— Ты не вернешься в этот дом. Мы больше не будем жить в поместье Вудвортов. Я отвезу тебя в другое место. Когда-то у меня был маленький домик недалеко от Эшдаунского леса. За ним долгие годы присматривал мой агент, а я и вовсе забыл о его существовании. Конечно, это не шикарный замок моего родственника, но там ты будешь в безопасности. «С тобой хоть на край света» — подумала Марианна.
— Ты останешься со мной?
— Ненадолго. Мне нужно вернуться к Вудвортам и прояснить некоторые события. Слуга Алана пытался меня убить. Кому это было нужно? Не Вудворту это точно, я слишком важен для него. Значит, в доме у меня есть враги, а я привык знать их в лицо. Потом я вернусь. Тебе не будет скучно. Скоро приедет Фэй и составит тебе компанию.
— Я твой приз и ты можешь увезти меня хоть на край света. Он засмеялся, и ей показалось, что солнце не может сверкать ярче, чем его улыбка. Таким она его еще не знала. Марианна не догадывалась, что таким его не знал никто.
— Ангел искушает демона? Ты перевернешь все законы природы. Ник поднес ее руку к губам.
— У меня есть кое-что для тебя. Марианна сунула руку за корсаж платья и протянула кольцо с лазуритом.
— Кажется, ты его потерял.
— Я его снял. Силы Тьмы мешали Силам Света спасти тебя. Марианна почувствовала, как на глаза снова наворачиваются слезы. Она все поняла. Николас терпел адские муки и живьем сгорал на солнце, чтобы вернуть ее к жизни. Кто говорил, что он бесчувственный и жестокий? Никто не знает его лучше, чем она.
Марианна прижалась губами к его руке, а он впервые не отдернул ладонь, а нежно провел пальцами по ее подбородку. Сердце бешено забилось, воспаряя надеждой.
— Твое сердцебиение заглушает радио. Ты можешь радоваться не так громко? Он смеялся, увеличивая звук на радиоприемнике. «Нет. Не могу. Когда ты прикасаешься ко мне, я схожу с ума от счастья»
Фэй посмотрела на брата, который нервно постукивал пальцами по столу.
— Ты уверенна, что не ошиблась в своих ведениях, Фэй?
— Уверенна. К сожалению, к разочарованию, но уверенна. Это произошло и происходит прямо сейчас. Марианна и Ник…они станут любовниками, если уже не стали. Самуил поднялся с кресла и ударил кулаком по столу:
— Ник — скотина! Хоть он и мой сын, но я должен был предать его суду и казнить еще двадцать пять лет назад. Я должен был знать, что он неисправим и что не упустит возможности отомстить Владу и Лине. Фэй схватила Самуила за руки и посмотрела в глаза, пылающие гневом:
— Все не так, брат. Ник не мстит Владу. Он сопротивлялся этим чувствам сколько мог. Марианна его любит. Любит насколько можно любить самой первой и чистой любовью. Этому чувству сложно противиться, а Ник боролся.
— И сдался? Хочешь сказать, невинная малышка соблазнила развратного Николаса? Не поверю. Все было с точностью наоборот, а ты как всегда его защищаешь.
— Ты не прав! Николас не такой, каким все вы привыкли его считать. Хоть он и приложил немало усилий, чтобы создать образ бесчувственного негодяя. Вы все не видите истины. Он просто одинок и всегда мечтал, чтобы его любили. Искренно и по-настоящему. Марианна смогла дать ему то, что никто из вас не дал. Надежду. Будущее. Свет. Тебе этого не понять. А я вижу его изнутри. Его мысли и чувства.
— Ты слишком сентиментальна, Фэй. Я хорошо знаю своего сына. Более беспринципного и хладнокровного убийцы не сыскать. Самый лучший воин в моем братстве. Жестокий, умный и хитрый. Он ненавидит Влада и это чудесный способ отомстить. Фэй выпустила руки Самуила:
— Откуда в тебе такая уверенность? Ты знал его? Ничего подобного! Кем был для тебя Ник? Мальчиком на побегушках, выпролняющим твои грязные заказы? Ты поручал ему то, в чем боялся испачкаться сам, а он чтобы заслужить твои доверие и любовь выполнял малейшую прихоть короля. Самуил со свистом пронесся по комнате и сел в кресло.
— Хорошо. Допустим ты права. Допустим. Хотя насчет Николаса у меня свое собственное мнение. Как мы скажем об этом Владу? Ты понимаешь, что это разобьет ему сердце? А Лина? Что будет с ней? Какое будущее у Ангела и вампира? Фэй грустно вздохнула:
— Никакого. Пока что я не вижу, что будет дальше. Насчет Марианны все слишком строго. Иные силы защищают ее ауру от постороннего вторжения. У нее своя миссия.
Поэтому во избежание утечки информации ни один Чанкр не может читать ее будущее. Я вижу только Ника. Вижу его чувства и мысли, но все что связано с Марианной, тоже покрыто тайной. Я могу знать только настоящее. Сегодня ночью я почувствовала его боль и отчаянье и поняла, что Марианна в опасности. Но я смогу помогать ей только если рядом будет Ник. Только через его чувства и эмоции. Самуил усмехнулся:
— Ты словно говоришь о ком-то другом. Чувства и эмоции слишком громко сказано для моего старшего сына. Уж не хочешь ли ты меня убедить в том, что он ее любит?
Фэй задумалась:
— Нет. Я не знаю. Любовь? Николас пока что только начинает открывать ей свое сердце. В нем еще нет любви, но есть другое, совершенно необычное для него: нежность, забота. Она ему нужна. Необходима, как глоток воздуха для человека. Вот что он чувствует. Острую потребность в ней. Возможно, это перерастет в любовь. Вероятнее всего, что именно так и произойдет, но Нику нужно время. Есть еще кое-что…
— Что?! Что может быть еще в этом безумии?
— Нику кажется, что он знал Марианну раньше. То есть он не уверен, это лишь обрывки его мыслей, но он очень старается вспомнить. Самуил фыркнул:
— Бред. Марианна не вампир и родилась всего-то девятнадцать лет назад.
— Верно. Реикарнация, Самуил. Неужели ты никогда об этом не слышал? Возможно, эти двое уже встречались. Только тогда Ник еще не был вампиром. Я пытаюсь проникнуть в его прошлое, но там опять глухая стена. Словно что-то сдерживает мои силы. Кстати, именно это и заставляет меня думать, что Марианна уже появлялась в его жизни. Самуил налил себе коньяк и быстро осушил бокал.
— Что именно ты видишь?
— Вижу только его чувства. Боль, горечь, одиночество.
— Не удивила. Все мы бессмертные одиноки.
— Нет. Я вижу его до обращения. Я чувствую Николаса человека. Произошло нечто такое, что его изменило, ожесточило. Он отрекся от бога и от людей, вот почему он стал открыт для тьмы. Я чувствую страшную потерю. Вижу его отчаянье, слышу его проклятья и мольбы. Больше ничего. Темнота и стена.
— Ладно. Хватит. Что мы будем с этим делать? Мы обязаны рассказать родителям. Им решать вмешаться или нет. Влад вправе знать о судьбе своего ребенка.
— Мы поднимем новую волну ненависти между ними. Недавно Влад говорил, что хочет снова обрести былые силы. Он хочет стать вампиром, Самуил. Он хочет сам спасти своих детей. Пока что я его остановила, но надолго ли это? Самуил нахмурил брови.
— Лина не позволит.
— Они отдалились друг от друга. Утрата и волнение сыграли свою роль. Их отношения дали трещину. Лина не живет сейчас с Владом, она переехала в дом отца и занимается благотворительностью. Они почти не общаются. Он замкнулся в себе, и тешиться самоедством, а она пытается справиться с ситуацией всеми силами. Пытается не сломаться. Лина уже не имеет на Влада такого влияния как раньше. К ее мнению он не прислушается. После их последней ссоры многое изменилось. Самуил потер лицо руками и снова осушил бокал коньяка.
— Почему мой сын не говорит со мной об этом? Почему невестка не приходит за советом? Что, черт возьми, происходит? Я сейчас же поеду к Лине и поговорю с ней. Что за глупые тайны и ссоры. Она должна вернуться к мужу и поддерживать его в трудную минуту.
— Не вмешивайся. Они разберутся. В семье так часто бывает. У них сейчас довольно сложный период. Я считаю, что пока не нужно говорить им обоим об отношениях Ника и Марианны. Позже. Когда все разрешится с Кристиной мы им расскажем, а пока что будем молчать.
— Проклятый ликан нанес удар по всем сразу. Нужно стереть с лица земли его стаю. Николас слишком долго тянет с Вудвортами. Пора начинать наступление. Я сегодня же с ним поговорю или сам поеду в Лондон. Наступило время вернуться к делам, тряхнуть стариной. Фэй подошла к брату и присела на ручку кресла.
— Самуил выходит на тропу войны?
— Нет. Самуил вернет блудного сына на путь истинный. Черт возьми, у родителей вампиров те же проблемы, что и в семьях простых смертных. Маленькие детки — маленькие бедки, большие детки творят беспредел. Ух, надрать бы задницу Николасу.
Марианна осторожно переступила порог дома. Николас все еще держал ее за руку. Она остановилась, когда он сделал ей предостерегающий жест. У Николаса заняло несколько секунд на осмотр помещения, он вихрем пронесся по дому, появляясь в разных местах и исчезая настолько быстро, что у Марианны дух захватило от восторга. Ник вернулся к девушке, снова взял за руку и провел ее в маленькую залу. Казалось, он не был здесь так долго, что уже и сам забыл, как выглядит помещение. Цивилизация этого места не коснулась, более того, здесь даже присутствовали другие запахи. Стены дома увешаны охотничьими трофеями и коллекционным оружием. Точнее скорей всего это оружие того времени, просто сейчас оно точно является ценнейшим антиквариатом. На окнах тяжелые шторы из тюля. Пол застелен шкурами животных. Вся мебель вычурная, скорей всего эпохи возрождения.
— Да, тишина просто загробная. Сегодня же сюда приедет Криштоф и пару слуг из агенства. Ты не будешь совсем одна. Конечно, тут довольно скучно ни телевизора, ни интернета, но я привезу тебе ноутбук. Телевидение подключат уже завтра. Так что очень скоро это место станет довольно живым. Ты можешь располагаться. Вечером я привезу твои вещи. Теперь ты здесь хозяйка. Он обернулся к Марианне и снова его глаза слегка потемнели.
— Тебе нравится? Или для тебя все это как ты там говоришь — «отстой» периода динозавров? Марианна засмеялась. Возможно, будь это в другом месте и в другое время она выразилась бы именно такими словами. Сейчас этот дом олицетворял самого Николаса. Нечто интимное и принадлежащее лично ему и его далекому прошлому. Она прикоснулась к частичке него самого.