Накрыли, размыли курганы и дюны, —
На западе берег ровняют зыбучий.
За стеною стена, за накатом накат
На прудах беспощадно плотины крушат.
Вот, прорвавшись победно, откатились назад,
И шуршат, и гремят, и рокочут, и плещут,
Струи пенные взмоют – и книзу летят.
Если ж их своенравье дошло до предела,
Черепахи и рыбы лишаются сил,
Их кидает и крутит, ничего им не сделать.
Прибоем-прибоем, волнами-волнами
Расстелются после рядами-рядами,
И сколь поразительны их чудеса,
Нельзя описать никакими словами.
Только людям и остается пасть ничком перед этим;
Встав у темных водоворотов, сокрушаться над этим.
Это все – самое удивительное, самое впечатляющее зрелище во всей Поднебесной. Сможете ли вы, Наследник, найти в себе силы подняться и полюбоваться на это?
Наследник ответил:
– Ваш покорный слуга болен и не сможет этого.
Примечания: Тай-бо – дух-повелитель реки Хуанхэ.
Ховэйский скалистый склон, травянистые пади, Таньхуань – географические пункты вдоль Янцзы, отождествить которые с современными их названиями комментаторы по большей части затрудняются.
У Цзы-сюй – герой древнекитайских легенд, казненный вследствие несогласия с политикой своего государя. Потом, когда его предсказания осуществились и владение погибло, в честь его и его матери («матушки Сюя») на берегах Янцзы были установлены алтари и кумирни. Во время Мэй Чэна эти молельни еще существовали.
Красные Скалы (чаще – Красная Стена) – гористый склон по северному берегу Янцзы. Залегающие там породы имеют красноватый цвет.
Фусан – местность в долине Янцзы.
Гость сказал:
– Теперь попробуйте, Наследник, обратить ваше внимание на мужей, владеющих тайными искусствами, – среди них есть достигшие высших возможностей, такие, что сродни Чжуан Чжоу, Вэйскому Моу, Ян Чжу, Мо Ди, Пянь Юаню, Чжань Хэ. С их помощью можно
Рассудить, что под небом у нас, до любых мелочей;
Разобраться, где вред, где польза от тысяч вещей.
Вчитавшись в творения Куна и Лао, вникнув в предписания, оставленные Мэн-цзы, можно выносить суждения, в которых не будет упущено ни одной мелочи из десяти тысяч. Это нужнейшие речения и сокровеннейшие пути, какие есть во всей Поднебесной. Не пожелаете ли вы, Наследник, выслушать все это?
И тут Наследник оперся о столик и поднялся со словами:
– Сколь будет великолепно хоть один раз услышать слова совершенномудрых людей и рассудительных мужей!
Сразу же хлынул у него пот – и болезнь прошла.
Примечания: Чжуан Чжоу (Чжуан-цзы, 369–286 до н. э.) – философ, мастер парадоксов и притч, где он объясняет многое, кажущееся непостижимым.
Вэйский Моу (ум. 280 до н. э.) – маг, понимавший язык животных.
Ян Чжу – философ, живший в IV в. до н. э., сторонник идеи крайнего эгоизма.
Мо Ди (ум. 420) – философ-логик, проповедовавший идею всеобщей любви.
Чжань Хэ, Пянь Юань – маги, упоминаемые в древних сочинениях.
Кун и Лао – Кун-цзы (Конфуций, 551–479 до н. э.) и Лао-цзы (Ли Эр, VI в. до н. э.) – древнекитайские философы, основатели конфуцианства и даосизма.
Мэн-цзы (Мэн Кэ, 390–305 до н. э.) – крупнейший из последователей Конфуция.
Ли Лин
Ханьский полководец Ли Лин (Ли Шао-цин, ум. 74 до н. э.), воевавший с сюнну, кочевым народом на северо-западе, попал к ним в плен, был на родине приговорен к смертной казни и кончил свои дни у сюнну. Во время его пребывания там к сюнну прибыл с дипломатической миссией Су У (140–60 до н. э.). Предводитель сюнну удерживал у себя Су У в течение девятнадцати лет, но Су У отказался перейти на сторону врагов. Вернувшись домой, Су У и Ли Лин, подружившиеся в плену, еще долго вели переписку. Эта переписка в стихах, дошедшая до наших дней, многими исследователями не считается подлинной: есть предположение, что стихи эти написаны от имени друзей неизвестным автором.
Путь в тысячи ли пересек
пустынную эту страну.
Я, царский военачальник,
пошел на войну с сюнну.
В боях бесконечно много
сломалось клинков и стрел.
Погибшие неисчислимы,
забвение – их удел.
Уже умерла моя старая мать, —
Хотел бы воздать за милости ей,
но как бы я к ней поспел?
Неизвестный автор(II век н. э.)
Муж благородный
строго следит за собою,
Повода людям
не даст заподозрить плохое.
Идя бахчой,
не сгибается туфли поправить,
Стоя под сливою,
шапку не тронет рукою.
К дяде и тетке
не просится в близкие люди,
С малым и старым
себя не считает ровнею.
Взять рычаги
в свои руки никак не стремится,
Ласков и светел
с любым, кто обижен судьбою.
Так Чжоу-гун,
нисходивший до нищей лачуги,
Сыто рыгал,
чтобы не угощали едою.
Волосы вымыв,
он отжимал их три раза,
Славен в потомках
премудростью и прямотою.
Примечание: Чжоу-гун – регент при втором государе государства Чжоу, Чэн-ване (1115–1079 до н. э.). Составил свод правил поведения и взаимоотношений людей («Чжоу ли», «Распорядок Чжоу-гуна»), которому сам неуклонно следовал. Считается одним из идеальных правителей древности.
Чжан Хэн
Чжан Хэн (Чжан Пин-цзы, 78–139) – поэт, прозаик, выдающийся ученый-астроном, механик, историк, законник. Ему принадлежат торжественные оды, в том числе «Оды трем столицам», считающиеся точным описанием нравов, обычаев, повседневной жизни столиц и часто привлекающиеся как достоверный исторический материал. Занимал высокие посты в государстве, но под конец жизни ушел со службы, написав «Оду возвращению к полям».
Кто на уме у меня – увы! —
ныне Тайшань ему дорог.
Мне бы отправиться следом за ним —
круты Лянфуские горы.
Я наклонюсь, на восток погляжу —
слезы смочили мне ворот.
Тот, кто мне дорог, меня одарил
лезвием с вязью златою.
Чем же дарение возмещено? —
яшмою яркой цветною.
Путь слишком долог, и нужно ли мне
следовать дальней тропою?
Так почему же печаль на душе,
сердце томится тоскою?
Кто на уме у меня – увы! —
ныне в Гуйлине далеком.
Мне бы отправиться следом за ним —
Сянские воды глубоки.
Я наклонюсь и на юг погляжу —
слезы смочили мне локоть.
Тот, кто мне дорог, меня одарил
цинем, украшенным хитро.
Чем же дарение возмещено? —
парою блюд из нефрита.
Путь слишком долог, и нужны ли мне
мысли, тоскою увиты?
Так почему же печаль на душе,
сердце томленьем несыто?
Кто на уме у меня – увы! —
ныне Ханьян ему в радость.
Мне бы отправиться следом за ним —
Лунские кручи преградой.
Я наклонюсь и на запад гляжу —
слезы смочили наряды.
Тот, кто мне дорог, меня одарил
новым плащом с соболями.
Чем же дарение возмещено? —
ярче луны жемчугами.
Путь слишком долог, и нужно ли мне
следовать всюду за вами?
Так почему же печаль на душе,
сердце томится слезами?
Кто на уме у меня – увы! —
ныне в Яньмэне суровом.
Мне бы отправиться следом за ним —
вьюги там снова и снова.
Я наклонюсь и на север гляжу —
слезы смочили покровы.
Тот, кто мне дорог, меня одарил
пестрой парчою расшитой.
Чем же дарение возмещено? —
столиком из лазурита.
Путь слишком дорог, и нужны ли мне
вздохи от боли сокрытой?
Так почему же печаль на душе,
сердце томленьем убито?
Примечание: Лицо, от имени которого написана песня, живет в столице Ханьского Китая Лояне. Видимо, это тоскующая жена, муж которой по каким-то надобностям, служебным, торговым или иным, разъезжает по всем сторонам света, надолго оставляя жену одну. На востоке он живет в Тайшане (ныне в пров. Шаньдун), а к западу от Тайшаня расположены горы Лянфу, где нет никаких троп. На юге он живет в Гуйлине (в нынешнем Гуандуне), а между Лояном и Гуйлином расположены цепи великих озер, в которые впадает река Сян. На западе он живет в Ханьяне (восточная окраина нынешней пров. Ганьсу), отделенном от столиц цепью Лунских гор. На севере он живет в Яньмэне (северная окраина пров. Шаньси), окруженном засыпанными снегом пространствами, где не найти дорог. Обращает внимание точность направлений по отношению к Лояну. Также интересно, что «тот, кто дорог» дарит бытовые вещи, а возмещение во всех случаях производится драгоценными камнями.
Цао Пэй
Цао Пэй (187–226), первый император царства Вэй периода Троецарствия, известен в этом качестве как Вэнь-ди (на троне в 220–226 гг.). Сын известного полководца и поэта Цао Цао, старший брат великого Цао Чжи; сам поэт. Возглавлял поэтический кружок «Восемь талантов», написал самый ранний в Китае критический трактат (известен в переводе академика В. М. Алексеева).