Именно с первым изданием этой книги у моих друзей и знакомых происходили абсолютно одинаковые истории. Ну, типа, парень лежит на диванчике, читает, временами ржет, временами хлопает себя по ляжкам со словами «ай да Висыч, ай да сукин сын», на каком-то этапе не выдерживает и, несмотря на мои строгие предупреждения, спешит зачитать жене или подружке избранные места из моего хулиганского опуса, скажем, что-то из этой самой главы.
Реакция всегда одинакова: девчонка начинает нервничать и говорить, что это не про нее. Может, Машка и такая, а я совсем не такая, и вообще я сейчас обижусь.
Если хочешь, попробуй сам, только не говори, что тебя не предупреждали :-).
Размышления в отрыве от какого-то конкретного предмета женщину тяготят и даже иногда пугают. И хотя она может довольно тонко разбираться в психологии отношений и рассуждать на различные темы, практически всегда за ее рассуждениями стоит какой-то источник информации, который она просто складно повторяет слово в слово.
К самостоятельному мышлению и извлечению независимых выводов способны очень и очень немногие женщины, а те, кто способен, добиваются в жизни больших успехов.
Мужчина способен к быстрому анализу новых ситуаций и к принятию по ним новых решений. Это его работа, такая работа ему «в кайф». Женщина на такой работе чувствует себя некомфортно, ее любимая работа – совершенствование известных решений.
Юрий Мухин
Кстати, это хорошо видно уже у детей. Умеющие мыслить самостоятельно мальчики склонны играть на открытых больших территориях, причем играть в общественные или командные игры, где каждому приходится оценивать постоянно изменяющуюся ситуацию, принимать решения и брать на себя ответственность за их выполнение. При этом каждый свободен в выборе, и часто только от его выбора и зависит выигрыш и победа. Это может быть любая игра – как «казаки-разбойники», где каждый сам за себя, так и футбол, где независимые индивидуумы составляют одно целое – команду.
Таким образом, мужское мышление позволяет мальчикам (и, наверное, даже заставляет их) действовать на оперативных просторах, часто захватывая и борясь за них, сохранять свободу выбора для себя, при этом соблюдая интересы команды.
Девочки же не испытывают таких потребностей и склонны играть в укромных уголках маленькими группами по два-три человека. Игры их обычно подразумевают точное соблюдение правил и повторение заученных движений (притопы-прихлопы, прыжки через веревочку, «резиночка», «колыбель для кошки», вышибалы, классики и т.п.). Правила неизменны, соблюдаются максимально четко, никаких форс-мажорных ситуаций не возникает и возникать при таком раскладе и не должно.
На первом плане часто находятся не индивидуализм или самостоятельность, а наоборот, слаженность действий участниц, их сосредоточенность и точное следование правилам. Самая бойкая девчоночья игра – это «вышибалы», но нет нужды объяснять, чем она отличается от того же футбола, и, кстати, это – единственная игра, в которую иногда играют и мальчики.
Половые различия в выборе игр наблюдаются у детей с четырех-пяти лет, то есть в возрасте половой идентификации. И отсутствие стремления к освоению новых пространств, к поиску ярко выраженного соревновательного начала во всем, что не касается «отношений», у девочек тоже наблюдается уже примерно с этого возраста.
У женщины (это – особенность пралогичного мышления плюс психология пола) обычно отсутствует само желание что-то постичь и объяснить. Ее восприятие мира как данности исключает стремление его изучать и вообще задаваться ненужными вопросами. Нет необходимости, просто не приходит в голову: ведь с детства усвоено, что именно нужно для хорошей жизни и как этого добиться. Вопросов не возникает. При достаточном наличии эмоциональных переживаний «сны о чем-то большем» подразумевают только тягу к материальным ценностям. И приземленность, и прагматичность женщины тоже объясняются именно этим.
Самостоятельность мышления (отказ от стандарта, готовность искать и принимать свежие решения) женщинам не свойственна. И даже если предпринимаются попытки сделать что-то «по-своему», решение может поменяться моментально.
Одна моя знакомая блондинка (здесь это упоминание никакого отношения к умственным способностям не имеет, чисто констатация факта – это важно для истории) несколько лет водила «Нексию», но все это время мечтала о «Лачетти». Уже был обдуман цвет будущей машины, все тонкости комплектации, уже и пара вариантов была на примете, но тут выяснилось, что ее сослуживец продает свою «Мазду». О «Мазде» в принципе мыслей не было, ее цена заметно превышала планируемую, и цвет был совсем не тот, что хотелось. Однако в целом машина понравилась, хотя и не настолько, чтобы ее покупать.
Все решил случай. С ее слов:
«Еду по Волгоградке и вижу – рядом на светофоре останавливается точно такая же „Мазда“, только серебристая. Мне стало интересно – а кто там? Заглянула – а за рулем девушка… Блондинка. Это решило все!»
Теперь ездит на «Мазде». Все действительно решилось чисто по-женски :-).
Женщина не придумывает новое, не осваивает неизвестное. Женщина смотрит, как было раньше, и старается сделать не хуже. Поэтому они и являются такими ревностными хранительницами традиций и обрядов – правда, скорее формально, поскольку глубинную суть чего бы то ни было женщина ухватить не в состоянии.
Потому еще женщина – не изобретатель, не криэйтор, а исполнитель. Она может четко соблюдать полученные инструкции и очень надежно работает в ситуациях, не связанных с необходимостью мыслить самостоятельно и нестандартно.
Вот как высказывался гениальный Генри Форд – по другому, правда, поводу, но с тем же смыслом:
Однообразная работа – постоянное повторение одного и того же, одним и тем же способом – является для многих чем-то отталкивающим. А для меня уже сама мысль об этом полна ужаса…
Кропотливая и однообразная работа без элемента творчества мужчине в принципе противопоказана. А вот из женщин получаются прекрасные лаборанты, бухгалтера, различные учетчики и техники. И любая работа, связанная с точным выполнением последовательности определенных действий, как бы нудна и скучна она ни была, женщиной будет выполняться идеально.
Это мы и видим в повседневной жизни: всюду, где необходим учет, рутинный контроль над процессом, постоянные подсчеты, мелкая нудная работа, конвейерное выполнение одинаковых заданий, – всюду на таких работах превалируют женщины.
По рассказу Ю. Мухина, на одном из предприятий, где он работал, в лаборантском отделе были сплошь женщины, а в гаражах – сплошь мужики. И хотя в лаборатории постоянно требовались люди, работа там оплачивалась выше, чем водительская, и была не в пример комфортнее – в помещении, в тепле, в белом халате, однако мужики туда не шли, предпочитая иметь дело с дорогами и машинами. На вопрос, почему так, один из них со свойственной простому человеку прямотой ответил: я там эти колбочки перебирать на второй день е…нусь.
Кстати, о дорогах. Сейчас каждый третий водитель – женщина, так что статистика собрана вполне серьезная. Так вот, хотя женщины водят машину, как правило, старательнее и аккуратнее, чем мужчины, однако в процентном соотношении в аварии попадают чаще. То есть инструкции (Правила дорожного движения) женщина соблюдает четко, следуя заданному стандарту. Но в любой нештатной ситуации (колесо пробило, кто-то резко «подрезал», кошка выбежала на дорогу и т.п.) женщина сразу теряется и оказывается не в силах принять нужное решение. Сами дамы говорят, что в экстремальных ситуациях первое, что хочется сделать, – это все бросить, закрыть руками лицо и завизжать.
На эту тему я поговорил с одним знакомым сотрудником ДПС.
Мужики водят отчаяннее, сказал он, но соображают быстрее. Бывает, расходятся просто в миллиметр, каждый как-то в секунду руль вывернул – и готово, разлетелись, а то бы была гора трупов. А девчонки, бывает, то по телефону болтают, то в зеркало смотрятся, то с подружками веселятся, то просто не могут сообразить, кто кому дорогу уступить должен…
Повышенную аварийность женского вождения можно еще объяснить и отличным от мужского уровнем развития полушарий головного мозга, в связи с чем женщины почему-то путают «лево» и «право». Это звучит анекдотично, но если ты спросишь своих знакомых дам, то убедишься, что с этим почти у всех проблемы.
Ехал я с подругой на такси. Адрес и дорогу не знал, она таксисту подсказывала, куда ехать. Таксист – ну, типичный таксист старой закалки – пожилой мужик.
Апогей: Т-образный перекресток, подъезжаем по ножке.
Таксист: Куда? (притормаживая метров за 10 до пересечения)
Подруга: Налево!
Таксист поддает газу и уверенно поворачивает… направо.
Машина уже выходит с дуги на прямую, и тут подруга говорит: Ой, то есть направо!
Таксист (совершенно невозмутимо): Не первый раз женщину везу…
http://www.anekdot.ru
Если женщина мне объясняет дорогу или проезд, то я, записывая, там, где она говорит о повороте налево или направо, ставлю маленький вопросительный знак. И уже затем, на месте, еще раз уточняю у прохожих, куда именно надо поворачивать. Ошибки встречаются в половине случаев :-).
Скорее всего виной тому еще и особенности женского и мужского зрения, потому что у мужчины зрение построено по схеме «хищника». Мужчина – традиционно охотник, воин, бродяга, большую часть времени пребывает на открытых пространствах, он лучше замечает то, что творится вдали, у него менее развито боковое зрение, сильнее – дальнее. Это очень важная особенность хищника, защитника и охотника: раньше заметил – скорее упредил.
Женщина же, как существо, большую часть времени пребывающее в защищенном замкнутом пространстве, обладает зрением по «травоядной» схеме – это позволяет ей сосредотачиваться на мелочах, видеть большее, но зато в меньшем диапазоне, вблизи. А хорошо развитое боковое зрение также обеспечивает возможность раньше заметить хищника, если он вдруг решится напасть сбоку или даже немного сзади.