Я покачала головой.
— Все в порядке. Прости. Мне просто нужно что-нибудь поесть.
Менни кивнул. Он не купился на это, но не стал отрицать. Менни никогда не отталкивал меня, он всегда рядом, и я почти принимала это как должное.
— Ты просто замечательный, знаешь, — тихо сказала я в его рукав.
— Хм, чирлидерши что-то подсыпали в твою содовую?
— Нет, я просто не хочу, чтобы ты думал... понимаешь, со всеми моими лекциями и остальным.
Он засмеялся.
— Так ты поэтому так возбуждена?
Не поэтому, но я все равно пожала плечами.
— У нас все хорошо, — сказал он, обнимая меня за плечо. — Это будет хороший вечер. Кендис дала мне свой номер. К тебе клеился футболист...
— Менни, Богом клянусь, если ты не перестанешь...
Группа появилась на сцене, и мне пришлось замолкнуть. Менни вздернул мою руку и все в помещении сошли с ума. Люди плотно сгрудились на танцполе перед сценой, пока участники группы проверяли звук.
— Я иду туда, — сказал Менни. — Кто со мной?
— Я пойду! – вставая, вызвалась Хедли. – Кажется, я вижу Тейси. Коннор?
— Буду через минуту, — ответил он.
— Пи?
Посмотрев на Менни, я покачала головой.
— Она должна дождаться пиццу, — сказала Хедли. — Коннор, ты же заставишь ее съесть кусочек?
— Технически. Не уверен, что что-нибудь здесь можно назвать едой.
Все засмеялись, и Менни ткнул в меня пальцем, пока Хедли тащила его к танцполу.
— Полкусочка и я хочу видеть твою задницу у сцены, Пи. Никаких споров.
Он меня бесил, но это хорошо. Это нормально. В данный момент я просто жаждала нормальности.
Пока они шли к танцполу, я проверила свой телефон, обнаружив новое сообщение. Очевидно, где-то посредине моих параноидальных иллюзий насчет Коннора, я пропустила его.
«Получил».
Что это? «Получил» и все? Что это вообще значит? Это вообще подтверждение или отрицание для меня. Это привело меня назад, к самому началу – больше ответов, чем вопросов.
***
Парень, который не был Ником, принес нашу пиццу и напитки, извинившись за то, что нам пришлось ждать. Меня все еще трясло после ситуации с Коннором, а теперь я еще и злилась оттого, что Ник не пришел лично. Что было... просто смешно. Я довольно много времени провела с ним, отталкивая его любыми способами. А теперь я схожу с ума, оттого что он не примчался ко мне?
Я откусила кусочек пиццы. Пластиковый вкус сыра и тонкий слой томатной пасты не сделали ничего, чтобы улучшить мое настроение, так что я опустила ее на салфетку – у них вообще, здесь есть тарелки? – и огляделась вокруг.
Менни схватил меня за руку, когда группа вышла для следующего тура.
— Пошли, Клоун. Пора убрать с лица это хмурое выражение.
Предоставьте дело Менни и он заставит меня засмеяться, по крайней мере, тогда, когда я этого хочу. Я попыталась покачать головой, но потом Тейси и Хедли потащили меня за обе руки. И, по правде говоря, я больше не могла сидеть за столом ни минуты. Так что я подчинилась.
Я не так уж часто танцую и еще меньше кричу. Но каким-то образом я последовала за ними прямо к сцене, безжалостное давление шума и тел на мой мозг позволили мне отключиться.
Группа была неплохой. Может быть, не совсем то, что я согласилась бы слушать каждый день, здесь присутствовал темный ритмичный поток, который связывал неистовость гитар и вокала. Это было хорошо – громко и тяжело, как раз то, что могло заставить меня забыть.
В конце концов, я здесь слегка расслабилась среди воздуха, наполненного запахом пота и гормонов. Я стояла у самых колонок, где каждый звук сотрясал меня. Я не просто слышала музыку, я ее чувствовала. Так что я закрыла глаза и отпустила все.
Чья-то рука прикоснулась к моей и я развернулась, обнаружив рядом Ника. Его фартук исчез, но в остальном он выглядел так же. Кепка все еще была повернута козырьком назад, и на голове у Джоуи Рамона белело пятно муки.
— Привет, — произнес он.
Или мне показалось, что он это сказал. В действительности я ничего не услышала, но движения его губ были похожи на «привет». Он произнес что-то еще, но я не смогла разобрать. Я покачала головой, указывая на свои уши, и, улыбнувшись, он наклонился ближе. На мгновение я почувствовала его руку на своем бедре, и я заволновалась. Чересчур заволновалась.
— Они хороши, да? — его слова прозвучали у моей шеи.
Я вздрогнула, хотя на танцполе было как минимум градусов девяносто, и кивнула, потому что не доверяла своему голосу. И в любом случае он бы меня не услышал. Но Ник снова наклонился и от ощущения его пальцев на моей коже вся комната, казалось, сжалась до размеров булавочной головки.
Мои руки инстинктивно сжались, схватившись за что-то для устойчивости. Я поняла, что это рука Ника, когда он снова заговорил.
— Здесь громко, — произнес он. — Не хочешь выйти?
Выйти? Типа в патио? В голове возникла картинка – мы с Ником на том странном полуосвещенном крыльце, где собираются курильщики и парочки. Место было просто создано для подростков с переизбытком гормонов, которые ищут, где бы им уединиться... и я кивнула.
Потому что полностью лишилась рассудка.
Ник с улыбкой кивнул в ответ и, взяв за руку, потянул меня через толпу. Мы маневрировали на танцполе, мне было все равно, если Менни или Хедли увидят меня с Ником. Я просто знала, что наши пальцы переплелись и сжимаются крепче, чем это необходимо, словно то, как крепко мы будем держаться, сможет объяснить, что между нами происходит.
В патио вели две пары дверей, и мы отправлялись к той, что находилась дальше от окошка заказов. Он толкнул ее, мы вышли на улицу, позволив дверям захлопнуться за нами. В ушах звенело от внезапной тишины, фантомные басы продолжали отбивать ритм вокруг меня.
Здесь было темнее, но я чувствовала в воздухе обещание снега и запах дыма. Через пар от моего дыхания я заметила парочку, решившую перепихнуться на столике. Я огляделась вокруг, благодарная за темноту, которая скрывала мои покрасневшие щеки.
Ник внезапно показался слегка глуповатым.
— Хм. В теории это казалось лучше, чем на практике.
Он кивнул головой вправо, и я поняла, что мы все еще держимся за руки. Я дернула свою и высвободилась, попытавшись вернуть себе некое подобие вменяемости. Это нелепо. Что я здесь делаю с ним? Стоя на сцене, я составила вполне убедительный список причин, по которым я не могу бродить по темным местам с Ником Паттерсоном. Такие причины, как социальные группы и наше будущее, которое буквально разделяли нас на целые мили.
— Итак, в чем дело? — Я впилась взглядом в тротуар и притворилась, что не слышу девушку, которая стонет на столике в четырех футах от нас. — В смысле ты же хотел со мной о чем-то поговорить?
— Ну, я ничего не планировал конкретно? — ответил он, засовывая руки в карманы джинсов.
— Ладно, тогда, думаю, мы можем поболтать об общих интересах, которых у нас, скорее всего, нет. — Попыталась я, но шутка оказалась неудачной. Мне стоит быть лучше в этом, подумала я.
Он все равно засмеялся.
— Что ж, не уверен, как ты можешь быть в этом уверена, потому что ты никогда меня не спрашивала о моих интересах.
Очко Нику за умение держать удар. Он улыбнулся, его улыбка согрела меня.
— Ты прав. Так чем ты интересуешься, Ник?
— Тобой, для начала. — Его ухмылка обещала мне проблемы. И заодно лишила меня дара речи.
Он вдохнул.
— Итак, ты, футбол, хорошая пицца...
— Хватит шокировать меня, — сказала я, почувствовав облегчение оттого, что мы вернулись к подшучиванию. — Твои планы после выпуска?
Он бросил на меня насмешливо-суровый взгляд.
— Я как раз собирался об этом заговорить, как ты меня перебила. Я работаю здесь, чтобы получить возможность летом попутешествовать.
— Позволь угадать. Канкун? Палм Спрингс?
— Я больше думал о Непале, Тибете, может, Бутане, — произнес он, я в шоке замолчала. — Если не смогу позволить себе Азию, тогда может быть Южная Америка – Перу или Чили...
Он замолчал, заметив, как я уставилась на него. Как будто видела его впервые, потому что именно это я и чувствовала. Я попыталась представить себе это – Ник Паттерсон в Бутане. До этого момента я вообще сомневалась, что Ник знает, что Бутан это страна. Не думаю, что мне нравится то, как это говорило обо мне.
Он пожал плечами.
— Я люблю горы.
— Ты любишь горы.
Ник кивнул.
— Еще мне нравятся всемирная история, водные лыжи, фильмы ужасов и Энсель Адамс.
Мой голос был похож скорее на выдох, когда я смогла заговорить:
— Энсель Адамс – это...
— Фотограф? — он посмотрел на мой рот.
— Но ты же не...
— Фотографирую? — Он посмотрел на меня взглядом, который необходимо запретить. — Я все же могу распознать талант, когда я вижу его.
Мое сердце не просто быстро билось, оно неслось галопом – так бешено, что я чувствовала, как оно пульсирует в кончиках моих пальцев. Я подумывала, чтобы отойти на шаг, потому что я должна. Но не стала. Даже тогда, когда он наклонил голову.
Черт. Я думаю, что он собирается меня поцеловать. И, кажется, я собираюсь ему позволить.
— Ник!
Я моргнула, а Ник посмотрел через плечо, его глаза были с тяжелыми веками.
— Что?
— Иди сюда! Тейту нужна помощь. — Девушка, кто-то из свиты Марлоу, если я не ошибаюсь. Судя по ее голосу, она готова то ли засмеяться, то ли заплакать.
— Это может подождать?
— Я думаю, тебе лучше пойти сейчас, — голос девушки – я определенно была уверена, что это Шелби Китон, если задуматься об этом, – высокий и пронзительный.
Ник долго и протяжно вздохнул и прикоснулся к моему запястью.
— Прости. Я должен пойти, посмотреть что там.
Не знаю почему, но я последовала за Ником через патио, пройдя мимо парочки на столике, затем группы парней, которые вряд ли курили Кэмэл Лайт. Мой желудок все еще сжимало после нашего почти... чего-то.
Девушка – определенно Шелби – привела нас к противоположной двери, и мы снова шагнули в темноту. Эта дверь была ближе к уборным. Не то место, где я хотела оказаться, но Шелби кивнула в сторону мужской комнаты, выглядя взволнованной.