– Браво, огневой контакт на лестнице. Что у вас?
– Обе лестницы блокированы. – Отозвался Серебряков. – Двоих хо срезало одной очередью.
– У меня тоже один холодный. Не сидите на месте, попробуйте пробиться в поселок.
Вялый обстрел уже через пять минут перерос в ожесточенный бой с использованием автоматического оружия и гранатометов. Незаметно поднявшись в горы – с молчаливого согласия старейшин – два батальона вьетминской пехоты блокировали все пути отступления, простреливая все открытые участки. Гостевой дом, словно специально находился на вершине лысой скалы, не имевшей растительности, как и элементарных каменных стен. Стены из толстых бревен и глины еще с грехом пополам защищали от стрелкового оружия, но только не от гранатометов, всегда имевшихся в избытке под рукой предусмотрительных вьетминцев.
– Чертов идиот. Позволил обвести себя вокруг пальца как ребенка – С гневом думал Максим, короткими перебежками преодолевая открытое расстояние между домом, где истекали кровью убитые шальными очередями Доримы. В этой части горы концентрация огня была наиболее высокой. Рикошетившие от камней пули с визгом разлетались во все стороны, слепо впиваясь в тела рычащих от боли Доримов и деревянные стены дома.
– Чертовы пули! – бормотал Ключников, подползая к нему. – Так и свистят…
– Не волнуйся. Свою пулю все равно не услышишь. – Мрачно пошутил Мак Милан.
Поймав в коллиматорный прицел неосторожно высунувшуюся из укрытия голову врага, капитан плавно спустил курок, чувствуя толчки отдачи. Бесшумная смерть расцвела на кончике ствола огненным цветком. В голове вьетминца появилось несколько аккуратных дырок, через которые брызнули на скалы ошметки мозга. Терпеливо дождавшись пока второй партизан, попробует вытащить тело товарища из-под огня, снова спустил курок, разворотив вьетминцу коленную чашечку. Дико завопив, тот завалился на спину, с воем боли баюкая кровоточащее колено. Несколько его приятелей попробовали прийти к нему на помощь, но были мгновенно срезаны меткими очередями. Только тогда остальные поняли, что дело дрянь и обрушили на гостевой дом такой шквал огня из пулеметов и гранатометов что голову было невозможно поднять. Несколько реактивных гранат пробили ставни на окнах и, пролетев сквозь весь дом, гулко взорвались позади него. Среди разведчиков раздались вопли боли и черные проклятия.
– Керк, на связи Мак! Отзовись черт тебя дери. – Заорал в рацию капитан.
Грамотно меняя позиции, бойцы глубинной разведки ухитрились даже оттеснить врага за дальние дома, где те и затаились, изредка огрызаясь из распахнутых окон и темных дверных проемов. Зная наверняка, что ненавистные гаиджины никуда с горы не сбегут, партизаны решили, что пора обустраивать огневые позиции и готовиться к долгой осаде. В первой стычке враг понес кровавые потери в два десятка человек, убив в свою очередь всего четверых наших бойцов хо. Это было опасное затишье, и Мак Милан с новой силой принялся вызывать базу Ланг Вей, пока еще можно было что-то предпринять. На вызов долгое время никто не отвечал.
– На связи Керк, что случилось Мак? – едва слышно захрипела рация. Высоко в горах спутниковая радиостанция плохо ловила сигнал, забиваемый статическими помехами.
– Мы угодили в засаду, вот что случилось!
– Ушам своим не верю, что бы ты и в засаду…
– Заткнись и слушай! Нам срочно нужна помощь или нас через пару часов раздавят словно насекомых. Я знаю, вертушка сюда не достанет, но ведь у тебя есть самолеты высотной разведки. Можно ли их использовать как ударные штурмовики? Только не тупи и соображай быстрее!
Сверившись с электронными картами Керк, разочаровал его, сообщив, что в такой сложной местности разведчики так низко не летают. Теоретически возможно использовать бортовые пушки самолета, но был риск при почти нулевой видимости врезаться в гору.
– Мы подсветим цель! Готовь парочку к вылету. Надо было тебя послушаться и не тешить себя пустыми надеждами, что эти двуликие горцы еще не перешли на сторону вьетминя.
– С кем не бывает. Держись дружище, что-нибудь придумаем. Мы вас вытащим!
– И вот еще, пусть одна из грузовых вертушек ждет нас в долине Ланг Сон у бывшей фермы для убийств Вьетминь. Керк ты все понял? Керк! Как меня слышно, прием! Ответь мне…
Связь оборвалась так внезапно, словно всю местность накрыло глушащее поле. Отстегнув от поясов несколько импульсных гранат, Максим метнули их вниз по покатому склону. Довольно переглянулся с Серебряковым, когда после глухих взрывов несколько ближайших домов закоптили и мгновенно вспыхнули, словно облитые бензином.
– Вот и ориентир для пилотов! – ухмыльнулся Серебряков.
В ответ с окраин деревни захлопали минометы и на холм, обрушился безбожный ливень из 45 миллиметровых снарядов лишь по счастливой случайности никого не убивших. Спрятавшись от них в каменном подвале дома, группа Браво переждала обстрел и снова заняла свои позиции, когда враг уже шел на приступ и находился на расстоянии прямой видимости. Первые ряды вьетминцев дрогнули и свалились на землю, словно скошенная рожь, стоило Зеленым Беретам слаженно открыть по ним массированный огонь практически в упор. В воздух мелькнули ребристые цилиндры гранат и в рядах атакующих мгновенно образовались кровавые просеки из трупов и стонущих раненых. Численный перевес на узком участке не играл, принципиального значения. В узком горлышке ущелья, могли подняться плечом к плечу не больше трех человек. Снова и снова меняя пустые магазины на новые, спецназовцы чувствовали все возрастающий боевой азарт, когда перестаешь слышать свист пуль над головой и в горячности боя непростительно теряешь осторожность. Сначала один из разведчиков пал с прострелянной головой, потом второй. На общее несчастье все спецназовцы одели на задание легкие бронежилеты, чтобы хоть как-то облегчить восхождение в гору. На высоте свыше двух тысяч метров, где воздух был слишком разряжен, дышать с непривычки было тяжело. Любой физически тренированный солдат с ношей почти в тридцать килограмм за спиной быстро уставал, а ноги от постоянных подъемов и спусков опухали и переставали слушаться.
Дыша открытым ртом, словно выброшенная на сушу рыба, Ключников с трудом скинул со спины ранец и быстро стал обрабатывать края полученной раны, прежде чем залить в нее из тюбика искусственную кожу, затянувшую рану плотной пленкой. Осколок он оставил в ноге, решив, что вытаскивать его лучше при более удобных обстоятельствах. Проглотив несколько таблеток артишокового препарата и антибиотика, вколол в руку несколько кубиков адреналина. Почти сразу боль отступила. Пару часов они его продержат на ногах, а к тому времени авиационная поддержка расчистит им путь из мешка окружения. Все чаще остальные бойцы, так же как и он стали прикладываться к аптечкам, не выдерживая психических нагрузок интенсивного боя, головокружения от разряженного воздуха и невыносимую тошноту от запаха горящих трупов. Огрызаясь короткими очередями, каждый в отряде старался сэкономить боеприпасы, более тщательно выбирая себе цели, мечущиеся среди дыма и огня.
Ресторан «Белая роза». Город Плейку. Даос.
Гладя ладонями, обнаженные груди проститутки Лин, Тони даже поморщился от неудобного чувства давления в штанах. Его буквально изнывающей от желания соития зверь рвался в бой, жаждущий после долгого воздержания сполна насладиться податливым телом женщины. Уже очень давно Хог жаждал заполучить в свои объятия эту прелестную куколку, считавшуюся среди девочек мадам Суон едва ли не самой лучшей и опытной в делах любви.
– О расценках осведомлен жеребец? – мило проворковала хрупкая нимфа небесной красоты.
– Пусть тебя это не тревожит, девочка. – С трудом, сдерживая желание, горячо зашептал Хог, демонстрируя ей пачку пиастров. – Отдашься прямо здесь или поднимемся этажом выше?
Виляя аппетитными бедрами, Лин повела Тони по скрипучей лестнице на второй этаж, где находились апартаменты класса «люкс» если к ним это слово вообще применимо. Обычные комнаты с чистыми кроватями и свежими простынями, холодильником, стареньким галовизором, душевой кабиной с нужником и мини-баром вот и весь сервис. Заплатив мадам Суон причитающую сумму за девочку и номер, Тони в нетерпении втолкнул девушку в оплаченный номер и прямо на пороге скинул камуфляжные брюки. Освободившись от ременно-плечевой системы РПС и разгрузочного жилета с подсумками, в пол голоса зарычал, словно дикий зверь. Сгреб в объятия обнаженную девушку успевшую выскользнуть из своего тонкого халатика.
– Ты не против, если мы пропустим любовную игру и сразу перейдем к делу? – разворачивая девушку спиной к себе прохрипел пересохшими губами Хог. – Я слишком долго ждал.
– Мне нравятся дикие мужчины. – Мурлыкнула Лин, закусив губу.
Прогнув спину и выпятив ему навстречу свои бедра, она даже задохнулась от удовольствия, почувствовав в себе знакомое инородное тело, пульсирующее в такт движениям.
– Ты просто вулкан страстей! Быстрее! – стонала девушка, извиваясь под резкими и уверенными движениями позабывшего обо всем на свете Хога.
Лаская дрожащими от возбуждения руками гибкую спину и стан девушки, он боялся только одного – что слишком быстро достигнет блаженства, не наигравшись вволю. И тут он вспомнил о Красном Лотосе. Кто-то рассказывал ему, что этот порошок может на долгий срок продлевать мужскую силу, во много раз усиливая и удлиняя сексуальные утехи. Если вдохнуть в себя несколько щепоток, ничего плохого не случится, размышлял Тони. Он с тревогой, прислушивался к ощущениям, сигнализирующим о неуклонном приближении к кульминации либидо. Лин почувствовав его настрой, ускорила движения ему навстречу, победоносно закричала, услышав вскрики и стоны своего партнера.
– Ты настоящий жеребец дорогой. – Без всякого выражения сказала она, ложась на спину и закуривая сигарету. Покосившись на настенные часы, с презрительной усмешкой подсчитала, что этот могучий с виду парень смог продержаться всего четыре минуты. Это на ее памяти был абсолютный рекорд в наихудшем результате. Нет. Худшим был только тот пузатый, чиновник из мэрии города, кончивший едва только попал в нее своим кривым обмылком. Этот хоть не стал связывать ее и истязать штучками для извращений как предыдущий партнер с базы Ланг Вей.