Мы схлестнули взгляды. Роберт стоял непробиваемый и продолжал источать вокруг себя тьму.
Она стелилась по полу и окутывала наши ступни.
— Почему ты не сказал сразу, что догадался?!
Адальхарт наклонился ко мне, наполняя мои лёгкие горьким запахом вереска, и, оперевшись ладонью о спинку кресла за моей головой, сказал:
— Подумай сама, Лера.
Я задрожала всем телом от его хриплого шёпота.
— Ты инквизитор, — сглотнула я. — И если бы ты уличил меня, то должен был бы приговорить к смерти.
— Именно, Лерочка.
— Ты предпочёл сделать вид, что ничего не знаешь?
Он промолчал, стиснув желваки.
— Ты дракон, а драконы стремятся к правде. Тебе было нелегко молчать.
— Мы не можем жить во лжи, это подводит внутреннего зверя к безумию, — низким хриплым голосом прорычал Роберт у меня над ухом, и я поняла, с каким трудом ему далась внутренняя борьба.
Я обвела взволнованным взглядом его суровые черты и губы, находившиеся так близко.
И так далеко.
— Ты затыкал мне рот на яхте, не хотел, чтобы я призналась, что я попаданка! — догадалась я.
— Не хотел. Но ты была так решительно настроена, что я уж не сдержался и захотел выслушать, что ты мне скажешь.
Тьма во взгляде дракона расступилась, и радужки с вытянутыми зрачками замерцали расплавленным серебром. А крылья носа расширились, медленно втягивая воздух.
— Я призналась. И тебе пришлось составить договор, по которому ты защищаешь нас с Валери, а не пытаешься уличить и уничтожить. Потому что Валери единственная возможность сохранить власть драконов в Мирии, единственная для тебя возможность стать отцом... Ты не можешь её казнить, — мой голос задрожал.
Роберт поглядел на меня так, что я не могла понять, он меня хочет придушить или обнять.
— Не нужно было тебе сюда входить, Лера, — напряжённым голосом сказал он.
Дракон резко выдохнул и отстранился. Присел на край стола, потянулся во внутренний карман мундира и достал сигару.
— Давай без этого! — вырвала сигару из его руки. — Я в прошлый раз еле пережила этот жуткий дым, а у тебя сердце.
— С каких пор тебя заботит моё сердце?!
— Я просто добрая женщина, — буркнула я.
— Да, просто самая добрая на свете, — зло прорычал дракон. — Заботься лучше о том мужчине, которого ты зовёшь своим мужем! — выпалил Роберт и забрал назад сигару. — Хотя он тебе не муж. И даже ни разу тебя не навестил.
Анхор подошёл и ткнулся лбом мне в колени, и я поняла, что он очень рад моему предложению.
Светлячок принялся ласкаться о мою шею, и я тоже расценила это как согласие.
Я ласкала своих пушитых друзей, стараясь не думать о боли и обиде на Роберта.
Из коридора донеслись голоса слуг и взволнованный рык Адальхарта. Стремительные шаги — он почти бежал.
Сердце подпрыгнуло, словно что-то случилось. Я приоткрыла дверь и увидела фигуру Роберта. Он стрелой пролетел по коридору к лестнице. За драконом тянулись клубы дыма от удушливого перечного табака.
— Что случилось?! — воскликнула я.
— Уйди к себе, Лера! — приказал он.
Но я не послушалась и, схватившись за перила лестницы, замерла от увиденного.
Адальхарт спустился и строго сложил руки на груди перед появившейся в ночи сестрой, наряженной в праздничное платье.
Но лицо её было красным от слёз и размазанной краски.
Глава 26
Я устремила широко распахнутый взгляд на Роберта. Неужели он наводил справки про Пашу? Не думаю, что он мог бы его найти, мы же два года не виделись, я и сама понятия не имела, где он.
— Моя личная жизнь не твоё дело! — выпалила я в лицо Роберту и поднялась с кресла. — И
потом, сложно навещать человека в реанимации в строго отведённые часы, когда ты работаешь на работе, а не какой-то там инквизитор, второе лицо государства!
Не хочу больше говорить с этим драконом! У меня нет к нему ни грамма доверия. Он всё про меня давно знал и нагло врал.
— Он тебе незаконный муж! — рыкнул Адальхарт, удержав меня за локоть, и притянул к себе.
Глаза его из серебрянных вновь пугающе потемнели.
— Ты всё про меня выяснил, да?! Документы мои прошерстил? — с презрением заглянула в его глаза, пытаясь вырвать руку, но дракон не пускал. — В нашем мире роспись не играет роли, Роберт! Главное, чувства. Доверие — вот что важно!
Ну, конечно, кому я вру! Роспись ещё как играет роль, как и везде! Но не признаюсь же я
Адальхарту, что одинока? Я очень злилась на проклятого дракона за то, что прятал от меня правду, слишком сильно злилась, чтобы сдаться, признать, что я слабая и никому не нужная. Ведь тогда я увижу, как Адальхарт будет счастливо стоять на пьедестале с принцессой под боком, а я буду катиться в бездну совершенно одна. Нет уж! Пусть думает, что, даже умирая, я сохранила любовь.
— Иди спать! — глухо проговорил Роберт и выпустил мой локоть из стальных тисков.
Я чувствовала, что теперь на коже точно останутся синяки.
— Не командуй мной, я не твоя жена!
— Пока действует договор, ты моя жена! Так что иди к себе и успокойся.
В полной ярости я прошагала к дверям и остановилась у порога, давя в себе порыв расплакаться.
— Когда мы поедем за артефактом?! — требовательно спросила я, не оборачиваясь.
Голос прозвучал на удивление твёрдо.
— Собрание у леди Присциллы в конце месяца, — хрипло отозвался Роберт.
И я почувствовала, что он всё таки закурил.
Вернувшись в свою спальню, я не стала плакать, но очень хотела. Казалось, я уже выплакала все слёзы, и теперь была суха, как пустыня. Во мне клокотал гнев, растекался по венам. Хотелось взорваться и разлететься на тысячу осколков.
Раскомандовался он, видите ли! “Иди спать"
“Пока действует договор, ты моя жена!"
Вредный! Вредный дракон!
Анхор счастливо встрепенулся, когда увидел меня. Оказалось, он исцарапал дверь — хотел выйти, но я его заперла.
Светлячок жалобно мяукнул со шкафа, свесив острую мордочку с длиннющими усами. Кажется, котик подрос ещё больше.
Растёт, как грибок после дождя!
— Почему ты на шкафу?! Что вы опять не поделили?! — строго спросила, снимая котика. А сама подумала, что мы с Робертом тоже на кошку с собакой похожи.
Анхор пригнул уши и сделал жалобные глаза. Светлячок благодарно замурлыкал, прижимаясь к моей груди, и как будто бы специально вильнул хвостом перед мордой Анхора.
— Светлячок! — обратилась к котику, заглядывая в его большие невинные глаза. — Сдаётся мне, у
Анхора были причины загнать тебя на шкаф, не так ли? Ты его нарочно дразнишь, я же вижу.
Будьте послушными, и я завтра с вами погуляю!
Анхор подошёл и ткнулся лбом мне в колени, и я поняла, что он очень рад моему предложению.
Светлячок принялся ласкаться о мою шею, и я тоже расценила это как согласие.
Я ласкала своих пушитых друзей, стараясь не думать о боли и обиде на Роберта.
Из коридора донеслись голоса слуг и взволнованный рык Адальхарта. Стремительные шаги — он почти бежал.
Сердце подпрыгнуло, словно что-то случилось. Я приоткрыла дверь и увидела фигуру Роберта. Он стрелой пролетел по коридору к лестнице. За драконом тянулись клубы дыма от удушливого перечного табака.
— Что случилось?! — воскликнула я.
— Уйди к себе, Лера! — приказал он.
Но я не послушалась и, схватившись за перила лестницы, замерла от увиденного.
Адальхарт спустился и строго сложил руки на груди перед появившейся в ночи сестрой, наряженной в праздничное платье.
Но лицо её было красным от слёз и размазанной краски.
Глава 27
— Маргари, что случилось?! — проговорил Адальхарт грозным, как раскат грома, голосом.
— Ты за мной следишь, ненавижу тебя! — выпалила девушка.
По её лицу текли слёзы. Щёки были неестественно красны, как и губы, а вокруг глаз растеклась чёрная подводка.
— Требую отпустить меня, Роберт! Твой громила облапал меня и оставил синяки! — всхлипнула
Маргари, указывая пальцем на стоявшего в стороне и виновато переминающегося с ноги на ногу высокого широкоплечего мужчину.
У него были короткие каштановые волосы, на плечах лежал мокрый от дождя серый плащ, под которым поблескивали золотые пуговицы тёмно-синего мундира. В точности такой же был на
Роберте, и я поняла, что синий цвет означал принадлежность к королевской службе, а красные мундиры, которые вились вокруг Эскорта, служили, видимо, совету магов.
— Простите, ваша светлость, — глухо проговорил мужчина, опустив взгляд в пол, — леди вырывалась и била меня.
— Что?! Я тебя не била! Как ты смеешь меня обвинять?! — закричала Маргари и слегка пошатнулась.
Бог мой, да она, кажется, пьяна!
— Тихо! — приказал Роберт, и в одно мгновение воцарилась гробовая тишина, такая, что я слышала стремительный стук собственного сердца.
Я наблюдала за сценой с лестницы, не желая, чтобы меня обнаружили, тем более я была в одном лишь халате. Позади скрипнула половица, и я увидела, что мэтр Леонард в ночном колпаке и длинной рубахе до пят тоже вышел на шум.
Он почтительно поклонился мне, приподняв колпак, я молча кивнула в ответ, и оба мы снова приросли к перилам, наблюдая за происходящим.
— Докладывай, Дольф! — приказал Адальхарт.
— Леди Маргари отправилась на собрание в честь окончания первого курса академии, выпила там слишком много пунша и принялась танцевать на столе, — виновато проговорил мужчина.
— Маргари! — взревел Роберт. — Ты хоть понимаешь, что делаешь?!
Таким бешеным я дракона ещё не видела. Когда мы с ним выясняли отношения он, оказывается, был ещё пушистым котиком по сравнению с тем, каким яростным зверем выглядел сейчас.
— Все танцевали, и я танцевала, тако-о-ой был обряд! — проголосила девушка и снова пошатнулась.
Адальхарт подхватил её за локоть, удерживая от падения.
— Это не всё, ваша светлость, — покашлял в кулак Дольф.
— Только попробуйте, лорд Брентон! — погрозила Маргари кулаком, взмахнув головой с шикарными длинными локонами.