— И что вам от меня нужно?
Глорб протянул Сорквильду грамоту легиона. Некромант поднес ее к черепу на посохе — словно чтобы прочитать при свете. Пергамент полыхнул зеленым пламенем и спланировал к ногам колдуна. Тот наступил и растер золу.
— А у нас еще есть!
— Хватит шуток, — Аррайда встала. — Сорквильд Ворон, я предлагаю тебе присоединиться к моему войску.
Все трое мужчин казались одинаково ошеломленными. Это словно звенело в воздухе.
— Вообще-то мы за маской Вайла…
— И по приказу Легиона…
— Мы так или иначе убьем тебя, — продолжила Аррайда, и слова гулко отдавались в морозном воздухе. — И лишимся возможного сильного союзника.
— Самомнения тебе не занимать, девица. Кто ты?
— С этого бы и начинали, — шепнул Черрим в усы. Они с Глорбом переглянулись и обменялись едва заметными кивками, переходя в наблюдатели.
— Нереварин, — Аррайда стянула шлем и ведерком устроила на руке. Череп на посохе некроманта пригас, и теперь только густое сеево звезд освещало лица и отражалось в глубине глаз. — Мне нужны союзы. Даже с таким, как ты. Тень Красной Горы все длиннее, однажды она дотянется сюда. И твоя гордыня, твои умения рядом с этим будут ничто.
Нереварин смотрела на Сорквильда снизу вверх, и все равно казалась равной ему. Или даже чуть выше.
Левой, свободной рукой Сорквильд взял маску Клавикуса за рог и снял с головы. Протянул Нереварину.
— Держи. Пойду складывать вещи.
— И все? — поразились хаджит с орсимером. — И никакого боя?
Сорквильд громко, насмешливо фыркнул:
— А об этом мы позже поговорим.
Путь предназначения. Балмора
Аррайда спускалась с платформы силтстрайдера, словно входила в одну и ту же реку. Даже себе самой наемница не смогла бы объяснить, зачем сюда вернулась. Встретиться с Тьермэйлином можно было бы где угодно. Перед ней лежала Балмора — заставляющая ныть сердце, пугающая, любимая. Закатное солнце освещало плоские крыши, стены и парапеты. Площадь перед платформой была пуста, только под аркой шаркала метлой бедно одетая аргонианка, подметая мостовую. Да переступала с ноги на ногу на брусчатке худая данмерка, пялясь на заколоченный Клуб Совета. Тот самый, где Аррайда убила заправил балморской Камонна Тонг, мстя за смерть Лландраса Белаала.
Безлюдье девушку не удивило — всю дорогу погонщик «блохи» ныл и жаловался пассажирке на сокращающийся объем перевозок и клятвенно обещался молиться Триединым, чтобы они прекратили это безобразие. Ну и сильно удивлялся, что путешествует она не в одиночестве. Нереварин задумалась даже, насколько бы возросло его удивление, отправься с ней сразу все стражи-кочевники. Но авангард двинулся чуть пораньше, а замыкающие должны были прибыть после нее. Так что Аррайда выкинула мысли из головы, прислушиваясь к погонщику.
А с другой стороны, рассуждал он, у горы Канд и в Суране еще страшнее, в красной буре сгинули не один и не два каравана. И люди вовсе не желают отправляться в путешествие. А если нужда гонит из дому — готовы переплачивать вдвое, сигая между отделениями гильдии магов, лишь бы не оказаться в диких местах за городом.
Аррайда радовалась еще, что прикрыла плащом роскошный эбонитовый доспех, а то бы, того гляди, погонщик содрал с нее втрое, компенсируя расходы.
«Блоха» огласила площадь трубным ревом. Данмерка обернулась и встретилась с Нереварином глазами.
— Этот дом… почему он пустует? — спросила Аррайда, следя краем глаза, как охрана растворяется в предвечерних тенях.
— Хочешь купить? Нилено Дорвайн уступит его за полцены.
Метла перестала шаркать. Прошлепали лапы, завоняло тиной.
— Не слушай ее! Кто в своем уме — не то что селиться, даже пройти здесь лишний раз не захочет. Разве не чуешь, как жутью несет? Дурное место, совсем дурное. Пятерное убийство здесь произошло.
— Туда им и дорога! — данмерка злорадно плюнула на порог. — Нет такой гадости, какой бы эти ублюдки ни совершили. И тот, кто расправился с ними… Можешь звать его безжалостным убийцей, Та-что-под-Мостом. Но на самом деле он поступил справедливо. Он освободил всех нас. И дух моего бедного хозяина наконец обрел покой.
— Увита? — спросила Аррайда неуверенно: уж слишком не походила гордая женщина на запуганную пленницу, которую они с Тьермэйлином нашли в подвале особняка Раллена Хлаало.
— Я вас знаю?
Наемница откинула капюшон и сняла шлем.
— Ты хорошо выглядишь.
— Спасибо, — Увита расплылась в счастливой улыбке. — Идем. Я угощу тебя ужином.
Аргонианка удивленно зашипела: «Свет перевернулся». И опять стала ожесточенно скрести метлой брусчатку.
— Не обращай внимания, она любит этих пятерых еще меньше, чем я, — болтала служанка на ходу. — Просто до сих пор боится. Кстати, тому, кто наказал убийц моего хозяина, положена награда. Восемьдесят дракошек, сумма немалая.
— Оставь ее себе. Твоя преданность заслуживает и большего.
— Я хочу поступить честно. Кроме того, я не бедствую, — Увита оправила передник. — Родственники хозяина уговорили меня постеречь дом, пока они ищут покупателя. А еще я убираюсь в особняке совета Хлаалу. Как у нвах сказали бы, в ратуше. Ох, простите, добрая госпожа! Вы так много для нас сделали. Нилено обязательно захочет с вами встретиться.
— Кто это?
— Моя благодетельница. Важный человек в Доме Хлаалу, управляет Балморой от лица совета.
Это была удача. Улыбка Азуры. Выход на хлаалусских советников.
— Тогда давай не откладывать встречу, — Аррайда бросила взгляд на синеющее небо. — Если не слишком поздно.
— Что вы! Госпожа Нилено работает до глубокой ночи, — Увита остановилась и обдернула платье, пересобрала в узел волосы. Проговорила слегка невнятно из-за шпилек во рту: — Вы не обидитесь, если мы войдем через черный ход?..
Аррайда улыбнулась:
— Ну, без ковровой дорожки я как-нибудь обойдусь, — и подала знак телохранителям: следовать.
По сравнению с редоранскими залами особняк совета в Балморе смотрелся небогато. Да и Нилено Дорвайн в коричневой войлочной мантии, подпоясанной солдатским ремнем, походила скорее на прижимистую торговку. Аристократично выглядели разве что уложенная волосок к волоску прическа да сверкающие карбункулами глаза. Седая прядка спускалась на морщинистый лоб, но взгляд оставался цепким, а губы упрямыми. За скромной внешностью прятались воля и умение повелевать.
Пока Аррайда разглядывала Нилено, та столь же беззастенчиво разглядывала ее. Но оторвала взгляд, привлеченная шумом на крыше.
Нереварин выругалась про себя. Но все было тихо.
— Ветер, должно быть. Ступай, Увита, — произнесла градоправительница ворчливым старушечьим голосом. — И загляни на чердак.
— Я обещала накормить госпожу ужином.
— Хорошая мысль. Закажи в «Восьми тарелках» ужин на троих, пусть запишут на меня. А вы присаживайтесь вот сюда, — Нилено указала на скамью у очага и положила на тлеющие угли полено. — Вечер и вправду зябкий.
Она разлила по кубкам вино из темной узкой бутыли. Один протянула гостье:
— Попробуйте. Ни в одном из трактиров Вварденфелла вам такое не подадут.
— Контрабанда?
Нилено хмыкнула.
— Нет, прислал из Скинграда торговый партнер. Вино братьев Сурили урожая 403 года. То лето было необычайно знойным, и виноград вызрел сладкий, как никогда.
Аррайда, задумавшись, сколько Нилено может быть лет, рукой в латной перчатке приняла кубок. Госпожа Дорвайн склонила голову к плечу. Губы растянулись в торжествующей улыбке.
— Какой любопытный узор на эбоните, госпожа Индарис. «Гордость Дома Редоран». Похоже, у вас талант улаживать проблемы. Но рядом с наградой Сарети мои восемьдесят дракошек смотрятся нелепо.
— Зато вы можете дать мне толковый совет. Кто может признать меня «наставником» Дома Хлаалу, разрешить собрать и возглавить его войско?
Нилено поперхнулась вином и долго откашливалась. Аррайда едва удержалась, чтобы не постучать ее по спине.
— Четыреста лет мы лишены права собирать и поддерживать армию. Да если бы и захотели… нарушить Закон о перемирии, нам просто неоткуда ее брать! Стражники, что охраняют наши эбонитовые шахты, плантации и поселения — все, что есть у нас. После проигранной Триедиными войны на Красной горе Вварденфелл обезлюдел. Данмеры вынуждены впускать сюда поселенцев! Даже двое наших советников — нвах! Или что-то изменилось?
Аррайда стянула перчатку с правой руки.
Нилено, помолчав, откашлялась.
— Ты… Тебе все же удалось меня удивить. Мы все так или иначе тебе благодарны за то, что сняла удавку Камонна Тонг с нашей шеи. И будет справедливым поделиться с тобой тем малым, что я знаю. Но все равно мы не воины. И Балмора далека от войны. После того, как мы, по примеру Альдруна, выловили здесь пепельные идолы и избавились от угрозы мятежа. Знаешь, — продолжила данмерка с гордостью, — редоранцы презирают нас и честят Домом торгашей. Зато наши аристократы занимаются делом, а не хвастают друг перед другом опасными артефактами.
— И все же… впечатление мира обманчиво.
Наемница достала карту из сумки-невидимки и расправила на коленях. Прочертила ногтем фояду, ведущую на полдень от Призрачных врат.
— Вот самая короткая и удобная дорога к Балморе. Если Призрачные врата падут, через три-четыре дня войско Дагота будет здесь.
Госпожа Дорвайн взяла у гостьи пергамент, хрустнув краями. Близоруко поднесла к лицу. Отложила. Из угла в угол дважды пересекла тесный кабинет.
— Варро сказал мне то же самое.
— Ллариус?
— Непонятно, что тебя удивляет, — проскрипела госпожа Дорвайн, резко оборачиваясь и глядя Аррайде в глаза. — Легион наделен правом расследовать преступления на наших землях и определять наказание виновным. Мы вместе занимались резней в Клубе совета. Тьфу, что я несу.
Она разгладила пальцами глубокую складку между бровями.
— Мы не могли открыто назначить награду за головы убийц, но постарались отвести подозрения от того, кто свершил правосудие. Дело представили пьяной дракой. А в подвалах храма установили пять урн с прахом. Почетное погребение за городской счет. Так что можешь не беспокоиться хотя бы об этом.