— Спаси я умоляю, хочешь, я стану твоей рабой…Я буду выполнять малейшую прихоть, я … Внезапно он резко поднял ее на ноги и грубо притянул к себе. Его глаза горели ненавистью и ревностью.
— Он так привязал тебя к себе? Что в нем есть такого, чего нет во мне? Чем он лучше? Я полгода стелюсь перед тобой лишь за одну улыбку, а стоит тебе услышать о нем и ты сходишь с ума…Черт подери…Я не понимаю… Что тебя так влечет к нему? Секс? Кровь? Его жестокость? Это не любовь это болезнь! Марианна чувствовала, как слезы текут у нее по щекам. Она вцепилась в рукава его пиджака и с мольбой искала взгляд мужа.
— Проси что хочешь, только спаси…
— Все что хочу?
— Абсолютно все… — взмолилась Марианна, обхватывая лицо Майкла ладонями.
— Тебя. Я хочу тебя! Он произнес эти слова жестко, отчетливо, давая ей осознать всю глубину этой фразы.
— Я хочу спать с тобой в одной постели. Я хочу заниматься с тобой любовью, я хочу чтобы ты стала моей женой по-настоящему. Марианна зажмурилась, стиснула зубы и кивнула.
— Скажи!
— Я согласна…я буду твоей…по-настоящему. Вытащи его оттуда и бери меня… Майкл резко оттолкнул ее от себя и закрыл лицо руками.
— Дьявол…Как же ты его любишь…ты на все согласна…если Николас придет за твоей душой, за твоей жизнью ты тоже ее отдашь не задумываясь? «Отдам…я уже отдала…у меня больше ничего нет, кроме моего тела…и его я тоже готова отдать тебе, чтобы только он жил» Марианна промолчала. Она вытерла слезу ладонью.
— Я сегодня же поеду в Румынию, — Майкл отцепил руки жены и отвернулся, — я дам показания на суде. Но с этого момента все будет иначе. Ты станешь моей. В прямом смысле этого слова. Ты забудешь о Николасе и будешь настоящей хозяйкой в этом доме. Ты никогда не изменишь мне. Поклянись! Марианна пошатнулась, взяла со стола бокал вина и залпом осушила.
— Клянусь. Только я поеду с тобой, Майкл. Как ты просишь. Как твоя жена. Майкл быстро посмотрел на нее и горько усмехнулся:
— Не веришь?
— Верю. Но разве жена короля европейского клана не должна сопровождать его повсюду?
— Ты права — должна. Пусть все знают, что ты жива и отныне принадлежишь только мне. А еще я хочу, чтобы ты стала одной из нас, чтобы несла равную ответственность вместе со мной. Королева не может оставаться человеком? На это ты тоже готова ради него?
— Готова, — не задумываясь, ответила Марианна и гордо посмотрела на Майкла, — я же сказала — проси чего хочешь.
25 ГЛАВА
Нику казалось, что он слышит все разговоры как сквозь вату. Заседание Суда Совета длилось уже несколько часов. Ощущение нереальности всего происходящего появилось в тот самый момент, когда его, словно зверя, заперли в клетку. Зала оказалась забитой до отказа. Еще бы такой скандал не случается в мире бессмертных слишком часто. А жизнь размеренная и скучная, чтобы пропустить такое представление. Суд над королем братства, который наверняка закончится смертным приговором. Самое время позлорадствовать. Николас видел отца и брата в первом ряду они смотрели на него с нескрываемым сожалением. Это резало нервы. Николас не смел взглянуть на Влада. После всей ненависти и вражды преследовавшей их обоих столетиями эта искренняя поддержка казалась Нику незаслуженной. У брата есть все основания его ненавидеть. Впрочем, как у многих в этой зале. С каким интересом присутствующие внимают каждому слову. С наслаждением выслушивают историю его жизни, смакуют. На свет вытянули все грязное белье выставленное напоказ обвинителем. Как же много преступлений он совершил, неужели настолько много? Обвиняемому все еще не дали слова. Уже несколько часов перекрестного допроса свидетелей. Вся тактика построенная защитой рушилась под тяжким бременем преступлений, аморального поведения и фактов, новых подробностей. Как им удалось вытащить наружу всю эту грязь? Даже по меркам вампиров слишком ужасную и шокирующую. Оставались главные свидетели это отец, брат и Лина. Но они вряд ли могли помочь присяжным Совета вынести смягчающий приговор. Николас слышал, как допрашивали отца. Самуил держался гордо и с достоинством. Обвинитель не решался унижать его как других свидетелей. Былая власть Самуила, его уверенный взгляд и спокойная речь сбивали с толку присяжных. Он отвечал на все вопросы. Создавалось впечатление, что он настолько уверен в своей правоте, что его рассказ не вызывал сомнений. Николас чувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. Самуил рассказал о детстве Николаса, о том, что ему пришлось пережить, скитания, голод, лишения и предательства. Ник даже не мог себе представить, что Самуил знает настолько много. Неужели ему была интересна жизнь старшего сына, которого все считали изгоем? После того как бывший король покинул свидетельский помост, присяжные долго совещались. Наконец судья призвал всех к тишине и адвокат Николаса вызвал в свидетели Лину. Каждое ее слово было наполнено состраданием и участием. Она описывала Николаса с самой лучшей стороны. Говорила о его поддержке в тот момент, когда Влада считали погибшим, рассказала о той страшной битве, в которой повергли Антуана. Николас смотрел на молодую женщину и чувствовал, как становится тепло у него на сердце. Все-таки не зря он так долго любил ее. Самоотверженность и благородство. Никогда не ударит в спину и не поставит подножку. Истинная жена короля. Слушая Лину, Ник понимал, что он здесь лишний. Он вечный аутсайдер, он черное пятно на всей династии Черных Львов. Ник должен уйти. Конечно, не таким он представлял себе свой конец. В схватке, в бою, но не у позорного столба под лучами палящего солнца, или какую смерть приготовили проклятому вампиру? Теперь вышел обвинитель и первый вопрос, который он задал Лине, заставил Ника вскочить со стула, а зал ахнуть от возмущения:
— Вы уверены госпожа Воронова, что все ваши показания объективны?
— Конечно, — Лина спокойно посмотрела на обвинителя, а потом на присяжных.
— Вы дали клятву говорить только правду, не так ли?
— Естественно, мне нечего скрывать.
— Даже то, что вы с Николасом были любовниками? Не это ли побуждает вас так рьяно его защищать? Лина побледнела, бросила взгляд на мужа, тот сидел с непроницаемым выражением лица. Вампиры начали перешептываться.
— Вы отрицаете, что имели связь с подсудимым? Лина выпрямилась как струна и гордо посмотрела на обвинителя:
— Нет, не отрицаю. Послышались удивленные возгласы.
— Значит, вы были любовниками?
— Да, если это можно так назвать. «Что же она делает, идиотка?! Зачем? Что пытается этим доказать? Что говорит правду? Выгородить меня? Да она роет могилу мне и себе. Влад никогда ее не простит». Николас закрыл лицо руками, взъерошил волосы.
— Как долго вы состояли в порочной связи с Николасом? Лина судорожно глотнула воздух и сжала пальцы.
— Между нами не было связи. Был секс. Это произошло один единственный раз. Кроме дружбы нас больше ничего не связывало, ни тогда, ни теперь. Обвинитель снова ехидно улыбнулся:
— Друзья разве занимаются сексом, госпожа Воронова? Лина растерялась, она бросила взгляд на Самуила, тот ободряюще ей кивнул.
— Нет, не бывает. Я повторяю, это произошло один раз и отношения к данному делу не имеет.
— Благодарю, вас госпожа Воронова. Вы можете пройти на свое место. Он повернулся к присяжным.
— Женщина, состоящая в сексуальной связи с подсудимым, не может говорить правду. Прошу принять это во внимание. Кроме того это аморально спать с женой своего брата.
— Протестую, в то время госпожа Воронова не являлась супругой короля, — адвокат зло посмотрел на обвинителя, — он толкает присяжных к принятиям решений, он давит на них.
— Протест принят. Не заносить в протокол. Ник видел, как сжались челюсти Влада, он невероятным усилием воли держал себя в руках. На Николаса он даже не смотрел, а на жену тем более. Следующим обвинитель вызвал именно его и первый вопрос, который он ему задал, заставил Ника побледнеть еще больше.
— Вы знали, что у вашей жены была связь с вашим братом? Влад смерил обвинителя уничтожающим взглядом.
— Во-первых — Ангелина тогда не была моей женой, во-вторых, это произошло в то время, когда все считали меня мертвым, а в-третьих — да, я об этом знал и моя жена, и мой брат ничего от меня не скрывают. Считаю этот инцидент недостойным внимания, и каждый из нас имеет право на прошлое и на ошибки. Например, вы господин обвинитель не женаты, и если я правильно информирован даже по нашим законам вас не могут законно поженить с теми молоденькими мальчиками, которых вы ублажаете в вашей холостяцкой постели. Впрочем, какое это имеет отношение к нашему делу, не так ли? В зале послышался хохот, а судья ударил молоточком по столу, призывая к порядку. Обвинитель стал пунцовым от ярости. Свои последующие вопросы он задавал исключительно по делу Вудвортов. Ник посмотрел на Лину. Держится. Хоть и безумно нервничает, все время смотрит на мужа. После суда их ожидает жестокий разбор полетов. К счастью его, Николаса, уже не будет. Они помирятся. Источник неприятностей исчезнет. Все-таки Влад не поддался искушению, не рассвирепел, как ожидал обвинитель, и все показания дал в пользу Николаса. Этого Ник не ожидал. Как бы поступил он сам на месте Влада? Самуил всегда учил их обоих, что семья превыше всего. Объявили перерыв для совещания присяжных и все разошлись. Все кроме семьи. Влад, Лина и Самуил остались в зале суда. Фэй наверняка не пустили. Заседание закрытое, только для вампиров. Лина подошла к клетке первой. Она протянула руку сквозь толстые деревянные прутья и коснулась пальцами его закованных рук.
— Держись, слышишь, чтобы они не решили — мы с тобой. Мы всегда с тобой.
— Зачем ты это сделала? — Ник посмотрел на нее затуманенным взглядом.
— Я была должна сказать правду. Ты помнишь? Ты спас мне жизнь.
— Я достоин смерти, Лина. Ты не должна была из-за меня рушить свой брак. Влад…он… В этот момент брат стал позади Лины.
— Что я? Ты думаешь, я глупец? Думаешь, я слепой и глухой? Свою чашу ненависти и ревности я испил давно. Впрочем, и тебя я ненавидел слишком долго. Я все знал, Ник. Знал еще с того самого момента как посмотрел ей в глаза много лет назад. Все что я думаю, по этому