А спустя неделю, наверное, совместного путешествия, вдруг заявил:
– Ты и вправду считаешь, что магией не владеешь?
Я нахмурилась:
– Я никогда инициацию не проходила, да и не чувствовала ничего…
– Хм, может и так…Может потому, что странная она у тебя. Но я её ощущаю…
Я так удивилась, что чуть не выронила чашку с отваром, который готовила по заказу одного из путников. И готовила хорошо – Арглая все-таки многому меня научила.
– Я что… магичка?
– И да, и нет. Ох, Всемилостивейшее Око, и сказать-то точно не могу. Понимаешь, от магов я чувствую исходящее… как бы сияние. А от тебя не сияние, а поглощение. Потому и в сомнениях – маг ты или нет. Но у простых людей-то поглощения не бывает…
Я сглотнула. Может я энергетический вампир?
А Леман продолжил.
– Я специально поднаторел-то смотреть все эти сияния – порой, чтоб какую болезнь увидеть, надо именно так и смотреть, нас на лекарском факультете учили еще. Чем сильнее маг, тем сильнее оно вокруг него лучики пускает. Максир, если снять амулет и приглядеться, полыхает, что солнышко – даже не определишь насколько, у меня то уровень самый что ни на есть обычный. А ты…Внутри у тебя сияние, понимаешь? Небольшое теплится, как звездочки.
– И что это бы значило?
– Да не знаю я! Но феномен-то какой интересный…Позволишь?
Конечно я позволила. И окурить себя травами, и какие-то приборы на руку прицепить и изучить чуть ли не под микроскопом, который здесь представлял собой подзорную трубу с клубящимися внутри розовыми всполохами.
Но решил все случай.
Мы приближались к столице. Пустоши сменились плодородными землями, на холмах вдалеке деревни стояли, паслись стада, а возле небольшого городка – много больше Цхалтура, кстати, – даже развернули цирковое представление и ярмарку, чтобы все могли подзаработать, и задержались на пару дней.
Вот тут-то со мной и приключился несчастный случай.
Я бежала по очередному поручению господина Кавтара – а тот меня, надо сказать, гонял в хвост и гриву, благо у сына нашлась компания – и не заметила торчащей оглобли, железной, как здесь было принято, да с налепленными шестеренками. Ну и полетела на землю, распоров ногу.
Пришлось тащиться назад, прихрамывая.
Промыла рану и внимательно осмотрела – вроде и шов накладывать не надо, но порез глубокий и очень болезненный. Доставит много неприятностей.
Уж было собралась замотать бинтом, как Леман, ворча на нерадивых служанок и что его от дел отвлекают, провел ладонями у меня над раной и та затянулась на глазах. Я же почувствовала покалывание и… ощущение поглощения, которое испытывала уже дважды.
Решилась:
– Господин Кавтар… – прошептала я хрипло. – Я ведь сейчас только что будто потянула магию.
Тот всмотрелся в меня и охнул – звездочек больше стало.
– Это что получается, что ты волшбу пить как вино можешь?
– Только направленную на меня, – я покачала головой – вспомните сколько вы магичили рядом – ничего не чувствовала.
– Только на тебя? Значит было уже такое?
– Да. Дважды.
– И что же ты впитала?
Я прикусила губу и чуть отодвинулась. Рассказать или не стоит? С одной стороны, старый маг сделал для нас с сыном только хорошее, но с другой – как далеко простирается его преданности империи? Вдруг лекарей обязывают отчитываться о всех, кто пересекался с перерожденцами?
Но ведь это шанс для меня понять, что вообще происходит…
– Защитный полог… Ну, не знаю, как он точно называется – такая серая дымка, не дающая возможности другим тебя увидеть…
– Заклинание «дзе», понятно, – кивнул мужчина.
Ну не такое уж и заклинание, но поправлять не стала.
– И проклятие Зода.
– Зо…что?! Как это произошло?! Как ты выжила?! – лекарь выглядел сильно взволнованным, его пухлые руки вдруг замахали в волнении, а волосы будто еще сильнее стали дыбом.
– Ну…я травы собирала в лесу – Бишек-то недалеко от границ, – решила я сказать ему что-то максимально похожее на правду, – там этих и встретила…перерожденцев, наверное – страшные, в плащах. Убежать попыталась, а они, наверное из секретности, кинули в меня чем-то… Меня бабка нашла, давно это было – жива она была еще. В общем, выходила.
– Да невозможно «выходить» после смертельного заклинания! А на заставу сообщали?
– Испугались…Вдруг не поверили бы…
– Эти могли не поверить, да, потащили бы в тюрьму тебя – пока выяснили бы что да как на самом деле, натерпелась бы, – внезапно согласился Леман, задумчиво пожевав губу, – Я только одно могу сказать – выжила ты благодаря этой своей особенности. Никогда такого не видел, но…Есть у меня одна мысль.
Он достал свою объемную потрепанную тетрадь, которую часто я видела в его руках, и начал что-то искать в ней:
– С заклинанием Зода, понятно, экспериментировать не будем, но вот с тем заклинанием, что я на тебе только что использовал… Читай. Читай давай, знаю же, умеешь – видел как ты украдкой листочки хватаешь, Максиру объясняешь что-то. Даже не буду спрашивать, кто тебя в деревне твоей мог обучить чтению и письму. И там бывают грамотные…
На самом деле бывают, чего это он?
Я начала читать странный довольно набор букв нараспев.
– И что дальше?
– Чувствуешь что-нибудь?
– Нет.
– Тогда вот это читай!
Вздохнула и прочла другую строчку, в которую ткнул меня лекарь.
И вдруг почувствовала волну тепла, которая прошлась по всему телу. А кончики пальцев закололо. Я с удивлением посмотрела на них, а Леман вдруг схватил острый крюк, провел им по руке, оставляя царапину и, схватив мои пальцы, положил их на царапину.
У меня упала челюсть.
Та просто растворилась.
– Так-так, еще раз.
Он оставил еще одну царапину, заставил меня прочитать снова заклинание, и я уже сама провела рукой над ранкой.
Снова исчезла.
В полнейшем шоке я посмотрела на лекаря, а тот довольно щурился и бил себя по бокам:
– Какая интересная у меня служанка. Ты не просто впитываешь магию – а конкретные заклинания. И только их и можешь использовать потом. Непонятно, насколько велика будет твоя сила в будущем, но какое поле для экспериментов!
При слове эксперимент я вздрогнула.
– Не бойся, Стася, – лекарь, оказавшийся довольно неплохим эмпатом, подмигнул и сказал немного непонятно, – Не собираюсь я ни с кем делиться твоим путем. Око само привело – само и заберет. Ну а что до магии…уж не знаю, чем тебе заниматься, умея становиться невидимой, убивать и лечить раны, но фантазия моя подсказывает немало вариантов
Глава 7
«А ночью на город упал дракон.
Замял кусок городского парка, проломил бережно уложенные кирпичики мостовой, чей-то, по счастливой случайности, пустой двор, и рухнул в неожиданно открывшуюся яму.
Номер заказа 4297890, куплено на сайте LitNetТам, под городом, текла подземная река, дарящая жителям чистейшую воду. Река пряталась, не желая подставляться солнцу и ветрам, но дракон не оставил ей выбора. Уничтожил ненадежное, как выяснилось, укрытие, окунулся полностью в целебный источник и ошалело поводил головой – кто там спешит по узким, извилистым лабиринтам к нему с факелами? Люди? Он приподнялся, встряхнулся, благодарно склонил перед рекой зубастую голову и, расправив мощные крылья, взмыл в небо.
Люди с недоверием смотрели на открывшуюся кирасоту. Ущелье в центре города, зюдания, прежде надёжно стоящие на земле, а тыеперь повисшие над обрывом, водопад, с шлумом и брызгами бьющий о новое русло. Повозмущались, прибрали валяющиеся камни – в хозяйстве все пригодится – и отправились по домам. И только ушлые лавочники, да ковровых дел мастера, известные далеко за пределами города, смекнули, какое паломничество здесь начнётся, и заняли проходные места, чтобы развернуть поутру торговлю.
Над городом Имерет всходило солнце…»
Я тихонько закрыла библиотечную книгу и улыбнулась.
Макс спал, подложив ладошку под пухлую щечку. Светлые кудряшки, которые я, насколько могла, подравнивала ножницами, смешно топорщились.
В этом мире не было детских книг как таковых – детям чаще всего рассказывали довольно страшные или поучительные мифы. С ними я решила повременить, и переиначивала пока на новый лад земные сказки или читала истории и легенды о создании Джандарского государства и столицы. После осторожного и весьма продолжительного поиска в городской библиотеке, а также расспросов господина Кавтара и его друга-мага Гигора, я, наконец, приняла тот факт, что в свой мир нам не вернуться. И решила не просто научиться жить в этом, но и проникнуться его духом – по меньшей мере, сделать его новой и единственной реальностью для Макса.
Мне приходилось тяжелее.
Я тосковала по дому. По своей работе, друзьям, даже некоторым вещам. По удобствам, простым, но любимым развлечениям, вроде походов в кино и путешествиям в Крым. По косметике, горячей ванне с пеной каждый день и бытовым приборам, которые не имели столь устрашающий вид полевых комбайнов, как местные аналоги.
Осторожно вылезла из кровати, поправила одеяло и уставилась в крохотное окошко, за которым виднелось несколько соседних зданий.
И это пройдет. Привыкну. А сейчас пора спать – день выдался насыщенным. Впрочем, я не жаловалась. За то, что для нас сделал Леман, я готова была работать от рассвета до заката. Подносить, встречать пациентов, готовить отвары, зелья и порошки, разносить заказы, помогать в лечение – и так, по мелочам.
Уже два месяца мы жили в довольно большом доме лекаря в одном из ремесленно-торговых кварталов столицы. Кроме меня у него в услужении была еще только дородная, довольно грубая, но добрая Нази, занимавшая нижнюю каморку; она следила за чистотой многочисленных комнат – лекарской, столовой и кухней, покоями господина Кавтара, лабораторией и несколькими весьма условными кабинетами для работы, набитыми всем чем можно – покупала продукты и все необходимые в хозяйстве вещи и готовила для нас четверых.