Служащей эта идея не очень нравилась.
–Если к вечеру мать не найдется, нам придется его забрать. Если найдется, накажем ее.– Она была намерена действовать строго по инструкции.
–Но, может, она заболела?! Вы проверьте больницы!– умоляла Галя.
–Обязательно проверим.
Маркин был уверен, что поиск Семиных родителей – вопрос одного-двух дней, а может, даже нескольких часов.
Гале очень хотелось, чтобы Надежда нашлась, чтобы с нею не произошло ничего страшного.
Ее воображение рисовало картины катастроф. Надя утонула на Карибах, сорвалась со скалы, хотя какие там скалы? Просто утонула. Как в немом кино. Накал страстей, неосторожные порывистые движения. Ссора с любовником. Любовь и смерть в одном кадре. А в конце Надя громко, истерически смеется, потому что все мужчины разбегаются от нее в стороны, как от прокаженной, и бросается с обрыва в Карибское море. Мужчина остается рядом с женщиной, если у него есть достойный соперник. Но если начинается мелкий базар и женщина не может сделать окончательный выбор, ею пренебрегают. Женщина должна все время быть активной, чтобы удерживать мужское внимание. Неподвижные мишени неинтересны охотникам. Зато как будоражит воображение мелькающая женская фигура! Галя как-то думала над этим. Когда женщина танцует, кокетливо встряхивает головой, проводит рукой по перилам, выставляет ножку, бежит по ступенькам, она превращается в движущуюся мишень. И тут все мужчины насторожатся и проверят свои стволы на предмет готовности…
По телевизору показывали Надину фотографию с просьбой сообщать любую информацию. Гражданка США Надежда Рискин пересекла границу две недели назад, с тех пор не возвращалась. Активистки женских организаций возмущались тем, что нарушается право американских женщин на перемещение по планете. Они были уверены, что причина ее бегства – насилие в семье. Жена сбежала от побоев, а муж скрывается от правосудия. «Мы знаем, что в русских семьях насилие особо практикуется. Там говорят: «Бьет, значит, любит». Но когда россиянка приезжает в Америку, ее самосознание растет, и она больше не хочет мириться со своим рабским положением».
–Дикость какая. Никто уже давно никого не бьет.– Гале было, как говорится, за державу обидно.
–Ты не знаешь, какой мордобой стоит в эмиграции. Особенно когда супруги разводятся. По сравнению с американцами, мы – настоящие психопаты. Но куда она делась? Она же сбежала. Все бросила и сбежала. Могла вернуться домой. Оставила все мужу, включая ребенка, и вернулась в Россию. Сейчас многие возвращаются. Что им тут делать? Уровень жизни и там неплохой, говорят. А здесь – золотая клетка. Как ты думаешь, догадаются они обратиться к российской стороне?
–Догадаются. Да только пока наши найдут… Назло американцам ее будут искать, пока срок давности дела не выйдет.
Галина только диву давалась: Надя жила как хотела и с кем хотела. На несчастную россиянку, забитую мужем-алкоголиком, она никак не тянула. Но рассказывать полиции о том, что та на самом деле улетела отдыхать с любовником, она не стала. Никого она не видела, и никто ее не просил трезвонить по всему свету. Знакомы они были всего ничего. Не стала она рассказывать и о том, что застукала Антона в объятиях другого мужчины. Семе потом жить с родителями с такой репутацией…
Маркин был уверен, что там, где однополые союзы, там криминал. Люди, которые стали использовать неестественные способы удовлетворения своих физиологических потребностей, никогда не остановятся.
–Леша, ты же сам недавно пил страшно. Это, по-твоему, естественно?
–К водке русский человек генетически привык. А мужеложество дезориентирует человека в мире. Если мужики начнут спать с мужиками, у них отомрут основные безусловные рефлексы – эрекция, эякуляция и тому подобное. Мы превратимся в кисейных барышень, понимаешь?– требовал он признания его мужских убеждений.
Галя представила себе, как любвеобильный малый неопределенной ориентации мечется между супругами, прячется в их спальне с топором, намереваясь убить одного, но потом, не в силах принять окончательное решение, рубит все в клочья с оргастическими криками и, обессиленный, плачет.
–Ну нет. Это слишком. Хотя, конечно…
–Это еще не все. При таких обстоятельствах ты спасла ребенка от верной гибели. Потому что попадись он под руку убийце…
–Тогда я и сама спаслась бегством.
–Ужас, как подумаю…
Алексей не ожидал от себя такой сентиментальности: рот скривился в готовности заплакать.
–Ой, а что это за штучка?– отвлекла его внимание Галя, потянувшись в сторону книжной полки. Когда Маркин наклонился, чтобы разглядеть, цапнула его за нос.
–Будешь меня пугать, нос оторву, уши надеру.
И поцеловала его в лоб, как маленького. А потом как ни в чем не бывало:
–Сема, хватит рисовать. Пойдем во двор, погуляем, поиграем в мячик. Научу одной игре.
Галя размышляла во время прогулки: «Вот что это за жизнь: влюбляются, женятся… А как только ребенку исполняется 4–5 лет, все как с ума сходят…» Она бросила своего Сергея, дочь оставила Полине, а сама отправилась на поиски счастья на край света. Надя исчезла, как только появилась возможность сбагрить Сему на кого-нибудь, и тоже – вслед за любовью. Антон пропал в объятиях своего друга тогда же.
–Леша, а сколько было твоим детям лет, когда жена забрала их и улетела обратно?
–Старшему десять. Младшему пять…
–Вот! Я и говорю. По младшему, значит, нужно считать!– воскликнула Галя.
–Что считать?
–Не знаю, новый срок любви. Циклы. Исполнилось ребенку пять лет, женщина отдохнула и готова к подвигам. Может, нас снова на беременность тянет, а? Организм требует.
Воцарилась семейная идиллия, с той лишь разницей, что Алексей, кажется, боялся приблизиться к Гале, отстранялся, когда она оказывалась поблизости.
–Маркин, тебе не кажется, что как настоящий мужчина ты должен предпринять что-то особенное,– стала намекать Галя.
–Как настоящий мужчина, я должен тебя кормить и защищать. Все остальное мужчина получает как подарок. В благодарность. Или не получает совсем.
В вечернем выпуске местных новостей сообщили, что Антон Рискин давно не работает в «Майкрософте», хотя и прибыл в США по рабочей визе от этой компании. Покинув свой пост в компьютерном бизнесе, он приобрел галерею в центре Сиэтла, но поскольку она не приносила дохода, он ее продал, а на что жил потом, было неизвестно. Дом был в залоге у банка, но банку мистер Рискин задолжал, и шел процесс оформления банкротства. Просто из-за большого количества невыплачиваемых кредитов некоторым должникам разрешали жить в доме до его продажи и с переоформлением документов не спешили. Банкам невыгодно было тратить деньги на содержание огромного количества домов, которые оказались у них под залогом, а потом и в собственности, в результате кризиса. Высказывалась версия: поджог был устроен специально для получения страховки. Страховая компания подтвердила, что, если будет доказано, что произошел несчастный случай, потенциальные банкроты получат солидную страховую сумму. А это значит, что они смогут купить новый дом или выкупить старый, уже сгоревший. Но юрист подчеркивал, что судебная тяжба будет непростой и ее перспективы никто не возьмется оценить однозначно.
–Наверное, я его знал,– Маркин пытался вспомнить галеристов, с которыми он был знаком,– хотя владельцы галерей не стоят в зале. Обычно это человек с образованием, знаток. М-да, и им, и художникам пришлось несладко в кризис. Американцы деньги тратят на жрачку, а не на искусство…
–Ты думаешь, в России все побежали в музеи?– пыталась утешить его Галя.
–Послушай, это надолго…– дал общую оценку ситуации Алексей.
И как будто в подтверждение его слов, вечером позвонили:
–Мисс, мы просим вас не покидать территорию США до завершения расследования и соблюдения всех формальностей.
–Вот и хорошо,– сказал Маркин,– а то я переживал, что не успею закончить портрет в такой нервной обстановке.
–Леша, а если они не найдутся, мы сможем усыновить Сему?
–Не знаю, детка, я еще никогда не усыновлял американских мальчиков. И, боюсь, это будет первый случай в истории страны, когда гостья из России усыновляет американского ребенка.
–Так я же рожу и стану американкой,– нашла простой выход Галка.
–Ты бы девочку свою привезла. Это же не дело. Мало того, что мои дети растут без отца, так еще и ты кукуешь. Переедем в один из пустующих домов. Их сейчас в Америке больше, чем заселенных. Всем места хватит. Может, и мои приедут. Я, Галя, понял, что без семьи тоска. Так что ты правильно делаешь, когда всех в дом тащишь.
У него тоже была хорошая бабушка. Пока мы пытаемся следовать советам родителей, счастье ускользает от нас. И только подсказки мудрых женщин дают нам шанс стать счастливыми.
Глава IVДень рождения
Галя давно решила, что Светочкин день рождения – это предел, и билеты купила заранее, чтобы не оставить себе путей к отступлению. Но когда она возникла утром, как и предупреждала, в дверном проеме, Поля все-таки удивилась:
–Ты?
Галка была с животом, а про это в письмах не было ни слова. Улетела налегке, прилетела в измененном состоянии.
–А ты не рада?– решила она говорить прямо.
–Проходи на кухню, Светочка спит,– Полина действительно не чувствовала прилива радости от приезда шатающейся по всему миру подруги. Вот это новость: рожать, как в магазин сходить.
Галя бросила вещи на пороге, едва ткнувшись подруге в щеку, прошла к дочке.
Пока она гладила свою девочку, целовала ей плечики, ручки, любовалась, как она выросла, радовалась, что не похудела, Поля неотрывно смотрела на живот, как завороженная.
–Мама, не щекочи,– не открывая глаз, сказала девочка.
–Да я тебя защекочу, рыбоньку мою.
–Ой, кто это?– Света не могла поверить своим глазам. Узнав Галю, она застеснялась, уткнулась в подушку носиком и весело оттуда посматривала.