Четырнадцать минут.
У Мори не было времени на изъявление благодарности. Сердце выскакивало из груди. Видимо, Мори настроила имплантат на чересчур сильное излучение. Легкие едва справлялись со своей работой: мышцам требовалось слишком много кислорода.
Мори повернулась и побежала по направлению к вспомогательному мостику.
Мостик находился недалеко: прямо и налево. Когда Мори повернула, коридор пошел круто вверх. Неважно. Она лишь следила за мелькавшими мимо дверями, за которыми могла таиться опасность.
Дверь в рубку управления двигателями и машинное отделение оказалась открыта. Именно эта дверь Мори и нужна. Электроника, управляющая катапультируемыми модулями, находится здесь – даже если все системы корабля выйдут из строя, из рубки все равно можно запустить спасательные шлюпки.
Мори заглянула внутрь.
Вектор Шейхид. Спиной к ней у одной из панелей управления.
Тринадцать минут.
Возбуждение Мори достигло крайних пределов. Главное – спокойствие! Нужно войти внутрь, незаметно проскочить мимо механика. Не хочется причинять ему вреда. Все-таки он хорошо к ней относился.
От мысли, что ей придется ударить Вектора ради спасения своего сына, Мори становилось дурно.
Спокойствие!
Сначала нужно сделать кое-что еще. Время есть. Может быть, Вектор, между тем, уйдет в машинное отделение или на командный модуль.
Мори проскользнула мимо механика и проникла на вспомогательный мостик.
Ни души.
Странно. Близость амнионского военного корабля предполагает нахождение всего экипажа в аварийной готовности. Впрочем, Ник, конечно, не намерен вступать в бой. На подходе второй амнионец, а с двумя кораблями Саккорсо не справиться – по крайней мере, при такой скорости и в пространстве, принадлежащем другой цивилизации. Зачем лишний раз утруждать людей, когда они и так изрядно устали? Кроме того, он уже договорился об «удовлетворении требований» с «Затишьем».
Мори прямиком направилась к пульту управления системой внешнего обеспечения и восстановила контроль командного модуля над электронным замком двери ее каюты. Теперь Сиб Макерн в безопасности. Ничто не выдаст факта его помощи ей.
Одиннадцать минут.
Выключив панель управления, Мори покинула вспомогательный мостик и вернулась во владения Вектора.
Плохо. Вектор все еще на месте. Работает у панели управления катапультируемыми модулями. Судя по информации на экране, проверяет программы жизнеобеспечения модуля и параметры траектории его полета.
Можно быть уверенной, что с модулем, на котором отправят ее сына, будет все в порядке.
Десять минут, если, конечно, Мори не потеряла счет времени.
Ждать больше нельзя. Надо как-то пробраться мимо Вектора.
Мори вошла в рубку и закрыла за собой дверь.
Отреагировав на шум, механик обернулся.
Казалось, он не удивился вторжению. Его вид был настолько флегматичным, насколько неожиданным было появление Мори.
– А, Мори! – Вектор вскинул брови скорее в приветствии, чем в смятении. Если он и испытал какое-то неприятное чувство, то оно отразилось лишь в нездоровом румянце, покрывшем его круглое лицо. – Думаю, мне следовало догадаться, что ты придешь. Ник никогда не мог определить границу твоих возможностей. – Механик улыбнулся, словно подтрунивая над Мори. Но его следующий вопрос прозвучал совершенно серьезно: – Ты пришла проводить Дэйвиса?
– Вектор, – твердо проговорила Мори, – отойди от панели.
Я не хочу причинять тебе вреда. Не заставляй меня это делать.
Девять минут.
– О, это вряд ли у тебя получится. – Вектор по-прежнему улыбался. – Ник особо подчеркнул, чтобы отправка прошла без задержек. На этом корабле неподчинение приказам, даже косвенным, не поощряется. Поскольку Саккорсо не предполагал, что ты освободишься от влияния своего имплантата, он, естественно, не приказывал мне тебя останавливать, хотя, конечно же, это подразумевалось. Я не могу позволить тебе дотронуться до приборов… В любом случае ты ничего не добьешься. Если ты остановишь запуск и освободишь Дэйвиса, Ник вас схватит и попросту начнет процедуру заново. Он извинится за задержку, а затем, возможно, отправит на амнионский корабль вас обоих, чтобы продемонстрировать свою лояльность. Все твои усилия – коту под хвост.
– Вектор, я не шучу. – Мори потребовались силы, чтобы себя сдержать. – Отойди от панели. – Она жаждала деятельности. Электрод работал вовсю. Кроме того, время истекало. – Я зашла слишком далеко, чтобы отступать. Я не остановлюсь ни перед чем.
Мори уже давно была готова пожертвовать всем ради сына – еще с тех пор, как только что родившегося Дэйвиса продали Амниону.
– Понимаю. – Теперь Вектор словно насмехался над ней. – К сожалению, у меня нет выбора. Если я не отойду, ты, возможно, меня убьешь. Одолеешь одной левой – по тебе это видно. Но если я отойду, меня убьет Ник.
Механик сложил на груди руки. Скованность его движений напомнила Мори о том, что он болен артритом, болен благодаря избиениям своего дружка Орна.
Восемь минут.
– К этому все и шло. Я имею в виду, что был обречен с самого начала моего появления на борту этого корабля. Такая жизнь не для меня. Я выбрал ее лишь потому, что у меня не было альтернативы. Но такая судьба меня никогда не устраивала. Или я ее не устраивал. Поруганные идеалы кажутся хорошим оправданием для тех, кто не в ладах с законом. Но не надо обманывать себя. Здесь они тоже рано или поздно рушатся. С уверенностью могу сказать лишь одно: побывав здесь, я получил моральное право вернуться к тем, кого всегда ненавидел.
– Вектор, замолчи! У меня нет времени! – Мори едва себя сдерживала. Руки, казалось, гудели от избытка энергии. Легкие вибрировали от напряжения. – «Поруганные идеалы» – скверное оправдание торговли людьми. Ты это знаешь, но не хочешь понять логику собственных высказываний, поэтому и прячешься за самобичевание. Ты пытаешься доказать, что от полиции тебе досталось по заслугам. Разве пират вроде тебя решает судьбу вакцины? Разве можно уважать дружков Орна Ворбалда?… Но это еще не все. Знаешь, к чему ведет твоя логика? Она ведет к геноциду, Вектор, к гибели всего ближнего космоса… Выслушай меня. Если ты думаешь, что я здесь ради сына, то ты прав. Но то же самое я бы сделала и для тебя, сиди ты сейчас в модуле. И для Ника… У меня больше причин ненавидеть полицию, чем у тебя. У меня больше причин бояться Саккорсо. И прежде чем я допущу эту измену, я собственными руками удавлю каждого из вас.
Семь минут.
Мори решительно шагнула вперед.
– Прочь с дороги!!!
Вектор медленно убрал руки с груди. Его взгляд потух, на лице не отражалось ничего, кроме нездорового румянца.
– Ты по-прежнему полицейский, – пробормотал он. – Неважно, что ты натворила, в душе ты осталась копом. Одним из немногих настоящих копов. Ты говоришь, что сделала бы то же самое, если бы в модуле был я. Думаю, тебе можно верить. Эти слова чего-то да стоят… Конечно, ты права. Именно я виноват в том, что оказался в нынешней ситуации и теперь не хочу расхлебывать заварившуюся кашу. Но если ненавидишь полицию, надо быть выше обстоятельств.
Сделав шаг в сторону, Вектор жестом указал на панель управления катапультируемыми модулями.
Мори ринулась вперед так быстро, что не видела, как Вектор, развернувшись, замахнулся на нее рукой. Она едва заметила метнувшийся кулак, со всей силы обрушившийся ей на голову.
От удара Мори налетела на переборку, откуда сползла на пол.
Шесть минут.
– Извини. – Что-то мешало Вектору говорить внятно. Наверное, он облизывал сбитые в кровь костяшки пальцев. – Ты этого не заслужила, но мне необходимо обеспечить себе алиби. – По-видимому, он взглянул на корабельный хронометр. – У тебя осталось пять минут сорок восемь секунд.
Голова Мори гудела, как колокол. Какое-то время зонный имплантат не справлялся с болью. Сквозь звон в ушах она услышала, как дверь открылась и снова закрылась.
По-прежнему полицейский.
Алиби.
Пять минут…
К черту спокойствие, – услышала она отчетливый, перекрывавший все остальные шумы, голос. – У тебя кончается время.
Мори встала на четвереньки. Зонный имплантат ее спас. Его излучение подавило боль и слабость, прояснило сознание. Организму лишь не хватало кислорода. Тяжело дыша, Мори с трудом поднялась на ноги.
Панель управления поплыла перед глазами. Взгляд не фокусировался. Мори ощупью добралась до пульта управления дверью в рубку и заперла ее. По крайней мере, теперь Мори помешать не так просто.
Вскоре благодаря искусственному стимулированию нервы Мори успокоились, а взгляд сфокусировался на экране монитора.
Она сразу выяснила, какой подготовлен модуль, сколько времени осталось до его старта, по какой траектории будет совершаться полет, когда начнется торможение. По данным локации можно было определить взаиморасположение «Мечты капитана» и «Затишья», а также проложенный между ними курс. Модуль должен был зайти прямиком в один из трюмов амнионского военного корабля.
Поскольку Мори находилась не на вспомогательном мостике, у нее не было доступа ни к системе локатора, ни к рулевой системе. Приходилось полагаться на интуицию. В этом ей должны были помочь автоматически выводившиеся на экран показания скорости и направления движения «Мечты капитана», а также расстояние, оставшееся до Малого Танатоса, маячившего на заднем плане экрана.
Главное – успеть. Перепрограммирование модуля дело сложное. У Мори же оставалось всего четыре с половиной минуты, а она еще не приступила к делу. Чтобы парализовать командный пульт Ника, времени нет, да и такая операция возможна только со вспомогательного мостика. Более того, все действия, которые совершит Мори, могут быть блокированы, если Ник спохватится.
Рисковать нельзя.
Метнувшись к пульту управления тяговыми двигателями, Мори отключила главный мостик от управления ими и инициировала последовательность операций закрытия. Теперь «Мечта капитана» не могла ни тормозить, ни маневрировать – сама по себе ситуация для корабля не опасная, но она должна отвлечь Ника. Саккорсо теперь, наверное, искал Вектора по внутренней связи и клял почем зря.