Почувствовав это, Ровал ободряюще сжал мою руку и начал поглаживать большим пальцем ладонь. По коже от прикосновений разлился огонь, а в голову полезли нецеломудренные фантазии. Пришлось даже незаметно прикусить губу, чтобы вновь стать серьезной.
Тем временем церемония подошла к самой важной части.
— Перед богами и присутствующими здесь людьми спрашиваю вас: было ли решение связать свои судьбы добровольным и сознательным? Прошу ответить вас, Ровал Алерон Дериген, герцог Ландербергский.
— Да, — уверенно ответил Ровал, а жрец перевел взгляд на меня.
— Прошу ответить вас, леди Светлана, графиня Найвэл.
Я открыла рот и неожиданно поняла, что в горле пересохло, ни звука выдавить не могу! Быстро сглотнув, все же собралась с силами и сипло выдавила:
— Да.
Ответ пришлось подкрепить кивком. Ибо кроме меня, священника и Ровала его вряд ли кто слышал. Зал облегченно выдохнул. Люди будто бы до последнего момента не могли окончательно поверить, что найдется девушка, согласная выйти замуж за колдуна. Всеобщая реакция меня позабавила и позволила немного успокоиться. Так что когда мы обменивались кольцами, радости уже не скрывала и широко улыбалась. А перед подписанием свидетельства о браке обвела толпу счастливым взглядом, продемонстрировав свое настроение и окружающим.
О содержании документа меня осведомили заранее, поэтому я просто поставила в нужном углу свою скромную закорючку. Ровал подписался размашисто, как, на мой взгляд, и положено герцогу. А чуть ниже в графе «засвидетельствовано» уже стояла подпись короля и его личная печать.
Отложив перо, Ровал вновь приблизился ко мне и, вместо того чтобы взять за руку, обнял. Новая будоражащая волна прокатилась по телу. Прильнув к своему герцогу, я потянулась за поцелуем. Мучить ожиданием меня не стали. Касание губ, и мир неумолимо растворяется. И аплодисменты кажутся чем-то далеким и нереальным.
Ровал со вздохом оторвался от моих губ и, отстранившись, подал руку. Теперь через толпу гостей мы шли вместе, чему я была несказанно рада. Нас провожали вежливыми улыбками и пристальными взглядами. А едва мы оставили шумный зал, служанки проводили меня в комнату, где ждало новое платье.
Я противилась смене нарядов до последнего. Для современной девушки из простой семьи это казалось нерациональной тратой денег и времени. Но мадам Линнэра сжато и предельно понятно объяснила, что для герцогини перемена одежды — необходимость. Во-первых, у церемониального наряда имелся шлейф, который будет жутко мешать во время званого вечера и тем более танцев. Во-вторых, ни к чему провоцировать сплетников и позориться, отступая от традиций.
В общем, принимать поздравления я должна была в золотом, украшенном изумрудами платье.
Уговорившись с Ровалом, что он подождет в коридоре, я поспешила в спальню. Но, едва распахнув двери, ошарашенно замерла, забыв обо всем.
На столике у окна стояло авокадо. Мое авокадо! Которое осталось во дворце Эркилиэля!
Горшок украшал бант из ярко-алой ленты, а на одной из веточек висел небольшой белый конверт, запечатанный зеленым сургучом.
— Откуда? — указав на растение, спросила у сопровождавших меня девушек.
Те переглянулись, одна из них торопливо присела в книксене:
— Сейчас узнаю, ваша светлость, — и поспешила удалиться.
Я же недоуменно смотрела ей вслед. Непривычно было слышать в свой адрес это обращение.
— Ровала позовите, — очнувшись, потребовала я и, озираясь, вошла в комнату.
Несмотря на опасения, никаких ушастых белобрысых негодяев в ней не оказалось. Я подошла к деревцу и внимательно его осмотрела. Авокадо чувствовало себя замечательно и словно хвасталось новыми веточками и зеленой густой кроной.
Не особо понимая, что делаю, потянулась к растению и погладила его. Ведь уже не надеялась, что встретимся. Глаза неожиданно защипало, а в груди все сжалось. Но вопреки всему я была рада!
— Что здесь происходит? — холодно прозвучало от двери.
Я инстинктивно ухватила горшок и только после сообразила, что зря перепугалась. Ровал не злился, он беспокоился! Муж в мгновение ока оказался рядом и, недовольно прищурившись, сорвал болтающийся на веточке конверт.
— Осторожней! — воскликнула я, видя, как вслед за письмом оторвался зеленый листик. — Поломаешь мое дерево!
Ровал одарил меня удивленным взглядом, но извиняться явно не собирался. А авокадо, между прочим, и так несладко пришлось!
Нашу первую семейную ссору прервал стук в дверь и явление Миррата в компании высокого худощавого слуги. Внимание Ровала сразу переключилось на них.
— Кто доставил и как давно? — сурово вопросил он.
— Доставил курьер сегодня утром, — ответил Миррат. — Дерево прошло необходимую магическую проверку, и мы определили его на то место, где оно стояло раньше, ваша светлость.
— Свободны. — Ровал недовольно поджал губы, а когда за прислугой закрылась дверь, выдохнул: — А у начальника королевской охраны еще уточню, каким образом его подчиненные допускают посторонних куда не следует.
Я успокаивающе прижалась к плечу мужа. Выводов из произошедшего сделать не получалось, но кое-что выяснить все же стоило.
— Может, письмо откроем?
Ровал кивнул и начал внимательно изучать конвертик. Провел над ним рукой, потом нахмурился, что-то прошептал, ругнулся, снова принялся колдовать…
Я наблюдала за процессом, не скрывая любопытства. К чему все эти сложности, не понимала, но не встревала, пока не заметила, что с каждым действием колдуна с авокадо опадает по листочку. «Еще немного, и деревце загнется!» — мелькнула мысль. Собрата-попаданца стало очень жалко, и я мягко, но настойчиво попросила:
— Дорогой, а давай я его открою. Либо просто прекрати над ним издеваться, а то мое дерево явно это плохо переносит. Это жутко неприятно. Эркилиэль вообще говорил, что у нас с авокадо какая-то эльфийско-магическая связь.
— Связь? — задумчиво проговорил Ровал, окинул оценивающим взглядом растение и протянул мне послание.
Конверт я вскрывала торопливо и неаккуратно, в итоге порвала бумагу в нескольких местах, но разобрать идеально ровный почерк это не помешало. Помешало незнание языка…
Досадливо поджав губы, я вернула листок Ровалу и потребовала:
— Только читай вслух.
Коротко кивнув, он начал читать:
— «Дорогая Светлана, спешу поздравить Вас с замужеством и пожелать всех благ. Надеюсь, мой подарок Вам пришелся по душе и зла Вы на меня больше не держите. Также лелею в мечтах надежду о новой встрече. Ваш верный друг Эркилиэль». Так, тут еще приписка есть. «Ровал, надеюсь, дерево от твоих действий не сильно пострадало? Иначе Светлана ужасно расстроится».
Раздраженно выдохнув, муж с силой сжал листок. Бумага моментально вспыхнула черным пламенем и осыпалась пеплом. Я же едва сдержалась, чтобы не затоптать остатки.
Тоже мне «верный друг» нашелся!
Идея, пришедшая в голову, была яркой, и я спросила:
— Дорогой, а у вас зубастые зверюшки сторожевые какие-нибудь есть? Чтобы больших размеров и пострашнее.
— Гранвэдские псы, а тебе зачем? — удивленно спросил Ровал.
— Давай купим одного. Я его назову Зло и буду натравливать на эльфа, чтоб не обольщался, ушастый! — Под конец я практически шипела от негодования.
А вот Ровал неожиданно рассмеялся и притянул меня к себе.
— Ты не перестаешь меня поражать. Но если так хочешь зубастую зверюшку, мы что-нибудь стоящее подберем.
— Хочу! — горячо заверила любимого и упрямо посмотрела ему в лицо.
В конце концов, пора уже становиться правильной попаданкой!
Теплая улыбка в ответ и нежный поцелуй, от которого я моментально растаяла. Но…
— Нас ждут гости, — оторвавшись от моих губ, прошептал Ровал.
Чертов титул, чертовы обязанности, чертов высший свет и чертова публичная свадьба!
Мой стон был чем-то средним между сожалением и готовностью послать все церемонии лесом. Правда, вслух произнесла рациональное:
— Дай мне пять минут и пару служанок.
— Если ты не хочешь…
Я отрицательно мотнула головой, не давая Ровалу договорить.
— Ты прекрасно знаешь, что мы не можем бросить гостей, к тому же поздравить нас придет сам король. Нам ни к чему пересуды. Я и так не самая идеальная герцогиня…
— Ты намного лучше, — признался Ровал. — Я тебя люблю.
Господи, спасибо, что не наделил меткостью и в тот вечер я так удачно промахнулась горшком по макушке разноглазого герцога. Люблю его, до безумия люблю!