Я ответил, что скоро буду и всё же сначала сходил к флигелю.
Работники бригады Емельянова приваривали каркас крыши. Во все стороны летели искры, а сверху раздавались инструкции в виде незатейливой ругани. При мне они притихли и я удалился, чтобы не сбивать бодрый рабочий настрой.
***
Сквер перед зданием архива выглядел сильно затоптанным. Словно тут прошлись десятки пар грубых ботинок, чьи хозяева не особо разбирали, куда наступать.
Возле въезда стояло два жандармских автомобиля. У ворот дежурили служивые, но на меня они лишь бросили оценивающие взгляды и вопросов не задавали.
Казаринов расхаживал у подножия лестницы, ведущей ко входу. Разговаривал с кем-то по телефону. Когда я подошел, то услышал только окончание:
— И если вы вздумаете попытаться это замять, я вам гарантирую, что вы будете следующим.
Что же он тут устроил?
— Доброго дня, Михаил Алексеевич, — поздоровался я, не скрывая что крайне заинтригован.
— И вам доброго, — теневик чуть утомленно улыбнулся и пожал мою руку. — Вот, как заказывали, ваше сиятельство.
— А напомните мне, что я заказывал? — я осмотрел здание и не совсем понял, что же парень имеет в виду.
— А, не в этом смысле, конечно же. Вы же не решили вдруг поменять профессию и управлять архивом? — с каким-то странным подозрением спросил юрист.
Я подивился такой возможности. Похоже, он даже и не подумал шутить. То есть предлагал мне занять место...
— А что случилось с Парвиновым?
— Ульян Александрович вынужден был покинуть свою должность по состоянию здоровья, — кровожадно усмехнулся Казаринов. — Ну и по причине систематического нарушения законов империи.
— Он хоть жив?
Не то чтобы меня это беспокоило, но стало любопытно узнать, что же здесь произошло.
— Увы, — развел руками Михаил. — Жив. Но плохо перенес взятие с поличным на особо крупной взятке, да ещё и арест под вспышками десятков камер. Каким-то невероятным образом поблизости оказались журналисты ведущих столичных изданий.
— Ну надо же, какое совпадение, — усмехнулся я.
— И не говорите, ваше сиятельство, — солидно покивал юрист. — Что же, работа у них такая. Но к нашему делу. Вы можете беспрепятственно пользоваться хранилищем архива, Валерий Павлович в курсе. Это новый заведующий.
Как быстро они! За одно утро не просто снять одного чиновника, но и сразу назначить нового.
Мы зашли внутрь и я увидел беспорядок — на полу валялись бумаги, они шурша поднялись в воздух от порыва ветра, влетевшего вместе с нами.
— Пытался сбежать с компрометирующими его документами, — прокомментировал это теневик.
Мне даже стало как-то обидно, что я пропустил это веселье. Впрочем, я сам попросил меня не вмешивать в случае публичного скандала. А уж тут разгорелся именно такой.
Новый хозяин кабинета Парвинова выглядел на несколько порядков лучше. Интеллигентного вида старичок в очках с тонкой оправой и золотой цепочкой. Через них смотрели умные и ясные глаза, а на лице было выражение полного умиротворения. Опрятный костюм, но видно что не новый. Начищенные запонки и накрахмаленная до хруста рубашка. Она тихо поскрипывала от каждого его движения.
— Александр Лукич? — он быстро пожал мне руку и поспешно убрал свою, словно боясь что я ее сломаю. — Весьма рад знакомству и готов к сотрудничеству.
Я бросил укоряющий взгляд на хитро улыбающегося Казаринова. Но мне готовность помогать от нового начальства была на руку, так что оспаривать мой статус я не стал.
Хотя и не хотелось, чтобы меня начали принимать за одного из сотрудников тайной канцелярии. Так можно незаметно и в самом деле оказаться на службе в конторе.
— Я тоже рад знакомству, Валерий Павлович, — вежливо кивнул я.
— В хранилищах уже предупреждены, — старичок зарделся от моих слов. — Вы можете посещать их, когда вам будет удобно. Только ночью, если возможно, предупреждайте хотя бы за полчаса...
Следующий мой взгляд на теневика был уже совсем не дружелюбным. Михаил слегка растерялся и непонимающе нахмурился.
— Благодарю, но в неподобающее время я не стану вас беспокоить, — заверил я. — Если позволите, то я прямо сейчас и посещу архив.
— Конечно-конечно! Я вас провожу! — подскочил новопоставленный чиновник.
— Не утруждайтесь. Михаил Алексеевич, полагаю, сам справится, — с намеком остановил я его порыв.
Когда мы вышли из кабинета и прикрыли за собой дверь, то первым делом я потребовал ответа:
— Что вы ему про меня наговорили?
— Я? — искренне удивился теневик. — Поверьте, ваше сиятельство, я тут не при чем. — Господин Ключевский давний друг известного вам купца Кусова, его сын женат на племяннице его благородия... Или наоборот. Но это неважно. В общем, Валерий Павлович наслышан о вас. Насколько я понял, он считает что вы спасли его друга.
Ну вот, зря его подозревал. Но работа у него такая, не вызывала полного доверия. Я знал, что подобная служба и честное слово редко могли мирно уживаться.
— Извините, Михаил Алексеевич, — степенно поклонился я. — Был не прав, необдуманно обвинив вас в обмане.
— Да пустое, — легкомысленно отмахнулся теневик. — Вас можно понять. Я бы так и сделал, признаюсь. Но не пришлось, чему я рад.
Парень задумчиво всмотрелся в темноту коридора перед нами. Где-то далеко в его конце тускло светилась лампочка над дверью в хранилище.
— Удивительное дело, ваше сиятельство, — тихо произнес он. — Но почему-то вам хочется говорить правду. Уж не артефакт ли у вас какой?
Я театрально похлопал себя по карманам и помотал головой:
— Увы, ваше благородие, такого не существует в природе.
Взгляд Казаринова изменился. Пристальный, словно душу наизнанку выворачивал. Буквально миг и ощущение угрозы исчезло. Это меня немного напрягло. От ментального воздействия я был защищен, но как смог это провернуть теневик?
Никакого всплеска магии, как происходило при использовании амулетов, я не заметил.
— Жаль, — сухо ответил он. — Что же, архив в вашем распоряжении. Счет за услуги я пришлю вам по почте.
Я поблагодарил его и направился к слабо освещенной двери. И услышал в спину немного взволнованное:
— Будьте осторожны.
— Почему? — я обернулся.
— Говорят, там водится призрак... — Михаил поежился.
Так это просто отлично! Если я не смогу разобраться в указателях, то дух станет прекрасным помощником. Наверняка знает до миллиметра свои владения.
— Благодарю за предупреждение, — ответил я, не показывая своей радости.
Всё же парень боялся призраков, насмехаться над подобным неприлично и по-человечески некрасиво. Надо будет его познакомить с Митрофаном Аникеевичем, чтобы избавиться от этой слабости. Нет, лучше с княжной...
Хранилище архива могло напугать впечатлительных барышень, да и не только барышень. Сразу от входа вниз убегала длинная лестница, ведущая в подвальное помещение. А там вдаль уходили высокие металлические стеллажи. Этажа на три вверх и непонятно насколько далеко. Их очертания терялись во мраке.
Было холодно и пронзительно тихо. А ещё стоял запах старой бумаги, залежавшейся тут столетиями. И чуть кислый аромат затхлого воздуха.
Судя по всему, тут не только обслуживающего персонала, но и посетителей давно не было. Вот же жук этот Парвинов!
Кому выдали разрешение меня пропустить, я так и не понял. В хранилище не было ни души.
Я пошел прямо, разглядывая таблички на полках. Там был указан год, сословие и первые три буквы фамилий. Я задумался. Чье имя из трех артефакторов было использовано?
Решил начать с Вознесенского и побрел вдоль стеллажей. Заплутал я быстро. Сортировка мне стала непонятна после первой же развилки. Я сворачивал и сворачивал в поисках нужного года, пока не сообразил, что окончательно заблудился.
Здесь совершенно пропадало чувство направления. Везде были одинаковые ряды полок с одинаковыми коробками. Тут карта нужна. А еще компас и фонарь. Свет загорался ровно надо мной, пока я шел. Но его яркости хватало лишь для того, чтобы увидеть надписи и то смутно.
Ноги обдало ледяным ветром. По телу пробежались мурашки, а металл стоек застонал, пошатнувшись.
Вовремя!
Призрак хранилища архива решил меня устрашить. А я ему обрадовался, как родному. Как же хорошо, что он сам объявился!
Никогда не любил нарушать чужой вечный покой.
— Уууу, — жутко завыло откуда-то сверху.
— Добрый вечер! — жизнерадостно воскликнул я.
Глава 18
Призрак от такого хорошего обращения тут же затаился. Но ненадолго — через несколько секунд снова похолодало, а завывание стало заметно громче. Видимо, дух посчитал, что он просто недостаточно постарался. Ну или я непонятливый и не сразу сообразил, что нужно испугаться.
Я как-то уже просто привык. Когда дома обитают два призрака, забываешь что бывает иначе, а людям пристало проявлять если не ужас, то хотя бы опасливое благоговение.
Мне бы и хотелось уважить духа, но тогда наше общение грозило затянуться.
— Может, просто поговорим? — миролюбиво предложил я.
Снова всё мгновенно стихло. Я поймал отголосок сильного удивления. И посмотрел в то место, где ощущался дух. Был риск его спугнуть из-за того, что я Видящий. Не все духи желали общаться.
Местный оказался не из робких.
Передо мной из воздуха проявилось его лицо — старик с кудрявыми короткими волосами, не менее кучерявой бородой и внушительными бакенбардами.
Я вежливо кивнул и улыбнулся, разглядывая его необычную внешность.
— И правда не боишься... — задумчиво произнес он. — Хотя молодой. Молодые Видящие дергаются первые несколько лет... Ты кто?
— Граф Александр Лукич Вознесенский, к вашим услугам.
— О как! Вознесенский? — опять изумился он. — Из рода артефакторов?
— Именно так, — подтвердил я и осторожно спросил: — Вы о нас слышали?
Упрямством и непростым нравом Вознесенские отличались уже не один век. Кто знает, каким именно образом познакомился этот дух, и с кем из моих предков.