На что Виктория только покачала головой, доставая ручку и протягивая майоре.
Глава 10
После дня всех мужчин занятия для меня пошли прежним чередом. Однако изменилось вдруг отношение окружающих меня курсат. И я имею в виду не только девчонок со взвода, а всех учащихся академии без исключения.
Причину странных взглядов и шепотков я понял позднее, когда на глаза мне попались журнал «Женский взгляд» и фотки в нём со мной. Да какие фотки… Увидев разворот себя, сидящего со шлемом между ног, я понял, что впору вопить: «Не виноватый я, они сами пришли!» — настолько провокационным было это фото.
А тут ещё, похоже, широко разошлись слухи и о моём посещении общежития. В конце концов, там и соседки по комнатам никуда не делись, и наряд, что меня с таким азартом ловил. Не мудрено, что цинк пошёл по всей академии. Причём, судя по всему, количество участвовавших в оргии курсат увеличивалось в геометрической прогрессии от рассказчика к рассказчику. Хорошо хоть во взводе насчитывалось всего двадцать девчонок, больше этого числа приписать были не должны.
Что до взглядов, то будущие официры поделились на три категории: первые при виде меня начинали демонстративно фыркать и источать показное презрение, другие наоборот, облизывали масляными взглядами и подмигивали, а третьи — холодно игнорировали. Разбились они на примерно равные группы, и я то и дело слышал за своей спиной шёпотом или презрительные «Шлюх!», «Всем даёт!», «Шмар», «Шалав», или противоположные «Смотри какой! Так бы и…», «Задницу, задницу зацени, а спереди…», «Так и поимела бы!». И всё в таком духе.
Стало ли мне от этого сложнее учиться? Ну, я бы не сказал. В конце концов, на обычное зубоскаленье можно внимание не обращать, а охочие до интима курсаты с прямыми предложениями ко мне пока не подходили.
И всё бы ничего, но в некий момент, идя по коридору, в одной из группок курсат, что кучковались по интересам, я внезапно увидел не кого-нибудь, а ту самую княжну Еникееву, памятную мне по ресторанному туалету.
Наши глаза встретились, и я запнулся на ровном месте — столько ненависти плескалось во взгляде девушки. Мне даже показалось, что она, презрев все уставы и правила, сейчас шарахнет меня чем-нибудь магическим, но нет, мгновением позже взгляд её изменился, став каким-то насмешливым, и Еникеева, показав на меня кивком головы другим девчонкам, не слишком громко, но так, чтобы я услышал, произнесла:
— А я вам говорю, девочки, мужчина не может быть полковницей, он может быть только под полковницей! — после чего все дружно и обидно заржали, глядя на меня.
Отвернувшись, молча пошёл дальше, но внезапно больно впились в плечо стальные пальцы, а резкий рывок чуть было не бросил на пол.
— Разрешения уйти я тебе не давала, гаремная подстилка, — прошипела княжна, продолжая удерживать меня за рукав.
— Отпусти, — сощурившись, посмотрел я на неё, так же тихо отвечая. — Твои сведения устарели, я больше не в гареме.
— Да ну? А кого же имели в общаге всю ночь, не тебя ли? — в голосе девушки сквозили злоба и, кажется, совсем чуть-чуть — непонятная горечь. Но обдумать это я не успел, потому как в следующий миг между нами вихрем вклинилась, отталкивая меня и прикрывая собой, Кристина.
— Не лезь к нему, — угрожающе произнесла секретчица.
— Что? Защищаешь вашего взводного шлюха? — сказала словно выплюнула Еникеева.
Пальцы княжны начали опасно сжиматься. Судя по нашивкам, она училась на курсе боевой магии и, похоже, имела весьма недурственный потенциал — это я ощутил по напрягшейся фигуре моей защитницы, такими силами явно не обладавшей.
— Может, и так, — буркнула Кристина, — но он в любом случае наш, тебе тут ничего не светит.
В этот момент в руках не выдержавшей княжны полыхнуло, и нас обдало жаром вспухшего в её руках смертельно опасного огненного шара. Настолько яркого, что глаза начинали тут же слезиться, стоило только взглянуть в его сторону. Раздались встревоженные крики, и другие курсаты, спешно прикрываясь какими-то полупрозрачными щитами, тут же поспешили отойти на безопасное расстояние.
Секретчица тоже окутала нас двоих тонкой плёнкой защиты, но смотрелась даже на мой неискушённый взгляд та бледновато. И, кажется, удержать мощную магию психанувшей дуры была не в состоянии.
В очередной раз я остро ощутил собственную беспомощность и бесполезность. Будь я в кабине «Триары», княжна бы у меня попрыгала, но в ситуации как сейчас, что называется, «на кулачках», я сливал всухую любой девчонке. Причём без магии. Поэтому оставалось лишь, сжавшись, выглядывать из-за плеча сгорбившейся и напрягшейся секретчицы.
Спасло нас вмешательство вылетевшей не пойми откуда незнакомой полковницы, что какой-то странной магией буквально сдула и нашу защиту, и сформировавшийся в руках Еникеевой огненный шар. Вот реально. Я практически кожей почувствовал касание странной волны рассеявшей магию вокруг.
— Все трое! — рявкнула она, гневно раздувая ноздри. — За мной к генерале, живо!
— Блин, — прошептала Кристина, бледнея, — это ж Россиянова, подруга генералы по воспитательной работе…
— А чего я её раньше не видел? — тихо поинтересовался я, пока мы спешили за летящей по коридору впереди нас официрой.
— Уезжала куда-то.
— Куда?
— Откуда я знаю? — сердито ответила моя защитница. — Она же, считай, официально служит в ИСБ, а что там у них — не знает никто.
— Разговорчики! — рыкнула, полуобернувшись, женщина. — У генералы наговоритесь.
Так я во второй раз оказался пред очами начальницы академии.
Правда, сразу мы к ней не зашли, так как генералы на месте не было, и пришлось минут десять ожидать в приемной. Адьютана-капитана, увидев меня, только хмыкнула и вновь вернулась к своей работе, зато начальница, стоило ей войти в помещение и остановить взгляд на мне, вздрогнула и обречённым голосом вопросила:
— Что? Опять?
— Что «опять»? — заломив бровь, уточнила стоявшая рядом со мной и скрестившая руки под грудью замполитша.
— Опять трахнули?
— Кого? — недоуменно продолжила расспрашивать женщина.
— Меня! — резко ответствовала генерала, разозлившись и окидывая нас всех потемневшим взглядом. — Ко мне в кабинет!
Уже внутри, подойдя к окну, заведя руки за спину и не смотря на нас, она глухим голосом потребовала:
— Ну рассказывайте.
— А что рассказывать? — начала полковница. — Дуэль тут, по всей видимости, намечалась. Из-за этого вот субъекта, — кивнула она на меня. — Расчехлили уже свою магию, хорошо, что вовремя успела.
— Дуэль? — такого, похоже, начальница академии не ожидала и, повернувшись, несколько иным взглядом посмотрела на нас. — Так, — произнесла она после осмотра, — этих двух я знаю, а вот третья мне пока незнакома. Фамилия, курс?
— Курсата Еникеева, первый курс.
— Направление?
— Боевое применение огненной магии.
— Ага, — буркнула генерала. — Скажи мне, курсата Еникеева, с какого рожна ты решила устроить дуэль за этого… этого… — она в упор зыркнула на меня, видимо, подбирая выражение помягче, но так и не подобрав, переключилась обратно на княжну. — Воспылала к нему внезапной любовью?
— Марьванна, — включилась в разговор замполитша, — так может, не она начала?
— Велимела, — обратилась генерала к ней по имени, — я их потенциалы невооружённым глазом вижу. Старый род, да и фамилия знакомая. К тому же огневички все, чуть что готовые в драку влезть, стихия такая. Так что тут долго искать не надо.
— «Велимела»? — тихо-тихо поинтересовался я у Кристины, приблизив губы к её уху, удивляясь странному и имени.
— «Великая императрица Елена», — так же одними губами расшифровала мне девушка.
«Однако оригинальные у полковницы были родители, — подумал я. — Велимела Россиянова. Придумали же».
— Ну так что, — снова обратилась начальница академии к угрюмо смотрящей в пол Еникеевой, — какая причина-то? Любовь с первого взгляда? Или полового партнера не поделили? Но в сексуальные отношения, насколько я знаю, с ним только вот эта вот пигалица, — она мазнула взглядом по Кристине, — вступала с парой своих соседок по комнате.
Тут я кашлянул, и генерала, резко замолчав, свой тяжёлый взгляд перевела на меня. Я натянуто улыбнулся и, вздохнув, поднял в воздух руку.
— Ну говори, — мрачно разрешила женщина, явно не ожидая услышать ничего хорошего.
— В общем-то, в сексуальные отношения мы с ней вступали…
— Твою бать… — сквозь зубы прошипела генерала, а полковница, видимо, ещё не особо будучи в курсе насчёт последних событий, изумлённо уставилась на меня.
— Не в академии, — поспешно уточнил я, — ещё до неё, в туалете ресторана.
Взгляд генералы стал убийственным, замполитша поперхнулась, а княжна с лицом, покрывшимся красными пятнами, вперилась в меня полными злости глазами.
— В каком туалете?! Какого ресторана?! — гневно спросила начальница академии.
— Виноват, не помню названия, — растерянно ответил я, отчего ситуация лишь усугубилась.
Налившимися красным глазами генерала пару долгих минут испепеляла меня, а затем из её горла вырвался нечеловеческий полурык-полустон:
— Во-он! Вон отсюда! — она посмотрела на подругу. — Этих двоих — на занятия, с глаз моих! А ты, — повернулась женщина к Еникеевой, — сейчас мне всё обстоятельно и подробно расскажешь…
Полковница медлить не стала, видя состояние начальницы, и, буквально ухватив нас за шкирку, как нашкодивших котят, выволокла из кабинета в приёмную.
Провожаемые насмешливым взглядом генеральской помощницы, мы вышли в коридор.
— Значит, ты и с ней спал, — резюмировала Кристина ровным голосом, не глядя на меня.
— В каком-то смысле, — ответил я, засунув руки в карманы брюк. Коридор штабного этажа был традиционно пуст, ибо без дела шататься тут курсатам не позволялось, и наши голоса отдавались в коридоре лёгким эхом. Посмотрев на зелёную ковровую дорожку под ногами, добавил: — Если, конечно, так можно назвать ситуацию, когда зажимают без спроса в мужском туалете и заставляют спустить штаны.