ою энергию.
Впереди виднелись крутые холмы, среди которых пряталась пещера, и там сгущалась тьма, громоздились тучи. Воздух заполонили… нет, не летающие тарелки, но всевозможные твари, хлопавшие крыльями, кто в перьях, а кто с голой кожей. Что-то двигалось и по земле, но Ник не мог с уверенностью разобрать, что же вызывало это движение.
И всё же Рита шла, не таясь, словно ей было наплевать, что впереди может ждать засада, с таким же величественным видом, как и Герольд, когда его атаковала летающая тарелка.
Немного не дойдя до пещеры, Рита остановилась. И хотя Ник видел совсем немного, но даже он почувствовал, как вокруг них разливаются волны Зла, совсем как ночью, когда он был привязан к дереву. Издав пронзительный крик, на них спикировала птица с чёрными крыльями, таким же оперением на голове и горящими красным пламенем глазами. Свободной рукой Ник выхватил кинжал.
Крикнув второй раз, птица улетела прочь. Но тут раздался голос Риты:
— Железо! — она слегка отстранилась от него, хотя и не выпустила руку юноши. — Убери его от меня — скорее! Оно служит тебе, но принадлежащим Роду несёт смерть!
В сумерках, которые сгущались необычно быстро, её тело снова засветилось, что он уже видел прежде, а глаза ярко засверкали. Её охватило волнение, словно впереди их ждало серьёзное испытание.
И тут везде вокруг них, на земле, в кустах поднялось смутное движение. На них угрожающе смотрели какие-то твари, однако пока никто не атаковал. Рита по-прежнему шагала вперёд, правда, теперь уже медленнее. Стояла мёртвая тишина, которую ни одним звуком не нарушали те, кто появились рядом. Может, все эти чудовища не настоящие, вдруг они — просто иллюзии? Но в таком случае какой враг создал их?
Окружив их кольцом, совсем рядом двигались гномы. У них были приземистые тела, покрытые серыми волосами. Их лица, гротескно напоминавшие человеческие, невероятно злобные, были обращены к Нику и Рите, они время от времени оскаливали зубы в лягушачьих ртах, то закрывая, то открывая их будто что-то беззвучно кричали.
Чуть дальше их преследовали другие, в человеческий рост, худющие, одна кожа да кости, а голова — лысый череп. В изъеденных плесенью лохмотьях, двигаясь скованно и неуклюже, они тем не менее с удивительной скоростью ковыляли за гномами.
А вокруг кишело множество других тварей — кое-кого можно было бы назвать волками, однако они в то же самое время непристойно напоминали людей; рептилии, гигантские пауки — всё, что только может присниться в ночных кошмарах нынешнего поколения людей. И это была только малая часть вышедшего на охоту войска призраков. Внезапно воздух разорвали крики и звон стрел.
— Поторопись! — закричала Рита, — я не смогу долго защищать двоих.
Тут Ник увидел, как светящийся ореол вокруг её тела расширился, охватывая и его. Попадая в этот щит, стрелы резко останавливались и падали на землю. Послышались разъярённые крики. На них бросались всё новые фигуры — и отбрасывались прочь яркой туманной дымкой.
Потом раздались звуки, которые могли быть только ружейными выстрелами. Ник непроизвольно пригнулся, но Рита, не задерживаясь, потащила его вверх и вперёд. Хотя туман вокруг них сгустился, он был уверен, что видит сквозь него людей в чёрной форме. Наверное, их атакует целая армия, пусть и небольшая.
Это было Зло, и тот отвратительный запах, который приносил ветерок, теперь стал тошнотворно густым, от вони перехватывало дыхание. Однако Ник уже смутно различал скалы, в которых прятался охраняемый вход в пещеру.
Неожиданно раздался треск пулемётной очереди, вокруг начали падать люди, и осаждавшие неохотно расступились перед Ником и Ритой. Пулемёт! Откуда он взялся у англичан?
— Скорей! — задыхаясь, закричала Рита.
Они стали протискиваться среди нагромождения каменей вверх, ко входу в пещеру. Там, не умолкая, оглушительно строчил пулемёт… вполне возможно, что стреляли по ним. Ник не знал. Но по крайней мере, ничто пока не проникало сквозь защитный экран, установленный Ритой. Хотя американец видел, что он стал уже совсем тонким.
Наконец из последних сил они ввалились в расщелину, где находился сторожевой пост. Сияние, окружавшее их, почти померкло. К Нику подскочил человек, наведя на него дуло револьвера.
— Иллюзия! — закричала Рита. — Это иллюзия!
Да нет же, револьвер настоящий! Он угрожал им настоящей смертью!
— Нет!
Ник ожидал удара пули, однако его не последовало. Человек отвернулся от юноши, словно его больше здесь не было. Он был незнаком Нику и одет в полевую военную форму. И здесь было ещё трое защитников с пулемётом, стрелявшие по силам Тьмы. Ник спрыгнул вслед за Ритой в расщелину.
— Вы!
Там находились все, даже Страуд, лежавший на полу в комбинезоне, на котором ярко выделялись тёмные пятна. Остальные стояли, как люди, решившие биться до конца, готовые умереть, но не сдаться.
Команду выкрикнул Кроккер, и голос его эхом разнёсся по пещере. А теперь, когда прекратился пулемётный треск, лётчика за руку схватила Джин, увидев, что он повернулся лицом к Рите, с округлившимися глазами, держа в одной руке кинжал. Он словно готовился отразить выпад девушки, хотя Рита даже не шевелилась. Её недавно сиявший ореол превратился в еле заметное мерцание.
— Нет! — теперь закричала и Джин. — Пулемёт… мы должны продолжать стрелять.
Из темноты выпрыгнул Ланг, бросившись прямо к Рите. Он прыгал и тявкал вокруг неё, пытаясь как мог привлечь её внимание. Если остальные и не были рады её приходу, то пекинес был совсем другого мнения, о чём радостно заявлял всему миру.
— Убирайся прочь! — Кроккер сбросил руку Джин и шагнул к Рите с кинжалом.
— Остановись, Барри, — викарий стал между ними, и смотрел он не на лётчика, а на Риту. — Почему ты здесь?
— Вы что, уже забыли, что когда-то я была одной из вас? Почему бы мне не попытаться теперь вам помочь? Хотя вы сами вызвали эти силы Тьмы — играя с тем, что не понимали, на свою погибель.
— Она одна из них! И хочет нас погубить! — Кроккер вплотную приблизился к викарию, но так и не отважился оттолкнуть его в сторону.
— Я принадлежу Авалону, — спокойно ответила Рита. Снова на её лице застыла ничего не выражающая маска, как у Герольда. — Однако вы открыли врата, через которые сюда идут полчища сил Тьмы, и отнюдь не вам по силам снова затворить их. Вы использовали Силы, однако у вас не было защиты…
— Пока мы тут болтаем, — вмешалась Леди Диана, — те твари снова предпримут атаку. Мы должны удерживать…
— Свою иллюзию? — перебила её Рита. — Но то, с чем вы сражаетесь, — отнюдь не иллюзия. Вы что, ещё не поняли это? У нас, кто принадлежит Роду, свои враги. Вы же вызвали вот этих. Но у вас нет оружия, чтобы взять над ними верх. Только посмотрите на себя — разве вы ещё не устали? Для создания подобной иллюзии требуется много сил. Пусть вы даже сейчас объединились и пока успешно действуете… надолго ли вас хватит? Те твари, что вас атакуют, не ограничены ни временем, ни физической уязвимостью тел, подобно вам. Они могут ждать и ждать бесконечно, пока вы не сломаетесь от бессилия. И я говорю вам: лучше быть мёртвым, чем живым, когда они сюда ворвутся.
Наступает время Похода Тьмы. Зло покидает места, где оно обитало прежде, и устремляется сюда. И те, кого оно захватывает, становятся её орудиями. Другие пытаются от него убежать — вы их видели. Но в конце концов их ждёт не лучшая участь, потому что они попадут в плен к небесным охотникам.
Но к вам силы Тьмы явились раньше срока. Авалон не защитит вас, ибо вы отказались от его свободы. Пусть даже вы сплошь оденетесь в железо, но и тогда силы Зла проникнут в ваши тела, вытеснят вас из них и будут использовать их как одёжку…
— Как ты используешь тело Риты? — в глазах Кроккера горел яростный огонь.
— Я — Рита. И приняв свободу Авалона, я стала неизмеримо больше, чем когда-либо была, Ритой. До этого я словно спала, теперь же я пробудилась — к жизни! Да, я Рита, хотя вы не верите мне. Думаю, вы и не сможете, ибо нечто в вашей душе желает, чтобы я была чем-то меньшим. Разве не так?
Сегодня я сказала тому, кто пришёл со мной, что сердце моё по-прежнему с вами. Возможно, это действительно было так… когда-то. Когда я в первый раз пришла к вам, ещё недавно дорогим мне людям, после изменения, я пришла как нищенка, просящая у вас подаяния. Но я ошиблась. Ибо что вы можете дать мне сейчас?
— Наверное, ничего, — ответил Хэдлетт, не лётчик.
Она рассмеялась.
— Как точно вы оценили. И всё же… вот вы здесь… — Рита обвела всех их взглядом. — Вы обладаете мужеством, хотя и используете его на неверном пути. Я отлично знаю всех вас, даже этих двоих, что недавно к вам присоединились. И хотя вы можете мне не верить, я желаю вам добра. Что смогу сделать для вас, то сделаю. Но предупреждаю — это немного. У вас нет свободы, которую даёт Авалон. А те силы, которые вы вызвали к жизни, очень сильны.
— Именно Авалон подсказал мне, как воспользоваться силой мысли, — впервые за всё время произнёс Ник. — Если всё это так опасно, почему же тогда он это сделал?
Ему показалось, что Рита посмотрела на него слегка удивлённо.
— Я не знаю. У Герольдов свои цели, которые определяет герольдмейстер. Сейчас настала пора перемен…
— Таким образом, — сказал викарий, — с наступлением поры перемен могут происходить необычные вещи? Порядок снова противостоит Хаосу. И ты говоришь, что у нас не хватит сил защищаться.
Рита покачала головой.
— Нет. Все мы, кто согласился на свободу, черпаем силу от самого Авалона. Взгляните — вот что мы можем, — она нагнулась и прикоснулась к полу. Там, где она касалась пола, камень раскрошился, и остались отпечатки её пальцев. — Это не иллюзия, можете потрогать руками, если не верите своим глазам. Подобные вещи вам не под силу, ибо ваши способности совсем невелики. Объедините свои усилия, как вы это уже делали, — и всё равно обнаружится предел, ибо земля не станет передавать вам энергию.
Ланг, сидевший у её ног, снова запрыгал, она улыбнулась его веселью и положила руку на его головку, а в это время из тени вылетел Джереми и, прижавшись к её ногам, громко замурлыкал. Когда Рита подняла голову, на её лице лежала тень беспокойства.