Этого пассажа ведунья уже не выдержала и в блондина полетела подушка.
— Спасибо вам большое! Вот всю жизнь мечтала, чтобы за мной рыцарь на белом коне прискакал! А тут аж пять рыцарей! С таким-то счастьем я не только судьбу свою устрою! Я прямиком к Матери отправлюсь!
— Да не ори ты так! Все ведь нормально…
— Нормально?! Это вот нормально?! Нормально было до того, как ты… Заметь, именно ты решил Адина с дыркой в животе ко мне приволочь!
Арха спрыгнула с кровати, придерживая волочащееся за ней, словно шлейф, одеяло и стала наступать на Шая, тыча в него пальцем. Видимо, вид у нее и впрямь был страшный, потому что ифовет, хлопая голубенькими глазками, откинулся на спинку кресла.
— Раз вы тут все такие знатные, богатые и могущественные, почему ты его к лекарю не понес, а?
— Ар, ну ты чего? К какому лекарю? Его же любовник пырнул. Да если бы мы к лекарю пошли, то на утро вся столица бы уже в курсе была. А ты не болтаешь…
— Так мне вот это счастье за мою неболтливость? — кажется, вопли ведуньи вот-вот были готовы сорваться на полноценный визг. — Вы, с вашими тайнами, приключениями, благотворительностью и бабами!.. Да пошли вы во Тьму!
Арха еще раз хорошенько ткнула его в грудь так, чтобы он осознал всю глубину ведовского возмущения.
— Ар, ну ты же понимаешь, долги надо отдавать. Иначе потом по процентам не расплатишься!
— Я вам в долг не давала!
— Как это не давала? А Адин? А Дан? Они тебе жизнью обязаны, а сама знаешь, какие ставки по таким долгам…
— Это у вас ставки, выкидыши Тьмы! А я просто ведунья, я просто помогаю! Просто потому, что могу!
Блондин вдруг вскочил, скрутил девушке руки за спиной, причем своей одной, правой. А левой зажал ей рот, умудряясь еще и одеяло на месте придерживать, принц галантный.
— Заканчивай орать, дура! С инквизиторами давно не встречалась?
Ведунью тут же отпустило. Да так отпустило, что даже колени подогнулись. Кажется, с мозгами у девушки стало совсем плохо. И ладно бы дело только в ней было. Ведь она же заявлениями о своей природе демонов подставляла. Конечно, ласковое тепло костра они с Архой вряд ли разделили бы. Но неприятностей огребли целую кучу. Хороша помощь!
Девушка мотнула головой, показывая, что она уже смирная, спокойная, и ее можно отпускать. Блондин наклонился, заглядывая ведунье в глаза. Видимо, чтобы удостовериться, что лекарка действительно перестала буянить. И только потом отпустил.
— Извини, — буркнула Арха, — ты прав, конечно. Вы живете по своим представлениям, а я по своим. И не мне вас перевоспитывать.
— Вот именно, — неожиданно серьезно ответил Шай. — Ты можешь только решить, принимать или не принимать то, что мы тебе предлагаем. Я бы на твоем месте принял.
— Да что я, полная идиотка по твоему мнению? — устало вздохнула девушка, усаживаясь на кровать. — Такие предложения дважды за жизнь не делают. Конечно, приму.
— Это хорошо, — разулыбался демон в тридцать два зуба. — А то я боялся, что в тебе гордость взыграет.
Она только криво ухмыльнулась в ответ. Такая гордость может быть только у тонкокожих демонессочек из любовных романов. В реальности это уже не гордость, а не проходимая глупость называется. Когда тебе предлагают весь мир и немножко больше, можно, конечно, и оскорбиться. Мол: «Я сама всего добьюсь и вообще мне не нужен никто!». Только вот зачем? Для сохранения самоуважения? Но оно у ведуньи и не страдало. Собой она не торговала, идеалы не придавала. Просто сделала то, что умеет. А если у них такие понятия о долге и чести, то это явно не ее проблемы были.
— Успокоилась? — поинтересовался блондин. — Тогда собирайся. Вообще-то, с этим лучше бы Адин справился, но он у нас временно нетранспортабельный. Поэтому тебе придется положиться на меня.
— Это в чем же? — подозрительно поинтересовалась Арха.
Все-таки, ничего хорошего она от них не ожидала.
— Эй, подруга! Тебе еще в университет поступать. А знаешь, какие фифы там учатся? Ты по сравнению с ними выглядишь как самая настоящая бродяжка. Тебя же сама Тьма испугается.
— Пока не пугалась.
— Испугается! — заверил ведунью Шай, схватил за руку и куда-то поволок.
Вот тут лекарке стало страшно.
— Я туда не пойду, — мрачно сообщила Арха и даже отвернулась от окна экипажа, демонстрируя серьезность своих намерений.
— Почему? — удивился Шай. — Конечно, лучше бы обратиться к портному, а не покупать готовое шмотье, но у нас времени нет.
— Слушай, солнце, ты меня с вашей Адашей не перепутал? — зло прищурилась ведунья.
— Да ты что? — блондин фыркнул. Спасибо, что не заржал. — Она близко к таким магазинам не подходит.
— Вот и я не подойду. Шай, если тебе приспичило меня ошмотить, то давай это сделаем где-нибудь в менее пафосном месте, а? Здесь, наверное, даже у продавщиц титулы имеются. Короче, я туда не пойду.
— Да куда еще непафоснее-то? — растерялся демон.
— В «Серебряный город», — вдруг подал голос Тхия, который до этого слушал их молча, переводя взгляд с девушки на Шая.
Рыжий, как заметила Арха, лишней говорливостью в принципе не отличался и открывал рот исключительно по делу. Ну, или в тех случаях, которые он считал делами. Сегодня же арифед вообще был предельно тих. Но, наверное, с разбитыми губами особо и не поговоришь. Его про излишне скользкие лестницы лекарка спрашивать не стала.
— Может, еще и на рынок смотаемся? — презрительно хмыкнул на его предложение блондин.
— Так ведь не для тебя и стараемся. Мистрис Арха, вам такой вариант подойдет?
— Вполне.
Она с благодарностью глянула на рыжего. Кажется, он тут единственный не считал, что гораздо лучше самой лекарки знает, в чем состоит ее собственное благо. Кстати, он единственный же, кроме хаш-эда, продолжал величать ее «мистрис», даже после вчерашнего «сближения». Не то чтобы Арха была большим ценителем вежливости, но всегда приятно, когда к тебе обращаются уважительно.
«Серебряный город» открыли всего года три назад. Этот был громадный комплекс, который, скинувшись, совместно возвели практически все столичные гильдии, имевшие отношение к торговле или производству одежды, украшений, продуктов и Тьма знает чего еще. Да, вдобавок, они и гильдию магов подрядили. Поэтому это уже был не просто рынок, а современные, напичканные последними техническими новинками, торговые ряды.
В результате всех стараний, почти в центре города возникло колоссальное, больше дворцового комплекса, сооружение в четыре этажа высотой и огромной стоянкой экипажей и конюшней под землей. Ведунья тут никогда не бывала, потому что цены в лавочках «Города» для нее были высоковаты. Она как раз предпочитала отовариваться на рынках и ярмарках, как бы презрительно не отзывался о такой возможности Шай. Поэтому, и озиралась по сторонам ведунья, как самая натуральная деревенщина.
С подземной стоянки внутрь комплекса они поднялись на лифте. Это была такая коробка, рассчитанная на нескольких малогабаритных или парочку крупногабаритных личностей, которая поднималась и опускалась в специально оборудованной шахте с помощью системы блоков и лебедок.
Лебедкой глубоко внизу, ниже даже стоянки, как пояснил девушке Тхия, управляла пара бесов. Арха даже высунулась из-за решетчатой двери, чтобы посмотреть на них. Но ничего, кроме сероватых спин не увидела. Зато едва не потеряла уши из-за какой-то балки. Спасибо Шаю, вовремя втянувшему любопытную ведунью обратно в кабину.
Вышли они в гигантский холл, такой огромный, что лекарка почувствовала себя паучком. Стеклянный купол, через который внутрь лился холодный, зимний свет, высился над ними на четвертом этаже. А чуть ниже висело ажурное переплетение галерей и переходов, которые казались паутиной.
В центре холла бил фонтан. Его струи вздымались на высоту трех человеческих ростов. В воде были спрятаны волшебные фонарики, от чего каскад переливался всеми цветами радуги. Вокруг него расположился целый тропический лес из растений в больших кадках. Среди лиан, пальм и прочей экзотики стояли скамейки. В воздухе висел ровный, но не назойливый гул сотен голосов. Такого скопления народа Арха никогда не видела. Но при этом не было и намека на толчею или давку.
Из холла на все четыре стороны света вели настоящие улицы. Только вместо стен домов были огромные стеклянные витрины, демонстрирующие выставленные товары. Конечно, подобное чудо могло быть только здесь. Так как стекло магазина даже в центре города немедленно бы расколошматили. И все это богатство было украшено фонариками, светляками и целыми сияющими гирляндами. Повсюду висели венки омелы и остролиста. А по самим улицам сновали бесенята, раздающие посетителям рекламные картинки или просто выкрикивающие на ходу сообщения о скидках и распродажах.
Ведунья застряла перед первой же витриной, в которой три одетые в вечерние платья симпатичныебессы изображали живые картины. Примут эффектную позу — и застынут. Потом поменяют положение — и снова замрут, показывая все достоинства нарядов. Гвардейцам пришлось хватать лекарку под руки и куда-то целенаправленно волочь. Не сделай они этого — и Арха бы тут осталась надолго. Так Шай еще на ходу умудрялся строить глазки мимо проходящим девицам. Причем синяк на пол-лица его нисколько не смущал. Девиц тоже.
Девушка надеялась, что они притащат ее в какую-нибудь маленькую лавочку, где она сможет хотя бы передохнуть. Но ее мечтам не дано было сбыться. Они прибыли в огромную залу, которая Архе показалась лабиринтом из стеллажей с аккуратными стопочками цветных тканей. Только потом она поняла, что эффект лабиринта создают расставленные между открытыми шкафами зеркала.
Не успела лекарка проморгаться от стеклянного блеска и яркого освещения, резанувшего по глазам, как к ним подлетела бесса в полосатом, словно брюшко пчелы, видимо форменном платье.
— Чем могу быть полезна, господа? — оскалила она острые зубки, напрочь проигнорировав Арху.
— Нам вот эту бы метрессу одеть, — Шай бесцеремонно вытолкал ведунью вперед.