– Подожди, а что будет, если ты не захочешь разжигать огонь, когда придут те, другие? – не унимался правитель.
– Им придется меня убить, чтобы инициировать новую жрицу. Но они не хуже нас знают, что потеряют время и проиграют, и поэтому на такие меры не пойдут.
– Все-таки я здорово помог тебе, – хихикнул Кайтаран. – Так бы покусились на твою честь, а теперь просто убьют.
– Замолчи, – жрица ласково похлопала его по груди. – Давай лучше поспим чуть-чуть.
– Не помешает, – согласился правитель. – Тебе завтра понадобятся силы, – вздохнул. – Много сил.
Каяра хихикнула, прижалась к любовнику сильнее, Кайтаран чмокнул ее в висок, удобнее устраивая на плече. Жрица закрыла глаза и сама не заметила, как заснула.
Разбудил душераздирающий вопль.
И маг, и драконица подскочили, будто их окатили ледяной водой. Вокруг не оказалось ни души. Рассвет только занялся. Костер почти погас, но от углей еще исходило нежное тепло и утро не казалось холодным.
– Кто это, Кай? – прищурилась Каяра, вглядываясь в окрестности.
– Понятия не имею, – обнял ее правитель. – Если только подземный дух каждый раз примеряет новые обличия. С ним справимся… Не бойся.
– Надо завтракать и убираться отсюда, – драконица собралась высвободиться из объятий, но Кайтаран ее не выпустил.
– Э, нет, ящерка, – покачал он головой и прижал крепче, – не так быстро. Сначала хочу получить свое.
– А Рата не будет ругаться за долгое отсутствие? – задала Каяра вопрос, ответа на который ждала и который боялась услышать. Отчего-то хотелось, чтобы Кай принадлежал только ей… Хотя бы ненадолго.
– Рата вернулась к отцу вдовствовать дальше, – пояснил Кайтаран таким будничным тоном, будто речь шла о заказе морковки для завтраков. – Хотя с тем приданым, что я обеспечил, она очень быстро выйдет замуж еще раз. Я женюсь осенью, и постоянная подруга сейчас ни к чему, – улыбнулся и поцеловал любовницу в нос. – Так что пока я весь твой, – перешел на шепот: – И, кажется, хочу остаться твоим на всю жизнь…
– Это зелье, Кай, – выдохнула Каяра. – Через дня два-три отпустит.
– Может быть, – прошептал Кайтаран и со странным для взрослого мужчины нетерпением коснулся губами губ жрицы.
Желание спорить пропало. Она закрыла глаза и ответила на поцелуй. Нежно, немного несмело, забывая обо всем на свете от прикосновений мага. Своего мага. Пусть и ненадолго.
Кайтаран будто мысли ее читал. Обнимал так, словно кроме них на свете и нет никого. Между поцелуями шептал милые глупости. Было так хорошо, что казалось, упади мир сейчас в бездну, они и не заметят.
Обдало жаром. Неприятным, липким, обволакивающим. Запахло паленой шерстью. Каяра в ужасе отшатнулась и посмотрела на костер. Еще недавно тлеющие угли превратились в огромный огненный столб. Кайтаран выругался и обратился к браслету, пытаясь совладать с разрастающейся угрозой.
Языки пламени погладили тело. Жрица не боялась огня, но этот явно оказался врагом: убивал волю, отнимал всякое желание двигаться и сопротивляться. Покушался не только на плоть, но и на силу духа. Каяра замерла в ожидании своей участи, страшась ее и не имея возможности сделать хоть что-нибудь. Жар обступил вокруг и окружил, наступая. Начал схлопываться, обещая сжать в раскаленных объятьях. Из последних сил жрица призвала животную ипостась: пусть она не поможет, но хотя бы замедлит, чуть-чуть отодвинет смерть. Замахала крыльями, безуспешно пытаясь взлететь. А потом снова услышала его – тот же вопль, что разбудил ее утром. Поискала глазами Кайтарана, но не нашла. Костер заслонил все вокруг.
Страшно не было – лишь второй раз за неделю пришло горькое сожаление, что она так и не побывала у сородичей за горами. А еще до посасывания под ложечкой, до воя захотелось обнять Кайтарана. Прислушаться к его дыханию, почувствовать тепло его больших рук. «Помоги, прошу!» – позвала она владычицу, ни на что не надеясь, но та отозвалась. Слабо, будто издалека. Жар немного отступил, а богиня ретировалась, словно признавая, что ничем больше не может помочь.
Каяра вздохнула и мысленно потянулась к магу, так, как делают драконы, когда хотят сообщить что-то друг другу в животном обличье. Если правитель в таком же оцепенении, надо попробовать его расшевелить. «Кай, мне страшно, – пожаловалась она, – очень!». Фыркнула, тряхнула головой, отгоняя ставший неприятным огонь. «Страшно хочу обнять тебя, мой господин» – закрыла глаза, мрачно констатируя, что обе попытки, похоже, провалились. Облизнула пересохший нос: дракон, погибший в огне, – шутка, достойная самых лучших ушей.
Озеро дохну́ло ледяным ветром. Влажным, пронзительным, но таким приятным. Невыносимый свет ударил по глазам сильнее жара, а потом Каяра услышала заклинание – маг снова обращался к браслету. Вздохнула с облегчением: если Кайтаран обещал сладить с духом, значит, так оно и будет.
Сверху ливануло чем-то отдаленно напоминающим дождь, стало заметно прохладнее, а потом из облака пара появился правитель. Выглядел он ошарашенным: лицо испачкано, волосы и одежда местами обгорели, но улыбался довольно. Схватил Каяру за морду и принялся чесать драконий нос.
– Никак не мог заставить себя пошевелиться, – чересчур бодро поведал он, – а потом услышал твой зов и разозлился на себя. Что же это я за высший маг такой, если не могу с духом сладить? И сладил, – тут он наклонился и сочно чмокнул самый кончик морды. – Не хотелось отдавать ему тебя, ящерка. Я еще не получил все, что причитается.
Каяра фыркнула и обратилась. Кайтаран ехидно улыбнулся и поспешил запечатлеть на ее губах поцелуй.
– Надо убираться отсюда, Кай, – прошептала драконица.
Правитель покачал головой.
– В озеро! – приказал он. – А там я решу, что с тобой делать. Тем более что мы избавились и от этого духа.
– Ты несносен, мой господин… – выдохнула Каяра, но послушно потопала к воде.
Маг догнал ее и подхватил на руки.
– Мне больше нравится, когда ты называешь меня Кай, – ухмыльнулся он, заходя на глубину и закидывая ношу подальше. – Еще хочу услышать что-нибудь лестное, понимаешь, о чем я? Ты так много говорила о размерах…
Каяра окунулась и подплыла к мужчине. Обняла и закинула ногу на бедро.
– У меня был только ты, Кай, – улыбнулась она, прижимаясь к любовнику всем телом. – Но если ты подскажешь, с кем я должна побыть для сравнения, непременно пройдусь по рынку.
– Язва, – добродушно обозвался Кайтаран и потянул наверх юбки драконицы, – я тебе так пройдусь, что до конца жизни на товар смотреть не сможешь.
Каяра рассмеялась и собралась поцеловать своего мага. Такого нежного, сильного и родного.
***
В замок вернулись после обеда. Их хоть и не ждали, но стол накрыли мгновенно. Домашние отлично знали, каким бывает повелитель, когда он голоден. После еды, показав Каяре место, где она может сварить зелье, Кайтаран ушел заниматься делами. Драконица вздохнула и принялась за работу. Осталось добить две вещи: напоить варевом любовника да выспросить, как обращаться с подаренным браслетом, а после можно с чистой совестью отправляться домой. Здесь служение богине закончится.
Развела огонь, достала котел, налила чистой воды. Каяра давно варила зелья и отлично помнила, когда именно надо кинуть в жидкость ту или иную траву, чтобы получить нужный эффект. Не сомневалась и в этот раз. Еще до того, как пузырьки воздуха задорными рыбками поплыли наверх, жрица забросила тра́вы, составляющие основу. Помешала, жадно втянула носом поднимающийся над варевом пар и запела заклинание.
Закрыла глаза, наслаждаясь запахом и звуками собственного голоса. В моменты пения над котлом Каяра ощущала себя такой могущественной, что даже боги не годились ей в подметки. Осторожно, по одной маленькой голубой лилии, добавила пять цветков латуоки. Следом бросила дюжину оранжевых шариков колнды и, понюхав пар еще раз, добавила собачью мордочку кумилы. Помешала три раза с севера на восток, пропела еще одно заклинание и накрыла крышкой.
Выглянула в окно, чтобы дать носу отдых. Деревянный подоконник еще не успел остыть после жаркого дня, и облокачиваться на него оказалось удивительно приятно. За пределами комнатки для зельеварения пахло летним вечером. Каяра закрыла глаза. Страшно захотелось прогуляться, насладиться этим прохладным воздухом, пением птиц и неспешностью солнца.
Зашипел потревоженный выплеснувшимся варевом огонь. Драконица вернулась к котлу. Сняла крышку, послушала аромат. Покачала головой и добавила еще один кругляшок колнды и половину цветка кумилы. Помешала и снова высунулась в окно. Мысленно досчитала до ста. Опять понюхала зелье и на этот раз удовлетворенно кивнула. Остынет, и запах будет самое то, любой сможет почувствовать аромат переваренных в еловом бульоне кактусов.
Взяла поварешку, приготовленный чистый кувшин и наполнила его еще горячей жидкостью. Скрипнула дверь, послышались шаги.
– Смотрю, твой компот готов… – то ли спросил, то ли констатировал вошедший Кайтаран. – Нальешь сразу? Или надо ждать, пока остынет? – нахмурился и покачал головой. – Пахнет отвратительно.
– Давай сразу, – улыбнулась Каяра. – Пока ты не передумал.
Протянула мужчине наполненную поварешку, тот взял ее в руки, зажмурился и залпом выпил содержимое. Драконица хихикнула.
– Вообще-то нужно принять глоток или два, но и так тоже ничего. Теперь поможет наверняка, – подмигнула. – Из кувшина перельешь в бутылку. Если верить преданиям, мои зелья должны сохранить полезность до моей смерти.
Кайтаран ухмыльнулся и потер подбородок.
– Должен ли я понимать твой стон «сейчас умру, Кай» как угрозу оставить без лекарств всех несчастных?
– Одного несчастного сейчас ничего не спасет, – Каяра замахнулась поварешкой, но правитель ловко поймал любовницу в объятья и нежно поцеловал.
– Хочу умереть от твоих ласк, жрица.
– Кай, – взмолилась драконица, – покажи сначала, как обращаться с браслетом.
– Собираешься домой? – мужчина уставился любовнице в глаза и осторожно сжал ее талию.