И, не дожидаясь ответа, Странник превратил руку в рельсовую пушку тамарцев и выстрелил в зависшую над полом алую сферу.
На пол полетели осколки. В тот же миг существа внизу, с которыми сражались сейчас Вереск, Амория и Эстель, просто рассыпались, будто их и не было.
— Один мой, — напомнил Странник, и склонился над тем, что осталось от светящейся сферы. Её отдельные части свечения нисколько не утратили. — Повезло, сразу три дала.
— Арк… — осторожно сказала Тия, поджав губы. — У нас есть небольшая проблема.
— Какая? — спросил я, подозревая худшее.
— Дина…
Я посмотрел на тело без сознания.
— Мне пришлось, чтобы её остановить. Если бы она сделала то, что собиралась, она бы не только уничтожила себя, но и заразила бы меня мёртвой магией… у меня не было выбора.
— Пришлось что? — насторожился я.
— Я передала в её тело всё, что осталось от настоящей Дины. Настоящий хозяин тела всегда имеет больше на него прав, чем подселенец, и мою обезумевшую часть сразу же выкинуло из чужого тела.
— То есть, ты победила, но… — потянул я.
— Я вернула часть своей души. Но сейчас в теле Дины… сама Дина. Вернее то, что от неё осталось после заключения в моём внутреннем мире. Голос мёртвого пересмешника умеет сводить с ума, хотя сейчас мой мир стал намного лучше.
— Вот как… Неожиданный поворот, — я даже не знал что сказать на такие новости. Хотя нет, знал. — В серебряные наручники её и свяжите покрепче.
— Она скорее всего не очнётся в ближайшие сутки. Может, больше… И скорее всего будет невменяема.
— Всё равно лучше её в серебро. И ты вроде бы умела выжигать ману — вот, займись.
Под скрип и треск отвалилась ещё одна часть купола локации.
— Собирайте всё ценное, и уходим. Вереск! На тебе разведать дронами, что рядом, будем уходить к лифту.
Сам я подошёл к осколкам сферы, забрать свои два фрагмента.
— Кстати, они хоть не опасны? Стихия с названием «зло» выглядит как-то не очень.
— Смотря для кого, — ответил Странник. — То, где замешана пустота, не может быть безопасным. Да и бездна лично мне нравится меньше хаоса, хоть он и считается опасней. Но для тех, у кого есть божественные аспекты, он слабоват. Ещё пожалуй, подойдёт для псиоников. В любом случае, нормальный терминал сам напишет побочные свойства.
— А ты бог или псионик? — я усмехнулся.
— У меня свои методы, — за маской ощущалось веселье.
Моды с убитой нечисти тоже забрали с собой.
После разрушения сферы, преграды ведущие в другие локации исчезли. Но идти так же, как мы шли сюда, было невозможно — там сейчас господствовал универсальный миазм хаоса, который лез в голову и внушал неадекватные мысли.
Другой выход оказался свободен, хотя и там миазмы были не очень.
Эстель снова одели в скафандр, проверили свои собственные и пошли.
Локация представляла собой длинный каменный мост, утопающий в клубах ядовитого дыма. То же вещество в жидкой форме было под мостом, но увидеть его мы не могли, так что положились на Вереск.
Сизый дым был незнакомым химикатом, на основе азота. Точный состав вещества определить не удалось, но действовало оно крайне агрессивно, разрушая любую живую материю.
Эта дрянь стала настоящим испытанием для скафандров. Мой состав защитных покрытий из разной растительной генетики он жрал весьма эффективно. Слои брони становились мягкими, будто размокший от влаги картон, и сразу покрывались плёнкой незнакомого вещества.
Внешне это походило на изморозь, и место в целом было весьма прохладным. Но выбор у нас был не очень большой.
Через дыру в убежище достал вентиляторы, и Вереск собрала нам хоть какую-то защиту от едкого газа. Это замедлило разрушение костюма, но тут пришла другая беда — плёнка из вещества покрыла собой большую часть верхнего слоя скафандра, и растение больше не могло перерабатывать для нас кислород.
Ничего лучше, чем устроить душ прямо на мосту, мы не придумали. Вереск обрадовала, что плёнку можно счищать водой с сильным содержанием хлорки.
После такого душа полупрозрачная корочка, напоминающая эпоксидку, стала белеть и отваливаться хлопьями слипшихся кристаллов.
Где-то сбоку шёл другой миазм. Медленно надвигалось что-то жёлтое, в котором то и дело вспыхивали молнии неестественного цвета. Анализаторы Вереск и цвет эдельвейса ничего не сказали. Миазм был чем-то аномальным, и что он делает, мы не знали.
Он быстро наступал вперёд и заодно рисковали вскоре на него нарваться. Пришлось ускориться. Вереск с вентиляторами вышла вперёд. А я вынимал из убежища бутылки с хлорированной водой и передавал товарищам, периодически обливая и себя самого.
Второй проблемой оказалось то, что ровный мост вёл нас на смерть — в локацию, где властвовал смертельный миазм, невероятно повышающий давление. От него средств у нас не было. Внутренние органы просто склеивались и наступала смерть.
Пришлось искать обходной путь — на другом мосту, который шёл параллельно нашему. Он был ближе к миазму и даже не был виден, помогли дроны.
Благодаря нему мы вышли в другую локацию. Тоже, мягко говоря, не самую приятную.
— Это живой миазм, — сообщила Вереск. По хорошему, нам лучше бы его обойти. Но времени нет.
— Живой, в смысле разумный?
— Нет, он состоит из агрессивных вирусов. Мать встречала такие. Они смертельны для любой биологии, но у меня есть способы их обезвредить. Только скорость пути придётся снизить.
На вид локация походила на заводское помещение. Чуть позже стало понятно, что это был скорее мясной цех, однако всё живое здесь было уничтожено, так что оставалось лишь смотреть на зловещие устройства.
Эстель ушла в форму дымки, так она становилась неуязвима. Тия поступила так же, уйдя в астральную форму. Амория же несла тело Дины.
К счастью, локация была совсем недолгой. Потому вскоре мы вышли на широкую и сильно побитую локацию-колодец, в котором нас встретил очередной химикат. Сейчас даже к лучшему — лишняя дезинфекция.
На этом сюрипризы Стены закончились, и она милостиво позволила нам выйти к лифту.
— Арк! — обрадовался Кот.
— Не подходи. Сначала обеззараживание, потом всё остальное. Была парочка неприятных миазмов.
— Понятно. Смотрю, с Диной всё вышло? Зря нас с собой не взял…
— Это личное дело. Да и чем бы вы помогли в миазмах?
— Ну, вдруг бы там тот железный был бы, — пожал плечами Кот.
— Обошлось. Есть новости сверху?
Кот мог поддерживать связь через астрал с Перекатчиком, так что должен был знать, что там происходит.
— Да. Всё мирно, насколько я знаю. Лекарство от микотов нашли. От ингенов лекарства нет, но терминалы и сами справились.
— Значит, Хелье и Лифу удастся вернуть в сознание?
— Да, с гарантией. Там нужна сильная химия и могут быть побочки, но ничего такого, с чем бы не справилась наша Альма.
— Рад это слышать. В таком случае поднимаемся. Раздерёмся с заразой и устроим маленькое пиршество. Над нами наконец-то ничего не висит, и можем себе позволить выходной.
Услышав это остальные ожидавшие нас проходчики сильно обрадовались.
— Надолго? Когда обратно вниз? — в голосе Кота звучали нотки иронии. Знает, что долго я на месте не усижу.
— Для начала разработаем нормальную стратегию прохождения всего того, что мы там встретили и вооружимся как следует.
— Понятно… кстати, есть ещё кое-что. Чуть не забыл… То существо, которое для Дины открыло путь вниз.
— И?
— Оно всё ещё преследует нас. Это Тумор просил передать.
— В бою оно не присутствовало? — припомнил я. — Странно что Дина не использовала такой козырь.
— Наверное, ушло раньше. В бою я его не видел.
— Может, сбежало как-то раньше, до боя? Где Тумор видел его?
— Оно попыталось притвориться тобой, но ты тогда был в сверхмиазмах и Тумор попытался его задержать. Тварь сбежала, но даю гарантию, оно все ещё тащится за тобой.
30. Охотник, который становится жертвой
Мы поднимались. Лифт медленно вёз нас к десятому. Деревянная платформа двигалась вверх, и перед глазами мелькали этажи, один за другим. Закрытые непроницаемой стеной в сверхмиазмах, и более живописный вид выше за ними. Дальше этажи были всё короче, чем выше мы поднимались.
Наконец, Вереск спроецировала на ствол Древа-лифта картинку существа, покрытого множеством глаз по всему нескладному безголовому пятилапому телу.
Крепкие ноги ящера, прикрывающий промежность грубый обрывок ткани. Третья большая лапа, которая помогала ему в ходьбе за счёт длины и силы. Четвёртая и пятая были тоненькими и дистрофичными, хотя одной из них он тоже себе помогал, иногда придерживаясь за стены.
Где-то на уровне шестнадцатого на него напала тварь демонического происхождения. Что-то краснокожее, с большой пастью, внутри которой находился светящийся глаз.
Как оно питалось и какие такие экстремальные условия заставили тварь развивать зрительные органы в пасти… В двух пастях, если точнее — за первым рядом острых зубов нашлась и вторая.
А ещё четыре когтистые лапы со множеством пальцев.
Оно напало на нашего преследователя, но тот даже не взглянул на противника. Вернее не так — взглянул сразу несколькими глазами, и, не останавливаясь и не меняя маршрута, отправил в него несколько смертоносных заклятий, но будто и внимания не обратил, а совершал механические действия.
Тварь с шестнадцатого тоже не была совсем доходягой, и попадание пиробласта с полярным лучом пережила. Эти заклинания убивали на месте этажа до шестнадцатого, так что два должны были точно завалить хреновину, но та продолжила погоню за глазастиком, и тот, не снижая скорости бега, забросал существо другой магией.
Рассмотреть было уже трудно — монстр юркнул из локации, за дверь. А демоническое отродье осталось у выхода. Обледенелое, покрытое пеплом и жжёными ранами, с парочкой пробоев на теле от каменных и ледяных стрел.
Существо избегало любых попыток слежения за ним. Магию оно чувствовало, а дронов видело издали.