Извиваясь в муках, Марк внезапно увидел, что твари, напавшие на него, на самом деле — многочисленные головы одного большого чудовища. Гидра, зверь из древних мифов Терры, парализовала его своим ядом, обвилась кольцами вокруг него и выпустила клыки, выдавливая из него жизнь…
Марк очнулся. Холодный пот заливал его лицо.
Сквозь окна он увидел, что небеса потемнели еще больше. Пелон сидел на стуле у комода, торопливо запихивая что-то в карманы. В глазах своего помощника Валерий увидел тревогу… и кое-что еще. Нечто, чего он не замечал раньше.
Благоговение.
Какая бы чушь ни была написана на этих бумажках, она явно глубоко задела молодого человека, но у Валерия не осталось сил, чтобы отчитывать его. Вице-цезарь с трудом заставил себя подняться с кровати. Его рубашка и штаны насквозь промокли от пота.
Пелон подошел к занавешенному шкафу и достал оттуда комплект свежевыглаженной униформы. Валерий без слов кивнул ему в благодарность.
Расположенный сразу за мостиком «Капитолия Империалис», командный зал представлял собой просторное помещение двадцать на тридцать метров, большую часть которого занимал мерцающий дисплей гололита в центре. Ряд коммуникационных панелей, за которыми трудились сервиторы и помощники, подсвечивал одну стену, тогда как противоположная была сплошь увешана экранами, куда в реальном времени выводилась информация со сканеров транспорта и из стратегической сети.
Сейчас гололит показывал Милвиан — город, много веков назад вырвавшийся за пределы своих стен и, словно спрут, раскинувшийся на окрестных землях беспорядочным нагромождением мануфакторий и жилых блоков, сконцентрированных вокруг оборонительных башен и основных построек гарнизона. Огромные дворцы планетарной элиты высились на холме у западных стен. Его защищали четыре крепости по обе стороны моста через рассекающую город надвое реку. Разведывательные полеты и данные орбитального наблюдения подтвердили, что защитники уничтожили все остальные пути подхода.
Огонь макропушек и настенных орудий ложился всего в нескольких километрах, поэтому командный совет проходил под навязчивый аккомпанемент снарядов, сыпавшихся на земляные укрепления и траншеи, вырытые за последние дни Пионерами и их машинами.
Пока Валерий говорил, субтрибуны корректировали изображение на гололите, мерцающими стрелками и значками обозначая будущие построения и маневры.
— План не изменился, — объяснял вице-цезарь участникам совета. — Операция по захвату города состоит из четырех фаз. Первую мы уже завершили, установив осадную линию в двух километрах от границ пригорода. Орудия полковника Голада и ракеты Тринадцатого Козерога обработали внешний оборонительный рубеж. Стена огня удерживает основные силы предателей внутри городского центра, тем самым делая окрестности уязвимыми. Под командованием своих префектов бойцы когорты Териона захватят контроль над окраинами и приготовятся к штурму стен, расчистив улицы для танков и титанов, которые станут острием главного удара.
Валерий сделал паузу, и на гололите возник мерцающий голубой купол.
— Мы полагали, что этого хватит, но ранее наступление наткнулось на нечто, с чем нам иметь дела еще не приходилось. Все подходы к городским стенам перекрывает силовой экран, способный отражать твердотельные снаряды и лазеры, а также разрывающий живую ткань мощными выбросами энергии. Солдаты прозвали его «молниевым полем». С его обнаружением продвижение застопорилось.
Этот молниевый щит — большая проблема, но когда он падет, — а Марк был уверен, что он непременно падет, стоит только найти и вывести из строя его генераторы, — нашими главными целями станут внутренние районы по обе стороны реки. Мы заставим замолчать противоорбитальные орудия в крепости на холме, и Гвардия Ворона сможет приступить к штурму укреплений за городом.
— Орбитальная поддержка?
Вопрос задал генерал Кейхил из Пионеров — короткий жилистый мужчина солидного возраста, облаченный в камуфляжную форму неопределенного рисунка.
— Нет, пока не смолкнет оборона, — ответил Марк. — Мы не можем рисковать кораблями на низкой орбите, а бомбардировка с другой позиции не даст нужной точности. Чтобы убрать молниевое поле, нужен точный удар. Как только мы снимем силовой экран, получим поддержку с воздуха, но в любом случае наша цель — захватить город, а не сравнять его с землей.
Вице-цезарь ждал, возникнут ли у собравшихся офицеров другие вопросы. В глубине разума он до сих пор чувствовал горячее дыхание гидры на своей коже и резкую жгучую боль, когда клыки вонзились в его плоть. Валерий пытался игнорировать это ощущение, но последний сон оказался самым ярким и четким, отчего его не покидала тревога.
Он еще раз осмотрел голосхему, высматривая любые уязвимые места.
Взгляд его задержался на небольшом городке Лавлине в четырех километрах к западу по главному направлению продвижения. Орбитальные батареи и 13-й полк Козерога хорошенько прошлись по нему за минувшие дни, и разведка Пионеров подтвердила отсутствие там врагов.
И все же взгляд Марка снова за него зацепился.
— Мы уверены, что наш фланг со стороны Лавлина защищен? — спросил он Кейхила.
— Двенадцать часов назад там не было ни одного вражеского солдата, — пожав плечами, сообщил генерал. — Мы можем провести еще одну вылазку в руины, но это потребует времени. Я не могу снимать людей с генерального наступления.
Валерий обдумал возможные варианты, поглаживая пальцами свежевыбритый подбородок. До сих пор план выглядел надежным — насколько вообще может быть надежным любой план, — но вице-цезарь никак не мог выбросить из головы сомнения, порожденные его ночным кошмаром и ранним отступлением.
Снова и снова мыслями он возвращался к Лавлину.
— Я выделю десять рот в качестве резерва на случай, если с этой стороны возникнет угроза, — он взглянул на один из экранов, показывавший лицо принцепса-сеньориса Наидансала из Легио Виндиктус, который участвовал в совете, находясь на мостике своего титана класса «Владыка войны». — Прошу вас также выделить две машины в резерв, принцепс.
— Это пустая трата ресурсов, — бесцеремонно ответил командир, сморщив лоб. — Может статься, что во время наступления нам будет очень не хватать этих десяти рот и двух титанов.
— Мы сможем пробить молниевое поле и без них, — возразил Валерий. — Они же смогут выдвинуться для поддержки наступления после того, как фланг будет в безопасности.
— У вас есть сведения, о которых мы не знаем, вице-цезарь? — спросил полковник Голад из Козерогов. — С чего вдруг такие сомнения насчет Лавлина?
— Ничего такого, — тихо сказал Валерий. На мгновение он замолчал, успокаивая себя. — Чрезвычайно важно убедиться, что нашему продвижению в город ничто не помешает, вот и все. Лучше озаботиться этим заранее, чем сожалеть потом.
— Возможно, вы чересчур осторожничаете, — предположил Голад. — Жертвы на войне неизбежны.
Валерий хотел было напомнить, что Козероги вообще-то в штурме не участвуют, а остаются в тылу в нескольких километрах от города, но вовремя прикусил язык. Вместо этого он хмыкнул и пожал плечами.
— Осторожничаю, да, но уж точно не чересчур, полковник, — ровным тоном сказал он, стараясь держать себя в руках. Голад не знал о потаенных переживаниях Марка, и его нельзя было осуждать за сомнения.
— Кто будет командовать резервом? — спросил Антоний. Он носил яркую форму терионцев, дополненную красной офицерской лентой поперек груди. Префект напоминал Марку его самого несколько лет назад, когда он еще приводил планеты к Согласию. Больше двух лет войны с предателями не смогли сломить оптимизм Антония. Марк завидовал своему брату, преисполненному надежд, но сам он, своими глазами увидев предательство Магистра войны Хоруса и трагедию на Исстване, лишился всяких иллюзий о полной победе и теперь просто принимал каждую новую битву.
— Ты, — ответил Марк. Никому больше он не доверял так сильно, да и участие «Железного генерала» в наступлении не было столь необходимым. — Я передам в твое распоряжение шесть пехотных и четыре бронетанковые роты. Все подробности ты получишь еще до возвращения на свой «Капитолий».
Антоний кивком принял возложенную на него ответственность, и любопытство заиграло в его глазах. Поначалу Марку привиделись подозрения на лицах собравшихся, но он быстро понял, что это лишь паранойя. Другие офицеры обдумывали внезапные изменения в плане, только и всего.
— Еще соображения будут? — спросил он, меняя тему. После короткой паузы совет не выдвинул никаких комментариев или предложений. — Хорошо. Голад приступит к обстрелу через тридцать минут. Мы выступаем через сорок пять.
Мостик «Высокомерного» гудел от хора донесений и вокс-переговоров, которые внимательно отслеживали подчиненные Валерия. Главное орудие стреляло ежеминутно, отчего «Капитолий Империалис» вздрагивал всем корпусом, а с оглушительным грохотом не справлялись даже звукоподавители.
Марк сосредоточился на главном экране, разделенном на семь частей, на которые выводилась боевая телеметрия со всего фронта, растянувшегося на пять километров. На один из мониторов в реальном времени транслировалась съемка с разведывательного судна в верхних слоях атмосферы, демонстрирующая разрушенные оборонительные укрепления. Козероги продолжали утюжить огнем окраины города, засыпая дождем снарядов и ракет доты и орудийные батареи.
Еще пять мониторов показывали схемы продвижения Пионеров и терионцев по пригороду Милвиана. Пехотные бригады стремительно перемещались от строения к строению под прикрытием «Владык войны» Легио Виндиктус. Как Марк и ожидал, враг отвел со стены большую часть сил. Но, даже зная это, солдаты действовали методично и слаженно, ничего не оставляя на волю слепого случая.
В километре позади за пехотой следовали танки и штурмовые орудия терионцев и Козерогов. Длинными колоннами они ползли по основным бульварам и улицам в сопровождении еще большего контингента пехоты, призванного беречь технику от возможных засад.