Утром можно будет получше рассмотреть следы, и Ник сказал об этом. К его удивлению, викарий согласился. Они решили, что будут втроём, по очереди, дежурить, не беспокоя миссис Клапп, чтобы старая женщина получила полноценный отдых.
Ник вызвался дежурить первым. Казалось, лунный свет потускнел, и ему приходилось больше полагаться на слух, чем на зрение. Он воткнул нож остриём в землю между коленями, положил одну руку на его рукоять и принялся размышлять.
Он понимал, что у них совсем немного шансов спасти своих товарищей. Но это им предстоит ещё самим себе доказать. А потом… что потом? Смогут ли они пробраться назад по этой враждебной земле туда, где они оставили джип, чтобы попытаться создать, как предложила Линда, дверь для возвращения в их собственный мир? Попробовать-то можно, однако шансы на успех практически нулевые. Что же тогда остаётся? Жить в постоянном страхе, опасаясь, что в любой момент на них могут напасть либо Силы Тьмы, либо летающие охотники. Возможно, им даже снова удастся добраться до той фермы. Но опять же — запасы пищи… А жить в постоянном ожидании беды — это вовсе не жизнь.
Так жили англичане в своём родном мире — под воздушными налётами и постоянной угрозой вторжения.
Ник читал об этом, но всё это было так далеко и давно. Этот страх никогда не понять, пока тебя самого не заставят жить с ним. А он и Линда, хотя в их мире тоже существовало насилие, никогда напрямую не сталкивались с подобным раньше.
Так что по-прежнему лучший выход для них — город. Но если викарий и миссис Клапп снова откажутся — что тогда?
Ник напрягся, выхватывая клинок. Он ничего не слышал и не видел… однако в темноте теперь что-то появилось. Одно из тех чуждых животных? Они шли за ними, в этом Ник нисколько не сомневался.
Теперь он услышал тихое поскуливание. Ланг подошёл к нему, оставив Линду. Его маленькое тельце — Ник положил руку на него — дрожало, словно от неистового желания бежать вперёд, кому-то навстречу Ник не ощущал страха, только возбуждение.
Воздух прорезал тонкий лучик света, обрисовав фигуру человека. Ник встал к нему лицом, кто бы — или что бы — это ни было. Свет стал ярче, фигура обретала материальность. Ник ожидал, что это будет Авалон, но перед ним предстала Рита!
— Ты! Но ведь…
Ника охватил гнев.
— Ты же весьма драматично попрощалась с нами. Почему теперь ты вернулась?
На её белом фарфоровом лице ничего нельзя было прочесть.
— Вам вполне достаточно и того, что я вообще явилась сюда. Те, кого вы ищете, захвачены летательными аппаратами, не Силами Тьмы. Если вы хотите найти их, ищите небесных охотников.
— Почему ты мне это говоришь? — требовательно спросил Ник. — По твоим собственным словам ты отделилась от нас, и Авалону нет дела до нас.
— Всё правильно, — однако на её лицо легла тень озабоченности. — Но если вы станете искать среди Сил Тьмы — тогда вы совсем пропали. А мне бы хотелось, чтобы вы спаслись.
— А остальные?
Она покачала головой.
— Разве вы можете их спасти? Ибо те, кто схватил их, более могущественны, чем вы можете вообразить. Оружие их настолько превосходит известное вам, насколько ваше — лук, меч и копьё. Тех не вернуть, смиритесь с этим.
Гнев, вспышку которого он и сам не мог объяснить, не проходил. Даже если бы сейчас Рита сказала, что на небе светит яркое солнышко. Ник с яростью возразил бы. Сначала он думал, что сведения, которые она сообщила, — просто обман, но потом понял, что это правда.
— Тот звук — тоже их оружие?
— Да. Он принуждает… зовёт к себе…
— Тогда почему ему не подчинились все мы?
— Я же говорила тебе — ты иной. Великая Сила касалась тебя. И кроме того, викарий… и Мод… и девушка… они верят в душе, хотя и отрицают это. Для викария и миссис Клапп вера — в их крови, в их прошлом… А девушка… Ей эту дверь открыл пёс. У каждого из вас была защита от этого оружия, а Лангу и Джереми вообще ничего не грозит — они по-своему принадлежат Авалону.
Только теперь он заметил в сиянии света вокруг неё, что у ног белой девушки сидят кот и пекинес, не сводя с неё глаз, словно зачарованные. Она наклонилась и коснулась кончиками пальцев обоих мохнатых головок.
— Большим разумом они обладают, — заметила Рита.
— Большим, чем мы?
— Спрашивай себя, не меня.
Её сияние стало гаснуть, туман сгущался вокруг тела. Ник двинулся к ней.
— Подожди!
Но она не ответила. Её уже не было, она исчезла.
— Отличное представление, — сказала Линда, незаметно приблизившись к нему — Ты веришь в то, что она сказала?
— Да.
— Беда в том, что хотя она и не нравится мне — признаюсь, если хочешь знать правду, мне кажется, что я её ненавижу, — но я ей тоже верю. Что теперь, Ник? Можем ли мы спасти остальных англичан, если их схватили охотники с летающих тарелок? Не вижу никакого шанса.
— Как и я, — признался юноша. — Они могут держать их в плену где угодно.
— Это не настолько это безнадёжно, как кажется, — и Ник, и Линда вздрогнули, когда из темноты раздался голос викария. — Да, я уже проснулся и видел и слышал, что сказала наша гостья. И я также верю ей. Но не забывайте — мы попали на этот континент, как пленники людей с летающих тарелок. Здесь у них штаб, не слишком далеко от того места, где мы потерпели крушение, которое принесло нам свободу. Без сомнения, всех своих пленников они отправляют туда.
— Но у нас же нет никаких шансов добраться туда, — возразил Ник. — Вы ведь понимаете, что Рита права. У них оружие, несравнимое с нашим. И тот звук… и лучи, которые они направляли на Герольда. У нас нет защиты против подобного оружия. Просто сумасшествие считать, что мы сможем победить их, — но ещё произнося эти слова, Ник знал, что Хэдлетта не переубедить, он всё так же полон решимости спасти своих соотечественников, возможно это или нет.
— Кажется, мы в какой-то мере защищены против звукового оружия, — викарий словно и не слышал ничего из того, что Ник говорил ему. — Что там Рита говорила тебе… Мод и я, через нашу кровь и прошлое… что она имела в виду? — Нику показалось, что викарий задаёт этот вопрос скорее самому себе, чем своим собеседникам. — Мод из Суссекса, из очень древнего суссекского рода. До замужества она носила фамилию Бурд. И она уже рассказывала вам о своей прабабке, которая могла исцелять людей и предсказывать будущее. А что касается меня — десять поколений моих предков прожило в Минтон Парве, сквайры или священнослужители, и мне многое известно про старину… Про старину, — повторил он — Да, я с давних пор слышал об Авалоне и Народе с Холмов. Железо и церковь гнали их прочь, однако они всё же задержались на нашей земле некоторое время. Возможно, в Англии они находились в изгнании, а может, они были колонистами. Некоторые называли их «Хозяевами»… потому что они действительно были достойными хозяевами в старом значении этого слова, справедливыми, вежливыми, иногда помогающими людям.
— Но у них были и недостатки, сэр, — заметила разбуженная миссис Клапп. — Они не любили, когда за ними следили, и могли причинить уйму хлопот. Но их знали, по крайней мере, старики. Эти же летающие охотники — они совсем другие, совсем не похожи на нас. Если они схватили их — Леди Диану, Барри, Сэма, мисс Джин — тогда каким образом мы собираемся спасти их, сэр?
Услышав последний, волнующий всех вопрос, викарий словно очнулся от собственных размышлений.
— Тут, Мод, нужно хорошенько подумать, — Хэдлетт был не из тех, с кем можно говорить в резком тоне, Ник знал это с первой встречи. Но сейчас он ни за что не согласится с любым, наверняка никуда не годным планом. Ник слишком опасался могущества летающих аппаратов. Наверно, в какой-то мере из-за того, что он больше знал о них, чем об этих чудовищах; он на самом деле боялся их даже больше, ведь вся та нечисть, как ему казалось, могла быть просто иллюзией, внушающей страх, но иллюзией.
— Ты прав, Николас, — согласился викарий. — Однако, продолжил он, — теперь мы знаем, где нам нужно искать — на севере, а не на юге.
Ник уже понял что спорить с англичанами, пытаясь заставить их бросить поиски, что он собирался сделать, бесполезно. А оставить их — этого он не мог. Он конечно еще попытается придумать какие-нибудь веские аргументы, однако в настоящее время ничего в голову не приходило.
Пока же юноша, задавая один вопрос за другим, выяснил всё, что викарий видел, находясь в заточении на борту летающей тарелки. Эти летающие аппараты действительно могли парализовывать свою добычу; находясь в таком беспомощном состоянии, пленники доставлялись на борт летающей тарелки и лишь через некоторое время, очнувшись, обнаруживали себя запертыми в отсеках, служивших тюремными камерами.
Своим спасением англичане были обязаны счастливой случайности. Силовая установка вышла из строя, и летающая тарелка рухнула на землю. Дверь их камеры при ударе треснула, и, выбравшись, англичане обнаружили двух мёртвых членов экипажа.
— Их шлемы треснули, — пояснил Хэдлетт. — Очевидно, они могут дышать воздухом этой планеты только с помощью маски, которая вмонтирована в шлем. И это одно из наших преимуществ…
Совсем крохотное, решил Ник. Как это им удастся разбить в сражении шлемы, когда враг может висеть в воздухе на значительной высоте и спокойно поражать их лучами? Чем больше он думал об этом, тем больше убеждался, что вся эта затея — просто самоубийство.
— Они все были мертвы? — спросил Ник.
— Да. Барри и Сэм возвращались на корабль — Барри надеялся научиться управлять им. Но ему удалось лишь узнать, что корабль шёл на базу с помощью какого-то прибора самонаведения Из-за чего же разбился корабль, он так и не выяснил. Но все члены экипажа были мертвы. Они были совсем маленького роста — просто карлики — и кожа у них была голубой. Но Барри и Сэм почти ничего не успели рассмотреть — они обнаружили какой-то прибор, который что-то передавал — сигналы бедствия, как решил Барри. Мы поспешили уйти подальше от того места, и это было разумно, потому что вскоре там появилась ещё одна летающая тарелка — наверное, отправленная к месту катастрофы.