вновь заволокло дымом.
— Участники горят, — спокойно пояснил старичок. — Ветерок подует, увидим, кто остался.
— Вы только посмотрите! — надрывался глашатай. — Четырнадцать драконов осёдланы! Остался один! Кто же будет счастливчиком?
Я во все глаза пялилась на дымовую завесу, силясь хоть что-то разглядеть.
— Ну же, Кмеш… Давай, давай…
— И у нас есть последний победитель! Пятнадцать человек проходят в следующий этап!
Толпа зашлась в неистовом крике. Старик крякнул.
— Сейчас сожрут лишних, посмотрим, кто победил.
— Что значат «сожрут»?
— То и значит. Кто не укротил дракона, тот стал обедом. Проворнее надо быть!
Я в ужасе отшатнулась.
Старик говорил спокойно и уверенно. Он такое видел не раз.
Знаете игру, кто первым сядет на стульчик? Детская игра, глупая. Бегаешь по кругу, как дурак, и ждёшь нужного момента, чтобы занять седалище. А если опоздал, всё, проигрыш. Игра с драконами оказалась не лучше.
— Уф, хоть что-то видно. И кто же на драконе? Та-ак… — старик чуть привстал.
Я со страхом глянула на поле.
Первый, второй, третий… Кмеш! Раненый, но живой.
— Ладек! — откуда-то сверху вдруг раздался Риткин визг. — Ладек!
Южного принца на драконах не было.
Пятеро участников турнира оказались съеденными. Ладек один из них. Бр-р-р, никому бы не пожелала такой участи.
Рита рыдала в уголочке отказываясь верить, что это возможно. Я по мере сил утешала её, но слова казались пустыми. Блондинка впервые поняла, что новый мир не добрая сказка, а титул Избранницы ещё не корона.
— Как же так, Оля, как же так? — причитала она, размазывая слёзы. — Я же хотела его выбрать, он знал…
— Кто знал?
— Князь.
Я вздохнула. Уж кому-кому, а князю совершенно всё равно, кто победит в этой чёртовой гонке.
— Пойдём. В комнате поговорим, без свидетелей.
— Как же так, Оля…
В спальне было тихо. После вопящей от радости толпы, тишина давила, заставляя вновь и вновь вспоминать кровь под драконьими лапами. И как бы я ни готовилась к испытаниям, как бы ни уговаривала себя, что это дикий мир с чудовищными обычаями, всё же увиденное заставило понервничать.
— Князь хотел порадовать народ представлением. Помнишь, как в Древнем Риме? Хлеба и зрелищ.
— Но это же… ужасно! — блондинка всхлипнула.
— Ужасно, — согласилась я. — Но вполне объяснимо. Единственное, я до сих пор не поняла, что в итоге ждёт нас.
Ритка вздрогнула.
— Ты думаешь, что… Ой…
— Ещё какой «ой». Нам срочно нужна информация и, кажется, я знаю, кого стоит расспросить.
Мы скинули праздничные наряды и, нацепив более удобные платья, отправились к лекарям.
Под лекарские дела в замке приспособлено целое крыло. За прошедшую неделю я успела там побывать под глупым предлогом, просто хотела осмотреться, на всякий случай. Кто же знал, что случай представится так быстро?
— Добрый день, — мы уверенно вошли в помещение.
— Госпожа Избранница! Что-то случилось? — дедушка-лекарь подбежал к Ритке.
— Нет, нет, — она мотнула головой. — Я это…
— Госпожа Избранница пришла проведать победителей первого испытания, — деловым тоном объявила я. — Куда их разместили? Избранница хочет быть уверена, что о людях хорошо заботятся, в конце концов, один из них станет её мужем и отцом наследника.
— О, ваша забота так прелестна, — дедок улыбнулся. — Они дальше по коридору. Проводить?
— Спасибо, Избранница справится сама. Правда ведь?
— Д-да, справлюсь, — послушно подтвердила Рита.
Мы раскланялись и вышли в коридор.
— А зачем нам победители?
— Найдём Кмеша и спросим, что происходит.
— О, это тот, с кем ты целовалась? — блондинка заглянула в следующую комнату. — Угу, он самый.
Кажется, я покраснела.
Все выжившие участники лежали на узких кроватях, расположенных вдоль стен. Перебинтованные и уставшие они выглядели донельзя жалко. Некоторые спали, некоторые бездумно смотрели в потолок, шепча что-то себе под нос.
На самой дальней койке лежал Кмеш. Рядом находилось окно, позволяя хоть как-то отвлечься. Думаю, он единственный, кто выглядел адекватно.
— Як нему, а ты обойди всех раненых, поняла?
— Зачем? — насупилась Рита.
— Будет слишком подозрительно, если мы пообщаемся только с одним человеком. Ну давай же, воссоздай бурную деятельность, поиграй в Мать Терезу. Ты сможешь.
Блондинка горестно вздохнула, шмыгнула носом, вспомнив Ладека, но мужественно отправилась развлекать больных. А я осторожно проскользнула вглубь.
— Кмеш…
— Ольга? — мужчина чуть повернулся. — Что ты тут делаешь? Что-то случилось? Где Избранница?
Но увидев Риту, сразу успокоился.
А мне вдруг стало неприятно. Маленькое противное чувство поднялось из самых глубин и царапнуло по сердцу.
— Хотела поздравить с победой.
Он кивнул.
— Спасибо. Это, конечно, не весь турнир, но лишняя неделя жизни мне не помешает.
Я замялась. Вроде бы знала, о чём надо вести разговор, но спрашивать вот так, в лоб, не хотелось.
— Как себя чувствуешь?
— Хорошо, небольшой ожог и вывих ноги, но лекарь всё быстро вылечит, завтра буду как новенький.
— Понятно.
Мы помолчали. Кмеш чуть улыбнулся.
— Я рад, что ты пришла.
— Правда?
— Правда. Мне приятно.
Я вздохнула. Сейчас, или никогда.
— Зачем ты вызвался участвовать в турнире?
— Князь велел.
— Ты не хочешь стать мужем для Избранницы?
Кмеш хохотнул.
— Нет. Твоя подруга, конечно, замечательная девушка, но… Это приказ, вот и всё.
— Я думала, участие в турнире добровольное.
— Добровольно-принудительное.
— А остальные? Тоже так?
— Да, почти.
— Но зачем?
— Иначе турнир закончился бы слишком быстро.
Я задумалась.
— А что будет дальше? Останется один победитель, а потом?
— Он женится на Избраннице, — пожал плечами Кмеш. — Сделают ребёнка.
— И?
Мужчина вдруг расплылся в улыбке и неожиданно громко ответил:
— И да, вы правы, Избраннице лучше никуда не отлучаться из дворца, так надёжнее! Я недоумённо вздёрнула брови, а Кмеш чуть кивнул в сторону двери.
На пороге стоял князь.
Глава 4. Второе испытание
Рита широко улыбнулась.
— Как хорошо, что вы пришли, а мы тут победителей навещаем. А вы тоже о них беспокоитесь, да? Это так мило, вы замечательный правитель! Добрый, заботливый, сразу видно — хороший человек.
Я усмехнулась, на этот раз Риткина глупость пришлась кстати. Мне, как и Кмешу, было понятно, что эта беспечность наиграна, но князь, похоже, поверил и успокоился.
— Хочу поговорить с тобой, — он взял блондинку под локоток. — Побеседуем, чайку попьём, а Ольга одна тут управится.
Рита вздрогнула, но безропотно последовала за государем. И уже закрывая дверь, ободряюще мне улыбнулась и подмигнула.
— Странный какой.
— Кто? — Кмеш чуть поправил подушку. — Князь? Нормальный.
— Какой же это нормальный? Каждое слово, как искра рядом с порохом, не знаешь, когда рванёт.
— На то он и князь.
Я с сомнением глянула на мужчину.
— А ты мог отказаться от участия?
— Мог.
— А почему не отказался?
Кмеш перевёл взгляд на окно, потом вновь на меня и ответил:
— Это был шанс выбиться из низов, доказать, что чего-то достоин.
— Сдохнуть от драконьего пламени?
— Но ведь не сдох же.
Я глубоко вздохнула и медленно-медленно выдохнула.
— Но это глупо и опасно.
— А я рассчитываю победить.
— И стать мужем Риты?
Кмеш замолчал. Я покачала головой.
— Не ожидала…
— Свадьбы не будет, — очень тихо сказал он. — Князю не нужна Избранница и наследник тоже не нужен. Турнир проводится для успокоения народа, а потом… Потом Избранница должна уйти в небытие.
— Что значит «уйти в небытие»? Ритку убьют?!
— Тише! — Кмеш оглянулся по сторонам и, убедившись, что никто не слышит, продолжил: — Я не знаю. Князь сказал, что боги ошиблись, наследник от Избранницы не может быть настоящим.
— Что это значит?
— Настоящий наследник должен воплотить в себе сущность Кир-Углы: силу, удачу и мудрость. От отца он должен получить два первых качества, именно для этого проводятся испытания…
Я нахмурилась. Всё правильно, только сильный и чертовски удачливый человек сможет победить в соревнованиях.
— … а от матери наследник получает мудрость. Именно мудрый ребёнок способен создать новый род и достойно управлять государством, — Кмеш скривил губы. — Если в самом начале князь обрадовался Рите, то сейчас он очень разочарован.
Нда, ситуация не из лучших. Ритка могла сойти за любую добродетель, кроме, пожалуй, мудрости.
— Остальные люди не общаются с ней близко, они уверены, что всё идёт как надо. А потом, после испытаний, князь найдёт подходящего ребёнка из приличной семьи, а народу скажут, что Избранница не перенесла родов. Традиция сохранится.
— Но это неправильно!
— Не тебе судить, что правильно, а что нет, — Кмеш поджал губы. — Нам в этом мире жить.
— Почему же среди женихов так мало достойных? Он же станет отцом новому правителю! Большой шишкой! Такое ощущение, что специально набирали дураков.
— Ну спасибо.
— Я не про тебя. Но большая часть участников явно с психическими отклонениями.
Кмеш усмехнулся.
— Проигравших в турнире нет: либо победитель, либо мертвец. Нормальные люди слишком ценят свою жизнь, чтоб рисковать ею за неведомое счастье. А если и рискуют, то на это есть причины.
— А после победы… что будет с женихом?
— Получит деньги и будет жить в тишине и спокойствии, — он вновь повернулся к окну. — Если повезёт.
Из лекарского крыла я выходила в весьма подавленных чувствах. Всё рассказанное Кмешом стоило разложить по полочкам и присовокупить к уже имеющимся данным и решить, как же быть дальше. Извечный вопрос «что делать?» в истинно женской интерпретации.