Путешествие на край ночи
(Voyage au bout de la nuit)
Роман (1932)
Молодой француз, студент-медик Фердинан Бардамю, под влиянием пропаганды записывается добровольцем в армию. Для него начинается жизнь, полная лишений, ужаса и изнурительных переходов по Фландрии, на территории которой французские войска принимают участие в первой мировой войне. Однажды Бардамю посылают в разведку. К этому времени он уже успел дойти до такой степени нервного и физического истощения, что мечтает лишь об одном: сдаться в плен. Во время вылазки он встречается с другим французским солдатом, Леоном Робинзоном, чьи желания совпадают с желаниями Бардамю. Однако сдаться им не удается, и они расходятся каждый в свою сторону.
В скором времени Бардамю получает ранение, и на лечение его отправляют в Париж. Там он знакомится с американкой Лолой, облаченной в форменное обмундирование и приехавшей в Париж, чтобы в меру своих слабых сил «спасать Францию». В ее обязанности входит регулярное снятие пробы с яблочных оладий для парижских госпиталей. Лола целыми днями изводит Бардамю разговорами о душе и патриотизме. Когдаже он признается ей, что боится идти воевать и у него происходит нервный срыв, она бросает его, а Бардамю попадает в госпиталь для помешанных солдат. Чуть позже он начинает встречаться с Мюзин, скрипачкой, особой не слишком строгой нравственности, которая пробуждает в нем сильные чувства, но не раз изменяет ему с более богатыми клиентами, в частности с богатыми иностранцами. Вскоре Мюзин предпочитает, чтобы их пути с Бардамю и вовсе разошлись.
Наличных средств у Бардамю нет, и он идет к одному ювелиру, у которого до войны работал в подсобке, попросить денег. Делает он это вместе со своим бывшим приятелем Вуарезом, тоже когда-то работавшим у этого ювелира. От него молодые люди получают гроши, которых им не хватило бы и на один день. Тогда по предложению Вуареза оба отправляются к матери погибшего однополчанина Вуареза, которая является женщиной состоятельной и время от времени ссужает Вуареза деньгами. Во дворе ее дома молодые люди встречают все того же Леона Робинзона. Робинзон сообщает им, что женщина, к которой они пришли, утром покончила с собой. Его самого этот факт расстраивает не меньше, чем Бардамю, поскольку он приходится ей крестником и тоже хотел попросить некоторую сумму.
Через несколько месяцев Бардамю, получивший освобождение от военной службы, садится на пароход и отплывает к берегам Африки, где надеется снова встать на ноги в одной из французских колоний. Эта переправа чуть не стоит ему жизни. Пассажиры по непонятным причинам превращают Бардамю в изгоя на судне и за три дня до завершения плавания намереваются выбросить молодого человека за борт. Лишь чудо и красноречие Бардамю помогают ему остаться в живых.
Во время остановки в колонии Бамбола-Брагаманса ночью Фердинан Бардамю, пользуясь тем, что его преследователям необходима передышка, исчезает с корабля. Он устраивается в компанию «Сранодан Малого Конго». В его обязанности входит жизнь в лесу, в десяти днях пути от Фор-Гоно, городка, где находится контора компании, и обмен каучука, добываемого неграми, на тряпки и безделушки, которыми компания снабдила его предшественника и на которые так падки дикари. Добравшись до места назначения, Бардамю встречается со своим предшественником, которым вновь оказывается Леон Робинзон. Робинзон забирает с собой все самое ценное, большую часть денег и уходит в неизвестном направлении, не намереваясь возвращаться в фор-Гоно и давать отчет начальству в своей хозяйственной деятельности. Бардамю, оставшись у разбитого корыта, доведенный почти до безумия алчными насекомыми и громогласными ночными завываниями живущего в лесу вокруг его хижины зверья, принимает решение последовать за Робинзоном и двигаться в том же направлении, в котором исчез его знакомый. Бардамю подкашивает малярия, и негры-провожатые оказываются вынужденными доставлять его до ближайшего населенного пункта, которым оказывается столица испанской колонии, на носилках. Там он попадает к одному священнику, который продает Бардамю капитану галеры «Инфанта Сосалия» гребцом. Судно плывет в Америку. В Соединенных Штатах Бардамю сбегает с галеры и пробует найти свое место в этой стране. Сначала он работает учетчиком блох в карантинном госпитале, затем ходит без работы и без гроша в кармане, потом он обращается за помощью к своей бывшей любовнице, Лоле. Та дает ему сто долларов и выпроваживает за дверь. Бардамю устраивается на завод к форду, однако вскоре бросает и это занятие, познакомившись в публичном доме с Молли, ласковой и преданной девушкой, которая помогает ему материально и хочет когда-нибудь выйти за него замуж. Пути господни неисповедимы; неудивительно, что и в Америке Фердинан случайно встречается с Леоном Робинзоном, приплывшим в страну тем же способом, что и Бардамю, но чуть опередив последнего. Робинзон работает уборщиком.
Пробыв в Америке около двух лет, Бардамю уезжает обратно во Францию и возобновляет занятия медициной, сдает экзамены, продолжая одновременно подрабатывать. Через пять-шесть лет академических страданий Фердинан все же получает диплом и право вести врачебную деятельность. Он открывает свой врачебный кабинет на окраине Парижа, в Гаренн-Дранье. У него нет ни претензий, ни амбиций, а лишь желание вздохнуть чуть посвободней. Публика в Гаренн-Дранье (название района говорит само за себя) принадлежит к низшим слоям общества, деклассированным элементам. Здесь люди никогда не живут в достатке и не стараются скрывать грубость и разнузданность своих нравов. Бардамю, как самый непритязательный и совестливый врач в квартале, часто за свои услуги не получает ни единого су и дает советы бесплатно, не желая обирать бедняков. Попадаются, правда, среди них и откровенно преступные личности, такие, как, например, муж и жена Прокисс, которые сначала хотят упечь престарелую мать Прокисса в лечебницу для душевнобольных стариков, а когда та дает решительный отпор их планам, замышляютее убить. Функция эта, что уже не удивляет читателей, четой Прокисс поручается неизвестно откуда взявшемуся Робинзону за плату в десять тысяч франков.
Попытка отправить старуху на тот свет оканчивается для самого Робинзона драматично: дробь из ружья во время установки ловушки для мамаши Прокисс попадает в глаза самому Робинзону, отчего тот на несколько месяцев слепнет. Старуху и Робинзона супруги Прокисс от греха подальше, чтобы ни о чем не прознали соседи, отправляют в Тулузу, где старуха открывает собственное дело: она показывает туристам церковный склеп с выставленными в нем полуистлевшими мумиями и имеет с этого неплохой доход. Робинзон же водит знакомство с Мадлон, двадцатилетней черноглазой девушкой, которая в скором времени, несмотря на его слепоту, планирует стать его женой. Она читает ему газеты, гуляет с ним, кормит его и заботится о нем.
Бардамю приезжает в Тулузу, чтобы проведать своего приятеля. Дела у того идут превосходно, чувствует он себя уже лучше, к нему постепенно начинает возвращаться зрение, он получает несколько процентов от прибыли со склепа. В день отъезда Бардамю в Париж со старухой Прокисс случается несчастье: оступившись на лестнице, ведущей в склеп, она падает вниз и от ушиба умирает. Фердинан подозревает, что без участия Робинзона тут не обошлось, и, не желая впутываться в это дело, спешит вернуться в Париж. В Париже Бардамю по протекции одного своего коллеги, Суходрокова, устраивается на место ассистента главного врача в психиатрическую больницу. У главврача по фамилии Баритон есть маленькая дочь, отличающаяся определенной странностью характера. Отец желает, чтобы она начала изучать английский язык, а преподавать ей просит Бардамю. С английским у девочки не ладится, затоее отец, присутствующий на всех уроках, проникается страстной любовью к языку, литературе и истории Англии, что в корне меняет его взгляд на мир и его жизненные устремления. Он отправляет дочь к какой-то дальней родственнице, а сам на неопределенное время уезжает в Англию, затем в Скандинавские страны, оставляя Бардамю своим заместителем. В скором времени у ворот лечебницы появляется Робинзон, который на сей раз сбежал от своей невесты и ее мамаши. Мадлон усиленно тащила Робинзона под венец, угрожая в случае, если он не женится на ней, сообшить в полицию, что смерть старухи Прокисс наступила не без участия Робинзона, Заявившись к Бардамю, он умоляет приятеля приютить его у себя в больнице в качестве умалишенного. Мадлон незамедлительно вслед за женихом приезжает в Париж, устраивается на работу и все свободное время проводит у ворот больничного парка в надежде увидеться с Леоном. Бардамю, желая оградить Робинзона от встречи с Маддон, грубо разговаривает с ней и даже дает пощечину. Пожалев о своей несдержанности, он приглашает Робинзона с Мадлон, а также массажистку Софью, свою близкую подругу, ради примирения на прогулку. Примирения, однако, не получается, а на обратном пути по дороге в больницу в такси Мадлон, которой не удается добиться от Робинзона согласия вернуться в Тулузу и жениться на ней, стреляет в него в упор из пистолета, а затем, открыв дверцу такси, вылезает из него и, скатившись с крутого откоса прямо по грязи, исчезает в темноте поля. От полученных ранений в живот Робинзон умирает.
Е. В. Семина
Луи Арагон (Louis Aragon) [1897–1982]
Страстная неделя
(La semaine Sainte)
Роман (1958)
Действие происходит с 19 по 26 марта 1815 г. во Франции, в течение последней перед Пасхой недели, в католическом календаре именуемой страстной. В основе романа лежат исторические события, связанные с возвращением Наполеона Бонапарта в Париж, бежавшего с острова Эльбы, где он находился в изгнании. Главным персонажем этого многопланового романа-эпопеи является молодой художник Теодор Жерико. В 1811 г. его отец, Жорж Жерико, с согласия сына, ненавидящего войну, нанял вместо него на службу в армии Наполеона рекрута. И несколько лет Теодор спокойно занимался живописью. Однако в 1815 г. он вдруг определяется в серые мушкетеры короля Людовика XVIII и таким образом включается в драматические события, охватившие Францию.
В казарме королевских войск на окраине Парижа рано утром получен приказ прибыть в столицу на Марсово поле, где днем король хочет провести смотр. Какое решение примет король — защищать Лувр и Париж по разработанному плану или уходить из столицы, поскольку Бонапарт очень быстро и практически беспрепятственно подходит к городу? Все обсуждают известие об измене «верного» маршала Нея, посланного королем преградить Бонапарту дорогу на Париж и перешедшего на сторону императора. Теодор Жерико задает себе и еще один вопрос — а что произойдет лично с ним, если и дальше генералы будут изменять королю, а королевские войска с обозами и оружием будут присоединяться к армии Наполеона? Может, бросить все, отсидеться в огромном доме отца, опять заняться живописью?.. Однако после кратковременного отдыха в своем парижском доме, несмотря на усталость, сомнения, дождь и слякоть, Теодор все-таки вовремя приезжает на своем любимом коне Трико к месту сбора.
Между тем время идет, а король не появляется. Слухи о предательствах, о бегстве аристократов, о Бонапарте, находящемся на подступах к Парижу, о нерешительности короля будоражат умы французов. Военным ничего не сообщают, но они вдруг видят карету короля. На большой скорости она удаляется от Лувра. Значит, монарх удирает, но куда, в каком направлении? Потом вдруг карета останавливается, король приказывает войскам вернуться в казармы, а сам возвращается в Лувр. В городе оживление, в некоторых кварталах Завсегдатаи кафе уже пьют за здоровье Наполеона. Ходить по городу в форме королевского мушкетера опасно, но ведь не спать же в такую ночь?! Теодор заходит в кафе и своей формой чуть не провоцирует драку, К счастью, его старый знакомый Дьедонне, оказавшийся там, узнает Теодора и все улаживает. Дьедонне возвращается к императору, но он не забыл и Теодора, которого знает с детства и которому служил моделью для одной из картин. Бродя по Парижу, Жерико встречает и других знакомых. В голове его царит такаяже неразбериха, как и во всем городе. Мысли сменяют друг друга. Думы о прошлом, настоящем и будущем родины чередуются с мыслями 6 живописи. Что лучше для Франции — король, Бонапарт или Республика? Почему он, художник Теодор Жерико, не бежит сейчас же в свою мастерскую? Ведь все, что он видел днем и видит сейчас, — это яркий свет в Лувре, где принимают посла Испании, и чернота, ночи — все так и просится на полотно. Сейчас он мог бы работать не хуже своего любимого Караваджо.
Однако ноги несут его не домой, а к друзьям-мушкетерам, которые вместе с другими войсками покидают Париж и, вслед за уже выехавшим посреди ночи королем и его эскортом, отступают на север страны. Но куда именно, по какому маршруту — никто не знает, даже племянник короля, герцог Беррийский, задержавшийся ненадолго у своей возлюбленной Виржини, родившей ему на днях сына. Король назначил маршала Мезона главнокомандующим, но и тот не может ничего организовать — генералы поступают, как сами считают нужным. Неизвестно, где находится штаб, но известно, что 19 марта вечером весь его состав появился в канцелярии, потребовал себе жалованье и исчез. Не успели королевские войска отойти от Парижа, как часть их уже повернула назад: в Сен-Дени генерал Эксельманс, перешедший на сторону Бонапарта, переманил их. Преданные королю части 20 марта в непогоду и непролазную грязь добрались до города Бовэ, откуда только что уехал король и его свита. Но куда? В Кале, а потом в Англию? Можно только догадываться. А что суждено им — будет ли здесь дан бой, или отступление продолжится? Жители Бовэ побаиваются возвращения Бонапарта. Ведь тогда опять начнутся рекрутские сборы, кровавая дань войне, а их город и так уже почти полностью разрушен. Да и производство пострадает, кому тогда будет нужен их текстиль?
В Бовэ Жерико остановился на ночлег в доме вдовы-бакалейщицы Дюран. Ее дочь, шестнадцатилетняя Дениза, рассказала Теодору, что год назад у них квартировал молодой офицер Альфонс де Пра, который читал ей свои стихи и замечательно описывал Италию. Позднее Теодор узнал, что это был Ламартин. А в эту же ночь, на рассвете, супрефекту города привезли известие о том, что император Бонапарт торжественно водворился в парижском Лувре. В Бовэ военачальники и прибывшие туда утром принцы не могут скрыть своей растерянности: войска к городу еще полностью не подтянулись, а генерал Эксельманс, отправившийся их догонять, может вот-вот навязать бой. Значит, нужно, не жалея казенных денег, купить лошадей, как можно скорее дойти до порта Дьепп и отплыть в Англию, даже не имея на то прямых указаний короля, который по-прежнему не дает о себе знать.
В числе посланных за лошадьми находится и Жерико. Разговор с хозяином табуна непрост, но мушкетерам все же удается, благодаря своей напористости, купить лучших лошадей. Среди коней выделяется один, черной масти с белым пятном на задней ноге. С такими «белоножками» надо быть осторожным, уж очень они норовисты. Этого коня-красавца Жерико отдает Другу Марку-Антуану, который на пути к Бовэ лишился своего любимого коня. Но подарок оказывается роковым: через два дня конь, испугавшись неожиданного выстрела, понес нового хозяина, не сумевшего высвободить ногу из стремени. Всадника в тяжелом состоянии оставляют на попечение бедной крестьянской семьи, и дальнейшая его судьба остается неясной.
При въезде в город Пуа Теодору пришлось заехать в кузницу, чтобы подковать своего Трико. Ночевать он остается у кузнеца Мюллера, к которому приехали двое мужчин — старик Жубер и молодой возница Бернар. Мюллер женат на Софи, к которой питают нежные чувства Бернар и помощник кузнеца Фирмен. За ужином острый взгляд Теодора уловил признаки разыгрывающейся в этом доме драмы. Фирмен ненавидит Бернара, чувствуя, что Софи тайно увлечена этим регулярно появляющимся у кузнеца гостем. Фирмен терпеливо ждет подходящего момента, чтобы разделаться с соперником. В полночь Фирмен входит в комнату к Теодору и зовет его пойти с ним вслед за Бернаром и Жубером на тайную сходку заговорщиков. Фирмен надеется, что королевский мушкетер Жерико, услышав антикоролевские речи заговорщиков, донесет на Бернара, и таким образом он освободится от ненавистного соперника. На поляне возле кладбища собралось человек двадцать. Они взволнованно обсуждают причины бедственного положения народа, винят в этом прежде всего аристократов и короля, ругают Бонапарта за бесконечные войны и разорения. Сколько людей, столько и мнений. Теодору, спрятавшемуся за деревом, кажется, что он в театре и смотрит какую-то незнакомую драму. Оказывается, цена на хлеб может кого-то волновать и даже беспокоить, какие-то расчетные книжки вызывают проклятья у рабочих, и эти же рабочие с надеждой говорят о каких-то «рабочих союзах». Одни из них утверждают, что народ никому больше не должен верить, другие доказывают, что Бонапарт может быть таким, каким его сделает народ, если народ даст ему правильное направление, а сам объединится. Жерико чувствует, что в нем самом что-то меняется. Эта волна человеческих страстей увлекает его и приносит ему чисто физическую боль. Он попал сюда нечаянно, но теперь он будет всегда на стороне этих людей, о которых раньше практически ничего не знал. И когда Фирмен назойливо просит Теодора, чтобы тот вернулся в город и все рассказал королевским властям, которые арестуют бунтовщиков, Теодор в бешенстве отшвыривает Фирмена и бьет его по лицу.
Вести о кавалерии Эксельманса гонят принцев и графов за Ла-Манш, но Теодор Жерико и не мыслит об эмиграции. В Пуа слово «родина» обогатилось для него новым смыслом, теперь он не мог бы расстаться с Францией, покинуть нуждающихся и страдающих людей. Но король спешит покинуть Францию: во-первых, нельзя попадаться в руки Бонапарту, а во-вторых, сейчас опасны даже родственники, мечтающие завладеть его короной. Людовик XVIII хочет их всех перехитрить — через какое-то время вернуться с союзниками и обезопасить себя от всех претендентов. Тем временем среди солдат короля распространяются слухи, что в Лилле гвардия может соединиться с иностранными армиями, стоящими на границе. Значит, герцог Орлеанский, два дня назад заверивший войско, что король никогда не обратится за помощью к иностранцам и не позовет их на французскую землю, лгал.
В армии зреет бунт. Перед некоторыми генералами эта проблема встает с такой же остротой. Например, маршал Макдональд открыто заявляет королю, что границу не перейдет. Настал момент выбора: верность королю или верность родине. А сам король, так и не доехав до порта на Ла-Манше, решил поскорее перейти франко-бельгийскую границу в Менено. На площадях французских городов уже вместо «Да здравствует король!» повсюду кричат «Да здравствует император!», и в страстную пятницу идут в собор на литургию. Но Теодору не до религиозных обрядов: он еще не нашел для себя ответа, на чью сторону встать. Уже понятно, что не на сторону короля, запятнавшего себя позором измены. Но чем лучше Бонапарт? Ведь это он как-то сказал, что не хочет быть императором черни. Ему все равно, что народ умирает с голоду, а армия и бесчисленная полиция держат его в страхе. А может быть, прав тот молодой оратор, который призывал роялистов и республиканцев сплотиться против тирана-императора? Во всем этом еще предстоит разобраться. А сейчас Теодору Жерико, уже побывавшему у пределов возможного, в этот час пасхальной заутрени хочется просто жить, писать картины, всматриваться в лица людей, любить их. Он хочет стать настоящим живописцем мира, который его окружает.
Я. В. Никитин