Арина превратила Женькин снежок прямо в руке в статуэтку, изображающую дракари сэда. Юноша с удивлением стал её рассматривать с разных ракурсов.
— А это что за тварь?
— Не тварь, а защитник нашего народа, дракари сэда зовётся, балбес! — Арина отвесила ему дружественный подзатыльник.
— Ай! А я откуда знаю? Я вчера вообще о феях ничего не знал! Откуда тогда про ваших защитников мне знать? — потирая затылок, насупился Женька.
Но Арина не чувствовала за собой вины, ведь только и ждала повода вызвать в нём опять столь забавное выражение лица.
— Жители Нижнего мира, которых вы называете демонами, а мы иногда величаем огнианцами, напали на нас подло, без предупреждения… хотя… а какие войны начинаются без подлости? — продолжала Арина. — Наши родители и братья с сёстрами отправились на войну, но первый бой был проигран, оказалось, что огнианцы лучше подготовились, у них вооружение опережает наше по развитию. А мы из-за своей недальновидности и миролюбия отстали в военном искусстве. Второй бой был с таким же результатом, на третий уже взяли и молодняк, в него попала я, Айдар и все, кого ты видел в этом замке. Не смотри так, я не знаю, чем думали наши военачальники, вооружая против противника лучше подготовленного и хитрого, детей, — ответила на немой вопрос Женьки Арина. — Наверное, это жест отчаяния. Скорее всего, нас ждала смерть, если бы наши с Айдаром отцы в порыве защитить последних оставшихся в живых детей, не нарушили закон: тайно создали «Жнеца» и запустили… хоть тогда было не так много людей, мощности всё же хватило.
Чем глубже окуналась в воспоминания Арина, тем мрачнее становилась.
— Что?! «Жнец» и тогда существовал?! — подскочил с места Женька, ошарашенный новостью он, думал, механизм создали «Дети свободы», а оказывается, тот давно уже был собран! Сколько душ он уже поглотил за столько даже не столетий… а тысячелетий?
— Не переживай, наших воинов тоже зацепило… моя сестра… и брат… отец Лексы и родители Олега… они тоже пожертвовали своими душами и будущей возможностью перерождения! — хотя глаза Арины были сухие, они потемнели и остекленели, а её душа ревела раненым зверем от боли утраты.
Хотя прошло немало тысячелетий от того времени. Созданные Ариной статуи начали трескаться и разлетаться на миллионы маленьких частей, их подхватил ветер и вознёс над землёй в вихре печали. Арина с Женей подняли головы, чтобы проститься с былым «Детей свободы».
— Мне… мне очень жаль, хотя я знаю, это просто слова. Прости, я не думал, что было всё настолько плохо.
Женьке почему-то стало стыдно за ненависть, которую он испытывал к этим существам, в конце концов, все они похожи: и люди, и феи. У всех свои трагедии и есть, кого помянуть.
— Ничего, ты же всё-таки человек, а людям свойственно ненавидеть без причины, а уж если она появляется, так подавно! — пожала плечами Арина. — Но знаешь, Фрост сдержал обещание, я увидела дракари сэда… Они были величественными и прекрасными! А их доспехи и энерго-каналы сияли, подобно звёздам, разгоняя тьму отчаяния, а крылья затмевали небеса, рёв сотрясал горы, прогоняя кровожадного зверя войны! Их было шестеро, они появились внезапно, из портала, раскрывшегося в небесах, и напали яростно на армию огнианцев, сокрушая их всего за один заход. Мы были в окружении врага, который замер от ужаса, наблюдая за небесными воинами, а один из дракари сэда приземлился передо мной и заставил забавно разметаться в стороны вражеский отряд. Он был в лунного оттенка доспехе, его четыре глаза, как серебряные кольца, иронично смотрели на удирающих огнианцев, он даже довольно фыркнул. Я его назвала Грозовым рыцарем, ведь от его доспеха исходили молнии, он склонил морду ко мне, с интересом рассматривая, словно никогда не видел прежде фей, даже с шумом втянул воздух. И прорычал, хотя мне это показалось раскатом грома: «Какая забавная малявка и сильная». Огнианцы воспользовались моментом, когда дракари сэда отвлёкся, и выстелили из катапульт. Ему попало по шее и плечу, он оскалился и хвостом разметал катапульты, как соломенные, его рёв заставил разбегаться огнианцев, а некоторых уползать в ужасе. Когда Грозовой рыцарь поднялся в небеса, то сотворил бурю такой силы, которую я не видела, и прогнал остатки армии огнианцев обратно под землю. Эх, жаль, Фрост не мог видеть этого! — на лице Арины изобразилась та мечтательность, присущая детям, это выражение шло ей, как и брильянтовые серёжки. — Победа над огнианцами стала первой радостью, которую я испытала после гибели близких. Появление Грозового рыцаря навсегда запечатано в глубинах моей памяти…
— Так это что получается, «Жнец» открыл тогда портал, но куда? Это в каком мире живут крылатые четырёхглазые чу… защитники? — поспешил поправиться, чтобы опять не получить дозу подзатыльников, Женька.
— В Сиалию, — улыбнулась Арина, умилялась растерянному выражению лица Женьки.
— Та-ак… погоди… а Илья и этот Эрик — тоже оттуда? — Женька стал чувствовать себя совсем уж глупо, как он грустил по тем временам, когда для него существовали только люди.
Арина кивнула в знак согласия.
— Сиалия погибла, разве нет? — Женька стал лихорадочно вспоминать всё, что узнал о Сиалии и её жителях.
— Видимо, портал открылся как раз во время её гибели, впустив шесть удивительных зверей, и тогда эти двое так же следом проникли, — терпеливо пояснила фея совсем растерявшемуся юноше. Кажется, у неё завелось новое хобби: загружать Женьку.
— Так вам удалось победить? — смотря на статуэтку дракари сэда, спросил Женька.
— Нам? Нет, наших отцов наказали за использование «Жнеца», а их детей объявили Проклятыми. А вот те, кто были далеки от страданий, вполне пожинали плоды победы, так, в общем, и у людей бывает, кто-то один жертвует всем ради блага других, а жертва оказывается забытой. Никого не волнует, какова цена? На это нет времени, нужно же успеть возрадоваться! — с грустью в глазах сказала Арина.
— Эх… это и с ветеранами Второй мировой так же было, — печально заметил Женька, и ему было стыдно за неблагодарных личностей.
— Вот видишь, — повела изящными плечами Арина, отряхнув с головы юноши снег, и провела ладонью по щеке.
— У людей и фей много общих грехов! — добавил Женька.
Арина кивнула, горько усмехнувшись. Они стояли друг напротив друга и смотрели в глаза. Один в чёрном, вторая в светлом одеянии, такие разные и внешне, и внутренне, два мира, которые нашли точки соприкосновения.
— Леди Арина, вот ты где! Айдар совсем сбрендил, хочет принцессу своим любимцам скормить! — прибежал в сад Лекса, но его занесло на повороте, и он проехался ещё несколько сантиметров.
— Ох. Этого и следовало ожидать! Она же — внучка Брансуэлла, того самого, кто выносил приговор отцу Айдара, — пояснила Женьке Арина, как своему. — Понимаю, что она не виновата, но злость надо же на ком-то сорвать? — с иронией произнесла это она.
Арина подоспела вовремя, чтобы оградить принцессу ледяной стеной от злобных монстров, которые бросились на неё.
— Ты в своём уме, леди Арина? Чего вмешиваешься? — спросил Айдар, спокойно за всем наблюдавший.
Они находились в, так сказать, «псарне», где вместо собак содержались кровожадные твари.
— Ты совсем, что ли, от злобы ослеп? Ты не понимаешь, что живая принцесса выгоднее мёртвой! У неё есть любящий отец, который ради дочери, всё что хочешь, сделает! Это же элементарно? — подошла к Айдару и положила руку на плечо Арина.
Айдар смотрел испепеляющим взглядом на вжавшуюся спиной в стену, растрёпанную и перемазанную грязью Эссиль. Его взгляд пылал гневом, а губы искривись, создавая на лице угрожающую гримасу. Слова Арины подействовали на него успокаивающе. И порассуждав здраво, он понял, что фея права. За что Айдар ценил Арину, так это за то, что там, где иные сходят с ума, она остаётся спокойна, как вода в омуте, готовая утопить любого врага.
— Прости, ты права! Что бы наша семья делала без твоей холодной рассудительности! — прикоснувшись устало к переносице, ответил Айдар. — Просто столько на кону, и плюс эта… глядя на неё, вспомнил, как обошлись с отцом, — голос Айдара был низкий, но приятный на слух, даже когда он злился.
— А что мне остаётся делать, если все бешеные? — иронично подметила въедливая фея. — К тому же ты хотел стать принцем? Вот твой шанс!
— Не смешно! Я не собираюсь на этой жениться! К тому же у неё уже есть муж, — опять вспыхнул, как вулкан, Айдар.
— Муж — не стенка, можно и убрать! Хотя и стенку можно, но с человеком проще. Ну не хочешь жениться, не надо. Женим Лексу, — с едкостью добавила Арина.
— Я согласен! — вылез как из-под земли новоявленный претендент в мужья Эссиль.
Лекса был так счастлив, что и не передать словами. Айдар и Арина так красноречиво на него посмотрели, что он сник. Но у главы «Детей свободы» явно настроение улучшилось.
— Уведи нашу гостью в свои покои! И проследи, чтобы её привели в порядок, не положено принцессе выглядеть, как оборванка! — распорядилась Арина, Лекса демонстративно отдал честь и военной походкой подошёл к Эссиль, но она ни в какую не хотела идти с ним.
— Да бери её силой и тащи! — терял терпение Айдар.
— Зачем? Просто пусть Лекса пояснит нашей гостье, что если она не будет подчиняться, то её мужа ждёт весьма и весьма прискорбная судьба, а так, возможно, он проживёт дольше, чем положено охотнику на фей, в нашей обители! — Арина с присущим королевским самообладанием это сказала.
Сейчас именно фея льда была больше похожа на особу королевских кровей, чем Эссиль. Арина была из той категории созданий, что даже в плену не потеряют лица.
— Да, вы одолели нас, ещё остался Эрик! Он вас всех изничтожит! — зловещим тоном пообещала разгневанная Эссиль. Она лихорадочно думала, как сбежать и спасти Эсмонда и друзей, да что она могла одна против этих чудовищ? Девушку всю трясло и боль снедала её душу и тело.
— Ха, вот это уж смешно! — Арина развеселилась со слов этой несчастной феечки. — Айдар, друг мой, ты разве не хвастался перед гостьей своим трофеем? Изволь, это нужно было сделать в первую очередь, ведь принцесса единственная по достоинству оценит его великолепие. — светским тоном предложила Арина и многозначительно посмотрела на рассчётливого фея.