- Именно так, - согласился Рикхарт. Как-то рассеянно. Похоже, он думал в этот момент вовсе не обо мне и неизбежной дилемме с рождением собственного наследника, а о чём-то или о ком-то другом.
Должно быть, об Исмэй.
Я тоже подумала о ней. Она была такой красивой. Но красота её выглядела мягкой, женственной, спокойной. В образе Флорины Эшторн чувствовалась дерзость, вызов, а гритта Даррен казалась её полной противоположностью. Ничего удивительного в том, что Янг ничего не почувствовал к невесте, столь непохожей на его первую супругу.
Я не хотела завидовать погибшей женщине, но не получалось. Потому что меня никто и никогда не любил так сильно. Так, как мечталось когда-то, когда я зачитывалась романами о любви.
Тем временем город оставался позади. В свете дня он выглядел ещё удивительнее, чем ночью. Я поймала себя на мысли, что хочу погулять по нему, но желательно по земле, а не в воздухе.
- Куда мы летим? – поинтересовалась я у Рикхарта.
- Скоро увидишь. Сюрприз, - добавил он. Я скептически хмыкнула и снова прикрыла глаза. Был бы сюрприз от него самого, а то от владыки. Никакой романтики.
И всё же, когда до моих ноздрей долетел свежий солёный запах, я не удержалась и посмотрела вниз. Дух захватило от высоты, на которой мы летели. А внизу под нами было море, синее, огромное, с белыми барашками волн. Такое неестественно-яркое, точно сошедшее с фотографий, которые мне показывали в турагентстве. Море другого мира.
Рикхарт
Янг не мог понять, искренне ли Флорина Эшторн себя ведёт или притворяется по какой-то ей одной понятной причине. Вот сейчас – почему Рин так напряжённо сидит рядом с ним во флайтере, куда поднялась с таким видом, точно её вели на казнь, и цепляется за подлокотники, как будто это не она победила в нескольких гонках? Откуда вдруг взялся этот страх высоты?
Зато, когда над ними показалось море, девушка не выразила ни малейшего испуга. Наоборот – с почти детским восторгом уставилась на волны под ними. А ведь в её анкете чёрным по белому указано, что она боится воды!
Может, солгала в анкете? Но зачем? Какой смысл?
Про гонки на флайтерах его невеста точно не обманула – владыка ему целую лекцию прочёл на тему того, как опасно подобное увлечение для здоровья будущей матери.
До свадьбы Рикхарт практически не общался с гриттой Эшторн. Она была из другого поколения – представительница золотой молодёжи. Юная, беспечная. У неё не было родителей, и её воспитывали опекуны, ни один из которых не принадлежал к заклинателям. Девушкам не нужны наставники, ведь от них требуется лишь передать гены старшему ребёнку, а сами они, как принято считать, ни к чему не способны. Не видят ауры и не могут воздействовать на чужой разум – эта редкая способность досталась мужчинам из рода владыки. Не чувствуют ткань времени и не могут увидеть ни прошлое, ни будущее.
Ни собственные счастливые воспоминания...
С того времени, как не стало Исмэй, Янг порой не удерживался и заглядывал в них. Туда, где его жена была живой, и уходить из этих воспоминаний не хотелось. Но надолго там не удержишься, и его безжалостно выкидывало обратно в реальность.
А в реальности был владыка и его требования вступить в брак во второй раз, и чем скорее, тем лучше.
Когда Рикхарту прислали анкеты девушек, он практически не обратил внимания на их внешность. Ведь ни одна из них не походила на Исмэй. Она была единственной в целом мире, и никто не смог бы с ней сравниться.
Никто, включая Флорину Эшторн.
Та оказалась красавицей – этого он как мужчина не мог не признавать. Стройная фигурка, явно принадлежащая девушке, которая не изнуряла себя диетами, но вела активный образ жизни. Чуть смуглая кожа, про такую говорят «поцелованная солнцем». Тёмные глаза, длинные ухоженные волосы. Янга поздравляли и даже завидовали тому, что именно ему досталась такая невеста.
Вот только никто не предупредил, что вместе с ней он получит сплошные сюрпризы. То появление Троя Зельдана на приёме, то внезапный страх высоты, весьма странный для опытной гонщицы, то крамольное заявление, будто Рин не собирается покоряться воле владыки. А ещё её девственность. Такого Рикхарт никак не ожидал от молодой особы с её репутацией. Да и времена сейчас не те, когда девушки с замиранием сердца ждали первой брачной ночи. Век высоких скоростей, высоких технологий. Это у Исмэй до него никого не было, ведь они стали первой любовью друг друга, и никто не мог бы встать между ними.
А сейчас между ним и женщиной, которую Рикхарт Янг любил всю свою жизнь, стояла Рин Эшторн. И с этим предстояло что-то делать. Вот только большой вопрос, что...
Должно быть, ему было бы легче, смирись он со смертью Исмэй. Но смириться не получалось. Потому что воспоминания, вступавшие в противоречие со всем происходящим, приходили к нему снова и снова. В них его жена была жива, а на Эрриальские острова они летели вместе, чтобы отпраздновать там годовщину свадьбы. На те самые Эрриальские острова, куда он сейчас направлялся в свадебное путешествие с другой!
Казалось, в его голове уместились два комплекта воспоминаний, которые наслаивались друг на друга, но не смешивались. Очень уж разными они были. Как и те эмоции, которые их сопровождали.
Долгое время считалось, будто перекроить прошлое невозможно. То, что случилось, уже случилось, и изменить его нельзя. Но учёные и заклинатели времени продолжали с пристрастием изучать этот вопрос и в итоге пришли к выводу, что такая возможность всё-таки существует. Тогда все забеспокоились. Обретение подобной способности грозило всеобщим хаосом. А потому был принят закон о запрете вмешательства в события прошлого. Всех заклинателей под страхом смерти предупредили об этом, заставив подписать целую груду бумаг.
Так кто же стал тем, кто осмелился этот закон нарушить?..
После возвращения из свадебного путешествия обязанностью Янга станет ввести супругу в круг заклинателей, представить её всем официально. Это будет повод собраться. Рикхарт намеревался начать расследование. Потому что, если он не сошёл с ума, то произошло что-то, нарушающее не только принятый в мире закон, но и нечто большее. Никто со всей точностью не знал, как изменение прошлого отразится на будущем. Одно было очевидно – бесследно такое вмешательство не проходит.
Даже если нет ни единого шанса вернуть Исмэй, разобраться в случившемся необходимо. Однако владыке лучше пока ничего не говорить, да и никому другому тоже. Неизвестно, кому можно доверять, а кто замешан – или повинен – в том, что произошло.
Глава 13
Глава 13
О том, что должна бояться воды, как её боялась настоящая Флорина, я вспомнила довольно поздно. Когда Рикхарт уже наверняка заметил, что что-то не то. А до того просто во все глаза любовалась на синее море и раскинувшиеся прямо под нами острова, подобных которым я ещё никогда не видела. Кстати говоря, я ведь тонула в море перед тем, как муж Рин вытащил меня из бассейна, однако страха перед водной стихией мне это не привило. Видимо, не успела так уж сильно испугаться или последующие за тем потрясения вытеснили испытанный мною ужас.
Сейчас, сверху вниз глядя на место, где нам предстояло провести свадебное путешествие, я чувствовала себя такой живой, как никогда за все мои тридцать два года. Что было тому причиной? Молодость и жизнелюбие Флорины, в теле которой я оказалась? Адреналин, бегущий по венам, пока я перебарывала страх высоты? Или чувства к мужчине, который сидел рядом?
Нет, влюбиться в него я, пожалуй, ещё не успела. Слишком мало прошло времени, а я никогда не проникалась чувствами так быстро. Но что-то происходило – стремительно, неотвратимо. Как весна, которая разрушает лёд на реках, наполняет силой скованные зимней стужей деревья, и на них набухают почки, а из-под земли пробиваются первые травинки и цветы. Так и для меня наступала весна.
Вот только тот, кто стал её причиной, любил другую женщину и явно не собирался в ближайшее время переключаться на меня. То есть на Рин. Как же я запуталась!
Острова выглядели... необычно. Сначала я даже не поняла, что это за бело-зелёные конструкции выступают из воды. Лишь затем до меня дошло – они искусственного происхождения! Не природные, а созданные руками людей. Ну, или роботов.
Впрочем, никакого разочарования я не ощутила. Только любопытство и восторг. Столько вопросов сразу закрутилось в голове. А из чего их сделали? А как они держатся на воде? А каким образом на них посадили растения? Да, у нас на Земле пока до такого не дошло, хотя, возможно, и это не за горами!
Ведь застала же я времена, когда о беспроводных телефонах и речи не шло.
Насколько я могла судить, состояние экологии не вызывало опасений. Море выглядело очень чистым. Его пенистые волны разрезали лодочки, которых было великое множество. А, когда мы спустились пониже, я увидела купающихся людей, которые прыгали в воду прямо с лодок. Сердце застучало ещё быстрее – похоже, у меня всё-таки будет отдых на самом настоящем курорте!
- Тебе нравится? – спросил Рикхарт Янг, и я закивала в ответ. – Хорошо. Владыка будет доволен.
- Ты можешь не говорить о нём то и дело? – поморщившись, попросила я. – Не хочу про него слышать так часто. Только настроение портит. И начинает казаться, что нас трое... – «А то и четверо или даже пятеро, если считать Исмэй и Флорину», – подумала я со вздохом, но для собеседника эти мысли, разумеется, не озвучила.
- Как скажешь, - согласился он. – Но от того, что я не буду говорить о владыке, он никуда не денется. И, когда мы вернёмся, тут же напомнит о себе.
- Но пока мы здесь, он ведь, надеюсь, не станет нас беспокоить, - отозвалась я.
- Пока мы здесь, думаю, не станет, - согласился со мной Рикхарт.
- Вот и отлично, - натянув на лицо улыбку, ответила я.
В бездну владыку! Я хочу получить удовольствие от того, что имею. Хотя бы недолгое перед тем, как на меня снова навалится беспокойство обо всём происходящем. А поводов для тревог имелось немало. Весьма конкретные планы владыки на мою – вернее, гритты Эшторн – репродуктивную систему. Крайне непростые отношения с благоверным. А ещё попадание в другой мир и чужое тело, которому пока не нашлось никаких логичных объяснений, да и нелогичных тоже.