Заложник (The Hostage)
Пьеса (1958)
Разношерстные обитатели одного дублинского дома в этот вечер пребывали в состоянии более нервном и оживленном, нежели обыкновенно: хозяин, Мусью, выводил душераздирающие пассажи на волынке; проститутки женского пола цапались с наносящими ущерб их промыслу бывшими юношами — Рио Ритой и Принцессой Грейс; одна девочка устроила было скандал из-за того, что ее клиент оказался поляком, то есть коммунистом, но его фунты все же примирили добрую католичку с перспективой противоестественной связи; в комнате мистера Мэллиди застукали члена благотворительного общества мисс Гилкрист и с позором изгнали, хотя было достаточно разок взглянуть на эту особу, чтобы понять, что на жизнь она может зарабатывать чем угодно, только не своим телом.
Солидные же патриоты Ирландской республики — Пат, чуть не сорок лет тому назад (на дворе, в смысле на сцене, год 1958-й) лишившийся ноги в достославных сражениях с королевскими войсками и с той поры состоящий управляющим при доме Мусью, и его подруга и помощница, отставная сотрудница борделя Мэг — просто напряженно ожидали некоего события, коротая ожидание за беседой о житье-бытье. Из этой беседы главным образом зритель и узнаёт, что это за дом, кто в нем живет и что здесь должно было произойти нынче попозже вечером.
Начнем с хозяина. Его отец был епископом (спокойно: не настоящим — протестантским), а мать — ирландкой, и вот из-за этого последнего обстоятельства он как-то в юности вдруг осознал себя вольнолюбивым кельтом: принялся изучать ирландский язык, стал наряжаться в клетчатую юбку и играть в кельтский футбол; в последовавшей за Пасхальным восстанием пятилетней войне с Англией он был то ли генералом, то ли капралом, а может, и адмиралом (Пат не видел большой разницы между этими званиями — звучат-то похоже); чудное прозвание Мусью он принял, не желая именоваться «мистером» — этим постылым словечком из словаря оккупантов. Однако на стезе ирландского патриотизма Мусью поджидали сплошные горестные разочарования, которые и подорвали его рассудок, но не дух: начать хотя бы с того, что его ирландский понимали только специалисты из Оксфорда, но никак не соотечественники по матери, а в довершение всего вожди повстанцев за здорово живешь отдали англичанам шесть северных графств.
После войны (а для него она продолжается и по ею пору) Мусью устроил в своем доме что-то вроде зимних квартир для ветеранов Республиканской армии, но денежки-то нужны, и поэтому хозяйственный Пат за разумную плату стал пускать шлюх, воров и прочих подонков, каковые теперь и составляли основную массу квартирантов;
Мусью, впрочем, свято верил, что все это — патриоты, пострадавшие за верность идее. О хозяине дома Пат держался двух твердых мнений, нимало не заботясь тем, что одно исключало другое: то Мусью у него оказывался несгибаемым борцом за ирландское дело, а то полоумным стариком, занятым совершеннейшей ерундой. Примерно таков же был и его взгляд на теперешнюю деятельность Ирландской республиканской армии.
Именно с деятельностью ИРА и было связано событие, которого все ждали. Дело в том, что на следующее утро в Белфасте должен был быть повешен восемнадцатилетний ирландец, застреливший английского полицейского. В ответ на это зверство оккупантов ИРА решила взять в заложники английского солдата и расстрелять его, если приговор в Белфасте будет приведен в исполнение. Как торжественно объявил Мусью, заложник будет содержаться в его доме.
Наконец у дверей Пат увидел человека в полувоенной форме и со значком, оповещавшим встречных о том, что его обладатель желает разговаривать только по-ирландски. «Офицер ИРА», — догадался Пат. Так оно и было. Проведя рекогносцировку, офицер удалился, а вскоре по радио передали, что в Ольстере с танцев тремя неизвестными похищен английский солдат. Немного времени спустя офицер возвратился в сопровождении двоих республиканских волонтеров и пленного, откровенно недоумевавшего, кому и зачем понадобилось портить ему приятный вечер.
Англичанин был совсем юн, звали его Лэсли, в армии служил без году неделя. К некоторому разочарованию обитателей дома Мусью, его безусая физиономия не несла и тени звериного оскала оккупационного режима, но это обстоятельство не уменьшило общего интереса к пленному. Первой до Лэсли дорвалась мисс Гилкрист и преподнесла ему пачку вырезок из воскресных газет, посвященных неафишируемым подробностям из жизни королевского дома, но ему было мало дела до королевы, а до того, что пишут газеты, — и подавно.
Мэг, впрочем, отнеслась к англичанину вполне по-матерински, сготовила обильный ужин и послала новую молоденькую служанку, Терезу, прибрать его комнату и перестлать постель.
Тереза, деревенская девушка, только-только вышедшая из стен монастырской школы, оказалась ровесницей Лэсли — оба они были сорокового года. Молодые люди запросто разговорились, и скоро выяснив, что война, ненависть и все такое — дела прошлые и никому не нужные, принялись болтать о том о сем, рассказывать истории из детства. Из добрых чувств Тереза надела на шею Лэсли свой образок с Богородицей, чтобы она помогла парню в предстоящих испытаниях. Уединению восемнадцатилетних невольно поспособствовал офицер, ради конспирации наведший в доме суровую дисциплину и приставивший часовых к дверям комнаты узника. О Терезе все просто-напросто забыли…
Когда про нее вспомнили и нашли у пленного, офицер забеспокоился, как бы она не донесла полиции, но его уверили, что это невозможно, все входы и выходы под надежной охраной. Лэсли по-прежнему недоумевал, что это задумали ирландские чудаки, пока один из жильцов не показал ему свежую газету. В ней сообщалось, что несмотря ни на что приговор убийце полицейского отменен не будет, а также что ИРА был захвачен заложник, рядовой Лэсли Алан уильямс, каковой в случае казни ирландца будет расстрелян.
Пат, Мэг и мисс Гилкрист сидели в комнате пленного и целеустремленно выпивали, Лэсли пел «Правь, Британия, морями!», а потом перешел на простые деревенские песенки. Подогретый пивом, Пат болтал о своих боевых подвигах, весьма цинично живописуя бардак, творившийся во времена освободительной войны. Мисс Гилкрист, эта, по выражению Мэг, тень усопшей проститутки, заметила, что не стоит плохо говорить об ирландцах в присутствии англичанина, но ее быстро заткнули, а Аэсли пригласили к столу.
Завязалась пьяная политическая дискуссия, и молодой англичанин даже признал вполне сволочным один поступок так называемую помощь королевы Виктории: голодавшей тогда Ирландии она послала в фонд поддержки пять фунтов, одновременно пожертвовав такую же сумму на приют для бездомных собак. Но как бы то ни было, настаивал Аэсли, это случилось давно, и с какой стати он должен гибнуть не за так. Пат в хмельном благодушии обещал, что в ближайшие пятьдесят лет ему стоит бояться смерти разве что от атомной бомбы.
Помимо утешителей, у Лэсли вдруг нашлись и заступники в лице целой делегации проституток, возглавляемой Рио Ритой, Принцессой Грейс и мистером Мэллиди, которая потребовала немедленно выпустить заложника. Пат, в отсутствие офицера взявший на себя функции командира, выставил их вон, а потом, чтобы Лэсли с Терезой могли побыть наедине, выгнал прочь и всех остальных.
Лэсли умолял Терезу пойти позвать полицию, убеждал ее, что парню в белфастской тюрьме совсем не хотелось бы, чтобы Лэсли вслед за ним отправили на тот свет. Тереза и не соглашалась, и не отказывалась. Молодые люди уже успели сговориться о встрече в следующую увольнительную, если, конечно, Лэсли удастся выбраться живым из этой дурной переделки, когда их разговор прервал офицер ИРА, у которого на сей раз в руках был пистолет.
Но тут послышался шум, выстрелы, свет погас. Офицер, Пат, Мэг и примкнувший к ним Мусью решили, что это полиция, однако, как оказалось, попытку насильственного освобождения предприняли мистер Мэллиди, Принцесса Грейс и Рио Рита с соратниками. Пат и Мусью скоро сложили оружие, офицер с волонтером как-то стушевались и появились уже одетыми в женское платье, но были узнаны и арестованы по приказу мистера Мэллиди, как тут выяснилось, агента тайной полиции.
Когда все стихло, на поле боя остался один убитый — английский солдат Лэсли уильямс. На его шее Принцесса Грейс в недоумении — неужто покойный был католиком? — заметила (заметил?) образок.
Л. А. Карельский
ИСЛАНДСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
Халлдор (Хальдоур Кидьян) Лакснесс (Halldor Kiljan Laxness) [р. 1902]
Исландский колокол
(Islandsklukkan)
Роман (1943–1946)
Действие романа-трилогии Халлдора Лакснесса (часть первая — «Исландский колокол», часть вторая — «Златокудрая дева», часть третья — «Пожар в Копенгагене») разворачивается в конце XVI — начале XVII в. в Исландии и Дании, а также в Голландии и Германии, куда во время своих странствий попадает один из главных героев — бедный крестьянин Йоун Хреггвидссон.
Смысл названия трилогии раскрывается в первой же главе, когда по приказу королевского палача арестованный Йоун Хреггвидссон сбрасывает на землю и разбивает на куски старинный колокол — древнюю святыню Исландии. Датской короне, владевшей в те времена Исландией и ведшей затяжные войны, требовалась медь и бронза.
В центре повествования находятся фигуры трех людей, чьи судьбы причудливо переплелись на фоне реальных исторических событий. Помимо Иоуна Хреггвидссона, это — дочь судьи, представительница одного из самых знатных родов, «Солнце Исландии», златокудрая йомфру Снайфридур и ученый историк, посвятивший всю свою жизнь отысканию и сохранению древних исландских рукописей, приближенный датского короля Арнас Арнэус.
Йоун Хреггвидссон, живущий в беспросветной нищете и арендующий свой участок земли у Иисуса Христа, не брезгует и дополнительными «заработками», как-то: может стащить обрывок веревки для починки рыболовных снастей или рыболовный крючок (работая на земле, прокормиться трудно; основной источник продуктов питания исландцев — море). За эти преступления Йоуна периодически заключают в тюрьму и подвергают иным наказаниям, например порке плетьми.
В конце концов его обвиняют в убийстве королевского палача и приговаривают к смертной казни.
Однако, по неведомому капризу судьбы, именно в убогой хижине этого бедного крестьянина хранится бесценное сокровище — несколько листков пергамента XIII в. с нанесенным на них фрагментом текста «Скальды» — исландского сказания о героях древности. Буквально на следующий день после того, как в болоте был обнаружен труп палача, но еще до того, как Йоуна Хреггвидссона судили за убийство, в хижину приходит Арнас Арнэус в сопровождении своей возлюбленной Снайфридур и покупает у матери Йоуна эти бесценные пергаментные листки, негодные даже для того, чтобы починить обувь.
Позднее этому эпизоду суждено было стать решающим для судьбы как Йоуна, так и других героев.
Йоуна судят и приговаривают к смерти.
Накануне казни Снайфридур подкупает стражника и спасает Йоуна от смерти.
Только один человек может добиться пересмотра дела — это Арнас Арнэус, уехавший к тому времени в Данию. Снайфридур дает Йоуну свое кольцо и помогает бежать из страны. Через Голландию и Германию, претерпев многочисленные невзгоды, несколько раз чудом избежав смерти, но все же сохранив кольцо йомфру Снайфридур, Иоун наконец попадает в Копенгаген и встречается с Арнэусом, который к тому времени истратил почти все свое состояние на покупку исландских древностей и был вынужден жениться на богатой, но уродливой горбунье.
В конце концов Арнэусу удается добиться того, что дело об убийстве будет пересмотрено. Йоун Хреггвидссон получает охранную грамоту, с которой возвращается на родину, где его дело должно слушаться заново. Судья Эйдалин, отец йомфру Снайфридур, видимо опасаясь огласки старой истории о том, как его дочь помогла бежать осужденному преступнику, вступает с крестьянином в сговор: никто не станет того трогать, но и он в свою очередь должен молчать о своем деле.
Между событиями первой и второй книги трилогии проходит пятнадцать или шестнадцать лет. За это время йомфру Снайфридур, отчаявшись дождаться своего возлюбленного, выходит замуж за пьяницу и грубияна Магнуса Сигурдссона, который во время своих продолжительных запоев проматывает все состояние, а в конце концов даже продает двум проходимцам собственную жену за бочонок водки.
Снайфридур стойко несет свой крест, отказом отвечая на все попытки уговорить ее развестись с мужем и найти более достойного супруга, каковым мог бы стать ее «терпеливый жених» пастор Сигурдур Свейнссон. Раз уж она не может иметь лучшую и наиболее желанную долю, то она готова терпеть унижения и лишения, но не согласна на нечто среднее.
Тем временем в Исландию из Дании возвращается Арнас Арнэус, имеющий широкие полномочия, данные ему королем. Он стремится по возможности облегчить участь исландцев, страдающих как от невзгод, вызванных суровыми условиями жизни на острове, так и от нещадной эксплуатации со стороны метрополии, имеющей монопольные права на все внешние сношения Исландии. В частности, Арнэус приказывает уничтожить всю муку, привезенную датскими купцами, поскольку она непригодна в пищу — в ней кишат клещи и черви.
Начинает Арнэус и пересмотр некоторых старых дел, по которым, как ему представляется, в прошлом были вынесены несправедливые приговоры.
Всплывает и дело Йоуна Хреггвидссона. Оно становится поводом для возбуждения дела против самого судьи Эйдалина, вступившего в тайный сговор с осужденным и осмелившегося нарушить предписание, содержавшееся в королевской грамоте.
Одновременно с этим муж Снайфридур Магнус Сигурдссон подает жалобу на самого Арнаса Арнэуса, обвиняя того в преступной связи с его женой. Магнуса поддерживает и пастор Сигурдур Свейнссон, некогда весьма почитавший высокоученого мужа Арнаса Арнэуса, но нынче усматривающий в его деятельности угрозу для правящей элиты исландского общества и лично для отца своей «невесты». После долгих разбирательств Арнэусу удается выиграть оба дела. Судью Эйдалина лишают чести и всех должностей, а его имущество отходит в собственность датской короны.
Однако судебная победа дорого обходится Арнасу Арнэусу. Он не только не снискал популярности в народе, но, напротив, — все, даже помилованные преступники, стали проклинать его за то, что он разрушил вековечные устои общества и оскорбил почтенных, уважаемых людей, в том числе судью Эйдалина. Арнэусу вменяют в вину и то, что, уничтожив червивую муку, он фактически лишил исландцев пропитания и обрек на голод, поскольку, кроме Дании, иных источников продуктов питания (если не считать рыбы) у исландцев нет.
За год-два, прошедшие между событиями второй и третьей книг, в судьбе героев, и прежде всего йомфру Снайфридур и Арнаса Арнэуса, происходят разительные перемены. Эпидемия чумы в Исландии уносит жизни сестры йомфру и мужа сестры — епископа из Скальхольта. Умирает и отец йомфру — судья Эйдалин. В Дании умирает прежний король, поощрявший занятия Арнэуса исландскими древностями. Интересы нового короля лежат совсем в иной области — его занимают только охоты, балы и прочие увеселения. Арнас Арнэус попадает в немилость при дворе и утрачивает былую силу и могущество, чем не преминули воспользоваться его недруги, в частности проходимец Йоун Мартейнссон, крадущий книги из библиотеки Арнэуса и тайно продающий их шведам. Среди украденных им книг — и бесценная «Скальда».
Тот же Йоун Мартейнссон всячески помогает противникам Арнэуса добиваться пересмотра старых приговоров, вынесенных в прошлом по делам, которые Арнэус рассматривал, имея на то полномочия от бывшего короля Дании. В частности, ему удается добиться, что муж йомфру Снайфридур Магнус Сигурдссон выигрывает старое дело об оскорблении его достоинства Арнэусом. Впрочем, в тот самый вечер, когда дело было выиграно, Йоун Мартейнссон убивает Магнуса.
Сама йомфру Снайфридур начинает судебный процесс против Арнэуса с целью восстановить доброе имя отца и вернуть его владения. Опять всплывает дело Йоуна Хреггвидссона, которого снова арестовывают и под конвоем привозят в Данию, где заточают в тюрьму, но потом отпускают, и он становится слугой в доме Арнаса Арнэуса. Немилость короля, отсутствие поддержки при дворе — все говорит о том, что на этот раз судьба отвернулась от Арнэуса и ему суждено проиграть судебный процесс.
Тем временем король Дании, казна которого опустела в результате расточительного образа жизни, решает продать Исландию, содержание которой обходится слишком дорого. Уже и в прошлом датская корона вела переговоры о продаже острова, делая такие предложения Англии, но тогда сделка не состоялась. На этот раз ею всерьез заинтересовались ганзейские купцы из Германии. Дело за малым — надо найти такого человека, который смог бы стать губернатором острова. Это непременно должен быть исландец — история уже показала, что любые чужаки на этой должности недолго остаются в живых, прибывая в Исландию. Это должен быть человек, пользующийся уважением у себя на родине. Естественный выбор купцов — Арнас Арнэус.
Получив такое предложение, Арнэус оказывается перед тяжелой дилеммой. С одной стороны, монопольное право датской короны на владение островом и нещадная эксплуатация его жителей приводят к неисчислимым страданиям исландцев, а значит, переход Исландии под власть германского императора может облегчить судьбу народа. С другой стороны, Арнэус понимает, что это лишь переход в новое, пусть и более сытое рабство, выхода из которого уже не будет. «Исландцы в лучшем случае станут жирными слугами в немецком вассальном государстве, — говорит он. — А жирный слуга не может быть великим человеком. Избиваемый же раб — великий человек, ибо в сердце его живет свобода». Арнэус не хочет такой судьбы для народа, слагавшего величайшие сказания, и поэтому отвергает предложение немецких купцов, хотя для него самого новая должность сулила величайшие блага, в том числе и возможность устроить личную судьбу вместе со своей возлюбленной.
Разительные перемены происходят и в самих характерах главных героев. В конце повествования Арнас Арнэус — это уже не тот блестящий вельможа и высокоученый муж, полный великих планов по спасению национального достояния своей родины. Это бесконечно усталый человек, его даже не слишком сильно расстроила пропажа главного сокровища его жизни — «Скальды». Более того, когда разразившийся в Копенгагене пожар уничтожает всю его библиотеку, Арнас Арнэус наблюдает за буйством огня с каким-то отрешенным равнодушием.
Меняется и характер йомфру Снайфридур. Несмотря на то что ей удается отстоять в суде доброе имя отца и вернуть себе все его поместья, это приносит ей мало радости. Некогда гордая и независимая в своих мыслях и поступках женщина, мечтавшая о том времени, когда она будет разъезжать на белых конях вместе с возлюбленным, смиряется со своей участью и дает согласие выйти замуж за «терпеливого жениха» пастора Свейнссона, получившего назначение на должность епископа в Скальхольте вместо умершего мужа сестры Снайфридур.
В заключительной сцене романа сильно постаревший Йоун Хреггвидссон, получивший на этот раз, очевидно, окончательное прощение по своему делу, наблюдает за тем, как супружеская чета отправляется к месту своего постоянного проживания, в Скальхольт. Черные кони блестят в лучах утреннего солнца.
Б. Н.Волхонский