Морли стянул с руки белую шелковую перчатку, вынул из кармана крохотный флакончик, поднес к носу и сделал вдох. Потом настороженно оглядел Кэт, словно прикидывая, что нас с ней связывает. Надо отдать ему должное, женщин у меня он никогда не отбивал.
– Выпендривается, стервец, – заметил я, обращаясь к Покойнику.
– Человек – хозяин своей судьбы. – Если бы в комнате были окна, их переплеты задрожали бы от смеха Покойника.
Морли не снизошел до ответа. Естественно, мы, обитатели городского дна, не могли оценить его нынешнее положение.
– Как меня просили, – сообщил он, поигрывая флаконом, точно заправский денди, – я проверил указанное место и запачкал весьма ценную...
– От Нога не скрыться.
На сей раз голос прозвучал куда явственнее. Ног был близко. И услышали его не только мы с Покойником. Морли побледнел.
– Это не логхир, – объяснил я. – Это жалкий свинцовый божок, основная обязанность которого – гоняться за смертными. В настоящий момент он охотится за мной.
Кэт тоже услышала Нога и заерзала на стуле.
– Гаррет, мне надо уходить. Если Ног застанет меня здесь...
– Дин, проводи юную даму в переднюю. Мисс Кэт, прежде чем вы уйдете, я хотел бы переговорить с вами наедине. А пока мне необходимо посоветоваться с этими джентльменами.
– Где я тебя найду? – спросил я Кэт, притворившись, будто поверил, что Покойник и впрямь намерен ее отпустить.
– Я сама вас найду.
– Не сомневаюсь. Счастливого пути. Смотри не балуйся.
Она бросила на меня загадочный взгляд и следом за Дином вышла из комнаты. Четырнадцатый остался с нами. А это кое-что да значило – разумеется, для тех, кто понимает.
Ног умолк, но чувствовалось, что он где-то поблизости и отнюдь не в радостном настроении. Его дружки наверняка крутились рядом; их настроение вряд ли было лучше.
– Боюсь, скоро к нам пожалуют гости.
– Гаррет, ты опять вляпался черт-те во что? – справился Морли и окинул херувима таким взглядом, словно ждал, что тот вдруг оживет и всадит стрелу точнехонько в его черное сердце.
– Я? Черт-те во что? Да никогда в жизни. – Я вкратце изложил ему свою историю и закончил следующей фразой: – Видишь сам, я тут ни при чем.
– Как обычно. Должно быть, это какой-то другой клоун по имени Гаррет помчался за очередной юбкой по Макунадо.
– Чья бы мычала! Сам еще ни одной юбки не пропустил.
– Да как сказать. Ты прав, но не совсем. Если помнишь, я успешно сопротивлялся сразу нескольким племянницам твоего слуги.
– Это были не женщины, а племянницы Дина.
Мне вспомнились девушки-совы. Я хмыкнул. Было бы здорово презентовать их Морли – в отместку за попугая. А что, тоже ведь птицы. Так просто он бы от них не отделался.
– Прими мои соболезнования, Гаррет. К сожалению, больше ничем помочь не могу. – Дотс пожал плечами. – К тому же я пришел не для того, чтобы выслушивать оскорбления. – Он ткнул пальцем в сторону Покойника. – Вон тот тип попросил меня кое-что разведать. Я пришел сообщить о том, что узнал.
– Тот факт, что ты пришел лично, заставляет меня предположить, что клад находится именно там, где он должен был быть, по словам Магодор.
– С тобой все ясно, Морли.
Когда речь заходит о деньгах, Морли перестает доверять кому бы то ни было. Похоже, я стал законченным циником: мне захотелось спросить, почему он не перепрятал сокровища и не сказал, что в том месте ничего нет. Интересно, почему Покойник отправил искать клад именно Морли? Я бы обратился к Плеймету. Да, у Морли с этикой получше, чем у Торнады, однако они друг друга стоят.
Впрочем, зря я его подозреваю. Он способен разыграть меня, как делал уже не раз, подарить мне Попку-Дурака, но и только. Обкрадывать Гаррета он не будет.
– Замечательно. Можно допустить, что на сей раз мы по милости Гаррета внакладе не останемся. Ты не откажешься за определенный процент извлечь сокровища из земли?
– Эй!
– Гаррет, тебе будет не до этого.
Я вновь уловил обрывок любимой фразы Нога. Голос удалялся. Но скоро мерзавец наверняка вернется.
В дверном проеме возник Дин.
– Мистер Гаррет, приехал Слим, привез свежее пиво и готов забрать пустые бочонки.
– Хорошо. – Подумать только, я еще даже не приложился к тому бочонку, который мы приобрели сегодня. Собачья жизнь. – У меня есть идея. Впусти-ка его.
37
Моя профессия была Слиму не очень-то по душе, но предложение, которое я ему сделал, эльфотролля заинтересовало.
– Лады, Гаррет. Согласен. Авось получится.
Я не стал упоминать, чем грозит встреча с годоротами или шайирами. Чего ради пугать своего основного поставщика? Еще растеряется с испугу.
– Отлично. Дин, кати сюда бочку.
У нас в погребе целую вечность стояла большая винная бочка. Я все собирался вымыть ее и залить проточной водой на случай долговременной осады. Мне частенько лезли в голову подобного рода идеи – например, прорыть парочку подземных ходов, – но осуществить хотя бы одну из них я так и не сподобился.
Пока мы с Дином выкатывали бочку из погреба, Слим освободил место на повозке. Дин работал молча, поскольку ничего приятного мне сказать не мог, а все прочее произносить вслух опасался. Правда, рявкнул на Кэт, которая высунулась было из передней.
Выяснилось, что бочка рассохлась. Я несколько встревожился: а что, если она рассыплется в пыль, когда ее попытаются взгромоздить на Слимову повозку? Не очень-то хочется падать на мостовую. Частному сыщику это не к лицу.
Едва забравшись внутрь, я понял, что совершил ошибку. Проще было не таясь выйти из дома. Я будто очутился в гробу отпетого пьянчуги. Причем о комфорте оставалось только мечтать. Бочку покатили, она запрыгала по ступенькам крыльца, потом зашвырнули на повозку. Мои дурные предчувствия становились все настойчивее. Я расслышал, как Морли жалуется, что запачкал одежду, а в следующую секунду он отпустил шутку насчет Гаррета в бочке.
Надо свести его с Магодор. Отличная выйдет пара. Мэгги со змеями в волосах, с острыми клыками и когтями как раз для него.
Повозка тронулась, что ничуть не облегчило моего положения. Поскольку Слим шел пешком, ведя своих скакунов в поводу, он не обращал внимания на выбоины в мостовой. Когда деревянное колесо попадало в яму, я морщился от боли.
Мне почудилось, будто я провел в бочке не одну вечность, а две или три сразу. Мы договорились, что Слим отправится прямиком к пивоварне Вейдера и там меня высадит, после чего загрузит повозку по-новой, однако вскоре я проникся убеждением, что он сознательно выбрал кружной путь и специально выискивает выбоины поглубже. Бочка подозрительно потрескивала и перекатывалась из стороны в сторону.
Бам! Колесо угодило в очередную выбоину. Я решил, что мне крышка. Слим заворчал на своих ослов. Клянусь, один из них расхохотался. Честное слово.
Естественно, ведь ослы – родичи лошадей.
Бам! У меня внутри все перевернулось. Бочка подпрыгнула и разлетелась вдребезги, ударившись о мостовую. Я вскочил, отряхнулся и огляделся, прикидывая, не пора ли бежать. По счастью, поблизости не было ни единого херувима, не говоря уж о третьесортных божках.
– Извини, – сказал Слим. – Эти проклятые ослы так и норовят пройтись по ямам.
Животное, рядом с которым я стоял, презрительно фыркнуло.
– Скорми их волкам. Или используй как наживку для громовых ящеров. Послушайся моего совета, иначе рано или поздно они тебя угробят.
Слим изумленно уставился на меня.
– Спасибо, что подбросил. Тебе нужны эти деревяшки? – В Танфере винная бочка, даже разбитая, представляет собой немалую ценность.
– Конечно.
Опасности никакой не было, если не считать ослов. Я помог Слиму собрать то, что осталось от бочки. Прохожие, на глазах которых я возник из деревянного яйца, наблюдали за нашими действиями разинув рты. Эти зеваки меня отчасти беспокоили: наверняка примутся рассказывать всем подряд, и рано или поздно какой-нибудь умник сообразит, кто был тот клоун в бочке.
Тут уж ничего не поделаешь. Надо побыстрее уносить ноги.
Мимо пронесся Попка-Дурак. Он молча исчез за углом.
Я сделал шаг, другой, не имея ни малейшего представления, куда податься. Пожалуй, на юг. Если доберусь до Квартала Грез, годороты с шайирами ничего мне не сделают – побоятся рассердить других богов.
38
Я подобрался так близко к цели, что уже решил: дело сделано. Однако выяснилось, что надо было как следует обдумать дорогу. Я шел чуть ли не теми же улицами, что и в первый раз. В какой-то момент по стенам домов зазмеились причудливые тени, послышался шепот, доносившийся непонятно откуда. Впрочем, кое-что мне нашептывал Попка-Дурак, неотступно меня сопровождавший.
Птица заложила вираж, уселась мне на плечо и высказалась в том духе, что, мол, немедленно сворачивай.
– Судя по всему, за мной увязался Торбит Круговод. Он из шайиров. Если я ни с кем его не путаю, он должен материализоваться в образе большого и противного фавна рогатее трехглавой рогатой лягушки.
Попугай заверещал на всю улицу. На нас начали оборачиваться. Я свернул в переулок, постаравшись выкинуть из головы мысли о том, сколь безрадостная жизнь мне предстоит, если птичка, по милости Покойника, никогда от меня не отвяжется.
Мистер Большая Шишка привел меня к заведению Стагги Мартина. С кабачком что-то случилось, дела явно пошли на лад. У дверей стояли, пошатываясь, поднабравшиеся личности, пили и переругивались. Некоторые, правда, предпочитали переругиваться и пить.
Поскольку дома я так и не приложился к бочонку с пивом, то решил заглянуть к Мартину и промочить глотку. Как говорится, залить тоску.
Я и не догадывался, что Покойник привел меня сюда не случайно.
Накануне у Стагги Мартина было скучно. Сегодня внутри словно наступила зима. Я заказал темного вейдеровского, а потом спросил у наследника Стагги:
– Что стряслось? У этих парней такой вид, будто они только что узнали, что их дядюшка Ферд оставил все свое состояние приюту для бездомных кошек.