— Обращайтесь, если что, — она улыбнулась.
— Мы также задействуем летучих магов, организовав наблюдение вокруг Призрачного предела. Самые крупные щели под ним нам удалось прикрыть летучими группами и ловушками. В общем, не теряем времени зря. Заодно остановили несколько компаний молодых телванни, которые под видом паломников свернули на чужие земли.
— Надо сказать Ариону.
— О… он уже знает.
— А кто поставляет вам продовольствие… э, танцует девушку? — поинтересовался Черрим.
— Нилено Дорвайн в первую очередь. Но, в общем-то, весь Великий Дом Хлаалу. Они заинтересованы в переговорах с Редораном о шахтах Кальдеры. И считают, что Нереварин поможет им сгладить противоречия.
— Не все так прагматично, — с разрешения Ллариуса в кабинет вошли двое, те самые в травяных шляпах, и с ходу вмешались в разговор. — Нас прежде всего заботит выживание.
— Ну и из-за блокады теряете прибыли, да.
— Теряем, пышечка, — круглолицый имперец стянул шляпу и локтем отер потное лицо. Котище стал закатывать рукава.
— Рекомендую, — сказал сладчайшим голосом, — Красиус Курио, театрал, советник и меценат.
— Напрасно вы отказались от театральной карьеры, — посетовал советник. — Но не будем о грустном. Госпожа Нереварин, я полагаю?
Курио уставился Аррайде на руки, точно надеялся сквозь металл перчаток разглядеть Луну-и-Звезду.
— В знак благородства своих намерений я привел к вам вот его.
— Драм Беро, — худой лучник протянул ладонь для пожатия. — Мне было любопытно. Потому я решил проявиться сам. Ну и шахта Вассира Диданата…
— Ну и оперативность, — осклабился Черрим. — Мы ее найдем и вам сообщим первому.
Беро рассмеялся.
— Ладно, купили. Давайте, где подписать. И располагайте мной в вашей армии. Как я стреляю, вы видели.
— Приятно познакомиться, пышечка. Как только подписи несговорчивых советниц будут у вас, сразу же за мной посылайте.
И вместе с Беро откланялся.
— Мне сообщили, что пепельноземцы обложили Призрачный предел с севера, — продолжил рыцарь Дракона, когда хлаалусцы вышли. — Мы готовы сделать то же с юга. Крепости на Красной горе штурмом возьмем вряд ли, но для облоги наших теперешних сил вполне хватает. Я заказал дерево для военных машин на Солтсхейме. Когда оно прибудет в Сейда Нин, можно начинать. И, девочка. Пора тебе продумать, кто войдет в ударный отряд. У меня есть несколько кандидатур. Но в первую очередь я послушаю тебя.
Нереварин кивнула.
— Утром.
— Да, еще Гильвас и Мехра… — Ллариус улыбнулся. — Ей удалось добыть древние планы двемерских крепостей. И они уже у меня.
Варро вытянул из ящика еще одну стопку бумаг.
— Она разбирала библиотеку жрецов-отступников. Просто сокровище. Жаль, что показывает твердыни лишь изнутри. Но разведку мы на Красную гору пошлем в последний момент. Или все же сумеем договориться с вечными стражами.
— Я надеюсь, сумеем. Спасибо.
— Набор добровольцев мы продолжим. Как здесь, так и в крепостях легиона. А ты спокойно обдумай следующие шаги.
Аррайда знала за собой, что лучше всего ей думается на ходу. Но не хотелось топтаться по лагерю, и она опять поднялась с друзьями на крышу. Небо медленно розовело, тренировки были завершены, и несколько свободных воинов собрались на краю крыши вокруг худой девушки-актрисы, одетой в черное. Этим она сперва напомнила Аррайде Звездочку, но была северянкой, светло-рыжей. Избавленные от шлема волосы сейчас тяжелой волной падали на плечи. Сидя на парапете, красавица вытянула правую ногу, а на подогнутом колене левой пристроила лютню. Неторопливо перебирала струны, иногда задумчиво прерываясь, и мелодия выходила рваная, слегка печальная, далеко разносящаяся в воздухе. Когда компания Нереварина подошла, рыжая определилась наконец, что петь. А ликующие поклонники подхватывали припев. Особенно близко к актрисе стоял давешний босмер — победитель Беро, на этот раз без маски-платка. Но спиной к Аррайде. И заглянуть ему в лицо было невозможно, не потревожив зрителей.
— За спиною полки, словно два крыла,
Ветер треплет шатры.
Словно бешеный конь,
Закусив удила,
Гонит пепел с Красной горы…
Голос певуньи тоже не походил на голос Звездочки, он был бархатным, низким, но у Аррайды все равно стиснулось сердце. А еще она словно снова летела в лодке по каналам Вивека, и гондольер в соломенной шляпе с широкими полями пел, отталкиваясь большим веслом.
— …И как красная пыль ни сечет лицо
И как ни ярится мгла,
Палец до крови сжимает кольцо —
Все то же: Луна-и-звезда.
Словно мороз продрал Аррайду по хребту. Она шагнула вперед, а северянка отложила лютню и встала. Нереварин потеребила кольцо на пальце, как часто поступала, когда хотела успокоиться. Взгляды ее и певуньи встретились — точно перекинули нить.
— Брунхильда, еще!
— Потом… — пробормотала рыжая, подходя к девушке-редгарду. Певице с почтением уступили дорогу.
— Нереварин?
Аррайда кивнула. Брунгильда с уважением поклонилась, касаясь рукой голенища. И кинулась с ножом. Но босмер успел встать между девушками. И упал, обливаясь кровью. На какую-то секунду мир застыл в хрупком равновесии. Затем Аррайда прыгнула на убийцу, швыряя наземь, выбив нож из руки. Уперлась коленом в грудь, сцепила пальцы на горле и давила до тех пор, пока Черрим с кем-то из мужчин не оторвали общими усилиями, пока не достучались, заставив очнуться. Брунхильда хватала ртом воздух. Убийцу подняли и скрутили.
— Заприте ее пока, — бросила Эдвина яростно, занимаясь раненым. Черрим гладил плечи Аррайды:
— Цела? Будет жив твой Зайчик. Пусть хвалит свой малый рост, нож скользнул по ключице и воткнулся в плечо.
Нереварин смотрела куда-то поверх голов. Дующий над крышей ветер сушил на глазах сердитые слезы.
— Пойдем-ка со мной, — Черрим обхватил девушку за талию, увлекая с крыши в люк, по короткой лестнице за резные двери и — каменным коридором — к гостевым комнатам.
— Кого тебе сейчас нужно, так это мальчика с ловкими пальцами, помогающего расслабиться перед боем. Но у тебя есть только старый котище, который может облапить, пожалеть и размять косточки так, чтоб трещали.
Забрал и отложил ее оружие. Усадил Аррайду на топчан. Стянул с нее сапоги, снял кольчугу с подкольчужником. Сунул в руки кувшин с мацтом.
— Хлебни — и ложись на живот.
Задрал на ней рубаху и стал массировать спину, помогая успокоиться и уснуть. А проснулась Нереварин утром — в отворы под потолком лился солнечный свет, пятнами ложился на пол. Громко трещал на стене почти догоревший факел. Одеяло сбилось, сквозняк холодил лопатки. А у постели сидел на полу Сул Матуул, взяв Аррайду за руку. Алые глаза светились.
— Прости, если разбудил. Я привез весть от Нибани Месы, которую ты очень ждешь.
Летящая на огонь. Пелагиад, Вивек
Закат в Пелагиаде весной особенно красен, ярок. Поднявшийся ветер заставляет куриться пыль на дороге и плясать кружевные тени едва зазеленевших деревьев. Как раз в такое время в заднее окно дома хаджитки Анасси, уважаемой торговки, поскреблись. Думая, что за каким-то надом явился сосед, огородник Дралас Гилу, тетка подняла раму. Вечерний гость уперся ногой в фундамент и дотянулся до подоконника, показав довольную разъетую физиономию с пышными баками и наглыми золотыми глазищами.
— Тебе тут племянница велела кланяться. Передает копченый гуарий бок и яичко.
— Яичко? — тетка Анасси задумчиво потрогала перламутрово сияющее здоровенное яйцо квама, который гость взгромоздил на окошко вместе с ароматной торбищей. — А через двери войти не мог.
Черрим развел мохнатыми ручищами, талантливо сохраняя равновесие на узком пояске камней.
— Мало ли что тут деется.
— А у нас тут не столица. И если что случится, мне первой и сообщат.
Взмахом лапы тетка Анасси разогнала докучливых вечерних насекомых.
— Ты давай, или внутрь, или отсюда.
— Так я не один. Пришел вот разведать… и гостинцы…
Седая хаджитка хмыкнула.
— А сколько вас?
— Да отряд большой. Тридцать душ. Мы пока в склепе Андрано устроились. Там места много. А я к тебе.
Анасси сощурилась.
— А моя подопечная тоже с вами?
— Ну…
— Дом огромный, пустой. Ночуйте, сколько влезет. Кому места не хватит — Дралас заберет. И вон таверна «Полпути» стоит пустая. Они счастливы будут и денег за постой не возьмут.
Черрим недоверчиво сморщил нос.
— А не подозрительно будет, что нас вооруженных и столько?
— Ну, катапульты ж вы с собой не тянули? — покивала головой Анасси. — А отряд по нонешнему времени и невелик. Кругом все вооруженные ездят, кто вообще за стены осмелится сунуться. И караульных нанимают. Говорю же: если появится кто чужой, ко мне первой прилетят. Нечего вам ходячие трупы пугать. Веди всех сюда. Только через дверь.
И сочтя разговор законченным, принялась готовить на гостей обильный ужин.
Черрим, фыркнув, спрыгнул с фундамента и отправился за остальными. Закатное солнце играло бликами на двемерике его доспеха.
Ждать себя гости долго не заставили. Кто с парадной калитки, кто через ограду объявились в усадьбе Анасси. Смущенно топтались на пороге, вытирая ноги о половики. Складывали у стенки поклажу. Анасси показывала гостям, где умыться, где привязать верховых. Черрим распределял людей в охранение и в помощь по котлам и громко фыркал на Аррайду:
— Твое дело караулы проверять, а не в них ходить. Отдыхай.
Нереварин и Лин с Эдвиной обнялись с кошкой и зашедшим Драласом Гилу, как старые добрые друзья. А вот некоторые новички косились на Анасси с опаской — похоже, им уже успели рассказать и о гордом ее характере, и о боевых умениях в Дожде-на-Песке. Да и когти, которые хаджитка выпускала время от времени, внушали.
Стульев на всех не хватило. Принесли из кладовой доски, обернули рядном и уложили на сиденья, тесно устроились за столом.