другое прикольно. Меганезия же расположена в Тихом океане, а там полно морских грузовых маршрутов. Подконтрольные пираты – штука исключительно полезная.
– … А фигли ей дешеветь, если принудительный перелив из реального сектора в сторону люмпенов?
– Опять же, принцип действия центрифуг известен, а дальше исключительно вопрос техники.
– Как у вас все просто! Эдак я могу сказать – устройство вируса СПИДа известно, а дальше исключительно вопрос техники. Центрифуги вращаются с такими запредельными оборотами, что там куча проблем конструкторских, материаловедческих и производственных.
– Кредит – это точно такая же услуга как и, например, аренда. По сути, это и есть аренда – при кредите дают попользоваться деньгами или там товаром с отсроченым платежом.
– Сэнмурв, котелок не позорь, да? Арендованную вещь ты продать не можешь, а кредитные суммы можешь потратить на что угодно. Право владения и право распоряжения перечитай! – раскрашенный уже развернул собственный планшет и показывал там соответствующие строки. Сергей только головой вертел. Конечно, в интернате им экономику преподавали – но тут народ жонглировал понятиями и ссылками на законы с такой легкостью, с какой сам Сергей, пожалуй, мог бы жонглировать цифрами.
- И на NWFAQ это написано. Читай букварь, Марк!
Раскрашенный фыркнул:
– Там сколько веток форума, столько и мнений.
– Там нет никаких веток, я ткнул в конкретный букварь.
– Чтобы перекрыть кредиты как явление, нужно полностью перекрыть сделки с отложенным платежом.
– Физика не запрещает реакцию даже на слабообогащенном топливе.
– Не запрещает. Вложить кучу денег в завод производства тяжелой воды и сдохнуть от облучения нейтронами так вполне можно. Сделать на нем ядерное оружие – нельзя. Но вы же чушь несете. Опять.
– … Правильно. Вот потому-то все денежно-финансовые телодвижения больше вредят противникам нези, чем им самим.
Тут над головой Сергея раздался свист нечеловеческой силы – присел не только он, Сэнмурв едва планшет не выронил. Разрисованный Марк тихонько выругался и в наступившей тишине продолжил:
– Змей, а что, нормально сказать никак? Я чуть не оглох!
– Пять раз говорил, – Змей отфыркался, – вы же не слышите.
Сергей повернулся к новым персонажам. Пожалуй, эти парни старше всех прочих. Лет по семнадцать-восемнадцать, как Сэнмурву и Марку. Футболки-джинсы-кроссовки… Змей чуть пониже ростом, сложения ни худого, ни полного, волосы светло-русые, скулы широкие… Других примет Сергей не разглядел. Его сосед (Хорн, сказал кто-то в толпе) – высокий, легкий, светловолосый, глаза то ли серые, то ли голубые. Лицо правильное, симпатичное. По обе стороны к Хорну прицепились девчонки чуть пониже ростом, такие же светловолосые, в синих джинсах, розовых кроссовках и одинаковых футболках с Микки-Маусом. Сергей завистливо вздохнул.
Хорн спросил – будто и не повышая голоса, но никто его не перебил:
– Ну хорошо, Меганезию нахрен. А что взамен? Очередные стотыщпятисотые викинги?
– А что плохого? – не сдался Сэнмурв. – У нас классный хирд. Нас даже в ойропе уважают.
– Особенно после “Гастингса”, - вполголоса буркнул Змей. Собравшиеся взорвались хохотом. Сэнмурв обиженно заворчал. Змей поднял руку – все умолкли.
– Так ты считаешь, Меганезия работать не будет?
– Не будет, – кивнул Сэнмурв, едва не уронив котелок, – любому ясно, кто не дурак.
Но Змея на слабо взять не получилось:
– Значит, я тоже дурак. Мне все же интересно проверить. И, как бы это сказать… – Змей обвел глазами собрание, – не мне одному.
Сэнмурв только рукой махнул:
– А то я не вижу. Голосование будет за Лантон. А на Йомсборг мы опять не поедем…
Змей улыбнулся, перекинул под руку плоскую кожаную сумку, из которой жестом фокусника извлек веер официальных бумаг с красно-зелеными гербами, золотистым обрезом и лиловыми печатями:
– Вот подорожные на Йомсборг. Собирай свой хирд…
– И у…бывай, – шепнул кто-то за спиной Сергея, после чего раздался узнаваемый шлепок подзатыльника.
Тут же Лантон оказался позабыт. Загомонили: что взять, когда ехать. Заказывать ли трейлер и везти свой корабль отсюда – или вписаться на месте к полякам? Но тогда придется выезжать на пару недель раньше, чтобы помочь им с настилкой палубы и парусами. Клубни повалили в главный зал. Даже девочки отклеились от Хорна и все-таки ушли внутрь. Остались трое: раскрашенный индеец Марк, Хорн – и Змей, который по всему выходил тут главным. Сергея, впрочем, никто не гнал.