— Да уж, — подняла голову Эдвина. — И огрести молнией в спину. Любимое заклинание упыря, между прочим.
— Да, — поскреб баки хаджит, — это я не подумал. Но веселую компанию из четырех упырей лучше щемить по-одному. Так что я все-таки рискну шкурой. Попытаюсь их утопить.
И стал выбираться из сверкающей кирасы.
— Давай, Эдвина, лапушка, накладывай заклинания. Быстроплавания, водяного дыхания…
— Тебе плавники Рейноса или воздушный пузырек Дайнара?
— Плавники, вот ужас-то! — Черрим шутливо передернул плечами. — А в чем между ними разница?
— Ну, рассуждая академически, воздушный пузырек держится дольше, но быстрее с ним не поплывешь…
— Надеюсь, плавники не растут, — Черрим закатил глаза, — ну, там…
Эдвина шлепнула кота свитком. Аптекарь забулькал.
— Это он сейчас. Представляете? А что будет, когда мы полезем в нору к Даготу? Страшно вообразить!
— Если вы не заткнетесь, — пригрозила магичка сухо и обиженно, — я вам плавники на язык наколдую.
Зашуршал и с хлопком исчез в воздухе пергамент, выпуская заклинание.
— Ну, кого еще обработать?
— Сам справлюсь, ерунда! — Черрим глубоко вдохнул и мягким прыжком ушел в воду.
— Провожу-ка я его под невидимостью. И что там нужно для хождения по воде? Туманные тапочки Селин?
Тьермэйлин растворился не хуже пергамента. Лишь легкие шлепки по воде отметили его дорогу.
— По-одиночке люди как люди, — бурчала Эдвина, — но когда вместе соберутся… Никакой серьезности.
Аррайда присела на корточки, глядя вдоль теряющегося в мерцании фарватера.
— Надо было мне с ними пойти.
— Находишься еще, — магичка вздохнула. — Не последний бой в твоей жизни. И не страшный самый.
Сул-Матуул кивнул с одобрением.
— Это… правильно, но… — Аррайда помедлила, подбирая слова, — как-то несправедливо. Посылать других в бой и оставаться в стороне.
— Зато ты понимаешь, что такое отвечать за своих людей. Я тоже должен быть со своим племенем, когда решается его судьба.
— Возможно, — отозвалась Эдвина, — его судьба решается не в стойбище, а здесь.
— Так я и сказал Нибани. Ох, и сердилась же она…
— Она вообще суровая, правда?
— Провидица тоже чувствует ответственность за других. А Черрим… он справится. И вместе — мы бы наделали шума.
— Справится, да. Но Лин — обычный ап…
Наемница осеклась на полуслове. Почему-то вспомнилось, как они с Тьермэйлином проникли в поместье Ралена Хлаало… И нападение на Клуб Совета в Балморе. Вряд ли простые аптекари столь бурно проводят время. Да и не всех берут в «клинки».
Серая свеча на ветру. Когорун. Продолжение
Черрим сидел, обсыхая, на каменном бережке, бултыхая в воде мосластыми ногами с налипшей шерстью и, ухмыляясь, нудил, поглядывая на Эдвину:
— Разве я прошу невозможного? Всего-то булку. Свежую. С хрустящей корочкой. И кувшин мацта. Хотя бы кружку! С шапкой пены. И присолить, чтобы лопалась…
— Угу, — склонив голову к плечу, хмыкала бретонка. — Несусь, роняя туфельки и свитки заклинаний.
— Разве я не заслужил? — золотыми глазищами уставился на нее кот. — Я стянул упырей и притопил так изящно, что они даже «буль» не сказали! Вон, аптекарь может подтвердить.
— Могу, — вытираясь подолом мантии, согласился Лин. — Черрим, если тебе нужна булка, могу дать сухарей. А зелья глотать после пива не советую. И горько, и наружу полезут. Хм.
— Это дело принципа!
— Это кто-то ведет себя, как младенец, и время тянет.
Черрим отжал баки и произнес сурово:
— Тяну. Вот и хочу насладиться напоследок, мало ли что нас там ждет, — и перевел взгляд на зелейщика: — Давай твои сухари.
Сул-Матуул склонился над сидящей поодаль Аррайдой. Накрыл ее запястье ладонью в латной рукавице.
— Знаешь, что меня в тебе удивляет? Ты держишься в стороне, ты почти не лезешь в разговоры. Но ты скрепляешь всех, как цемянка скрепляет камни в ограде.
Аррайда порадовалась, что уже надела шлем, и не видно, как она краснеет.
— Что у нас с тем подводным куском дороги? — окликнула она Черрима. Хаджит поспешно проглотил сухарь и закинул в рот крошки.
— Ничего особенного. Дыхания хватило бы проплыть и без заклинания. Конечно, в доспехах и с вещами будет потруднее, но можно пройти по дну. И пока я болтаю здесь с вами, вряд ли там успели завестись неприятные сюрпризы.
— Я бы не особо надеялся — чтоб не сглазить, — улыбнулся Лин.
— Скажете, когда будете готовы.
— Да мы уже, — Черрим вытерся и с помощью зелейщика и ашхана забрался в доспех. Эдвина оглядела место стоянки, не забыто ли что, и вытянула очередные свитки, окружая спутников воздушными пузырями — как паучков-серебрянок. И они один за другим нырнули в фарватер Набит.
По другую сторону горловины был короткий сводчатый коридор, завернутый бубликом и упиравшийся в каменную дверь. И ни живой души вокруг.
— Крути-не крути, придется померти, — пробурчал Черрим, вылезая на берег и старательно полируя ветошью золоченую кирасу.
— Э-э?
— Ну, сколько мы ни оттягивали поход к могиле этого, как его, Дагота Морина, — а лезть все равно придется. Не нырять же обратно! Протри мне спину, Лин, рука не дотягивается.
— Пфэ, она ж не ржавеет, — фыркнул аптекарь, но ветошь взял и стал старательно натирать двемерик со спины. — А по поводу нырять — были там заслонки. Я так понимаю, для быстрого спуска воды. Давайте поищем рычаг и освободим дорогу.
— Не вздумай, — взмахнула рукой Аррайда. — Мне вообще не нравится, что воду можно убрать быстро. Для кого приготовлен этот проход?
— Не представляю.
— Значит, действуем, как решили. Крадемся, в бой не лезем. Находим Звездочку, Чашу и Щит теней, а дальше по обстоятельствам.
Аррайда ловчей пристроила меч за плечами. Остальные тоже проверили свитки, подогнали сумки и оружие — так, чтобы не мешали и не гремели. Запустив заклинание поиска сущностей, убедились, что по ту сторону пусто. И Сул-Матуул, нажимая на стертые завитки каменной резьбы на двери, открыл путь в пещеры.
Здесь было жарко и сухо, воздух приванивал серой — давали знать о себе обозначенные в планах лавовые выходы. Их красноватые отблески мерцали на своде, делая тьму не такой кромешной.
— Пещера «Чарующий вздох»! — Тьермэйлин поспешно обмотал тканью рот и нос. — Если не помрешь на месте от восторга, тут такое мерещиться начнет…
— Некоторые маги, — пробурчала Эдвина, — оказавшись в ядовитой атмосфере, притягивают к себе воздух с горных вершин.
— Не, не умею. Я по чистке специалист.
— Так почисти воздух, — хмыкнул Черрим. Зелейщик покорно щелкнул пальцами:
— О! Так действительно лучше… Но еще лучше вот это, — Лин вытащил из сумки кожаный кошель и вытряхнул на ладонь горсть дробленых головешек.
— Что это?
— Обыкновенный древесный уголь. Будем принимать утром и вечером. То есть, перед сном и после сна, — поправился он. — А если совсем накроет — тогда зелья, нейтрализующие яд.
И первый бросил уголек в рот и стал тщательно жевать. Его примеру нехотя последовали остальные.
— Ну, какая гадость там еще впереди? — произнес Тьермэйлин оживленно, прикрывая кисеей почерневший рот. — Пещерный лабиринт «Кровоточащее сердце»?
Сул-Матуул вскинул руку: тише! Хаджит поднял уши и коротко кивнул.
Уйдя под невидимость, прижавшись к стене, они переждали патруль из четырех пепельных упырей, носами масок-баут словно ощупывающих воздух. И перевели дыхание лишь тогда, когда те ушли далеко по собственным следам.
— Скажите мне, други, — Тьермэйлин посопел и вытер слезящиеся глаза, — почему у Дагот Ура так с фантазией туго? Эти балахоны серые, эти маски. И ведь ткани, пока они спали, должны были истлеть? А на Красной Горе лен не растет.
— Самый важный сейчас вопрос, — Эдвина глухо откашлялась в кулак.
— Мы обрабатываем траму. А рядно отбеливаем на берегу, — поделился вождь.
— А я считаю — магия, — аптекарь посмотрел на Аррайду. — Практически неограниченный источник — Сердце Лорхана — и «нечестивые» инструменты Кагренака…
— Или контрабандисты, — хаджит пощипал шерсть на подбородке. — Погодите-ка… Разведаю, что впереди.
Аррайда кивнула. И он практически бесшумно исчез в уводящем вниз, извивающемся коридоре. Даже не будь Черрим невидим, после первого же поворота он пропал бы с глаз. А уж мягкости и беззвучности кошачьей походки оставалось лишь завидовать.
Эдвина вздохнула и, присев у стены, погрузилась в рассчеты, как долго будет прикрывать Черрима заклинание. Остальные молча ждали.
— Так я и думал, — он скользнул к ним огромный, золотисто-рыжий, заставив перевести дыхание. — Пост не у самой двери, а чуть подальше. И не голые дурни с дубинами, а в двемерике и при мечах.
— Трупаки? — поразилась магичка.
— Я им под шлемы не заглядывал.
— Что будем делать?
Взгляды сошлись на наемнице. Аррайде припомнилась авантюра по освобождению Мехры Мило из Депертамента правды. Она улыбнулась под шлемом.
— Там свод высокий?
Черрим кивнул.
— Ловушек нет?
— Ни ловушек, ни летучих мышей, ни другой какой дряни, — отрапортовал он, всегда подходя к делу основательно и не упуская ни малейшей детали. Подумал и добавил:
— Паутины тоже нет.
— Тогда перелетим.
Эдвина бросила невольный взгляд на «библиотеку» — сумку со свитками заклинаний. Тьермэйлин столь же невольно и придирчиво оценил запас зелий в кожаных кармашках пояса. Они с бретонкой переглянулись.
Черрим промурлыкал под нос нечто неопределенное, отчетливо разобрать можно было лишь «свежее пиво». Но в тему углубляться не стал.
Стоячих караульных странники преодолели легко, а вот подвижные патрули могли стать проблемой. Ни их количества, ни расписания друзья не знали. Кроме того, и расписание это, и расстояние от патруля до патруля могли оказаться плавающими, известными только разводящим. И если заклинание поиска покажет врага впереди и сзади, останется уповать лишь на невидимость и бесшумность, а в слишком узких коридорах — еще и на зелья полета. Ресурс ограниченный. Вот при этом и было «свежее пиво». Смотаться туда-сюда, пополнив аптеку и библиотеку. Но сейчас уже не выпадало — велик шанс, возвращаясь, свалиться прямо на голову «спящего» или раба пепла.