Уставился, оторопев, не веря глазам… Что за глупая шутка?
…Глубокая ночь, тишина. Спит дом, спит город. Иногда под окнами проедет автомобиль, и снова наступает тишина.
Человек все еще сидит за письменным столом и рассматривает цветной постер.
Там изображен человек, полулежащий в ванне. Человек мертв, заколот ножом. Мучительная поза, склоненная голова.
Жак Луи Давид «Смерь Марата».
На лицо мертвого человека наклеено лицо хозяина кабинета, вырезанное из фотографии. И получается, что убитый в ванне – не Марат, а он сам.
Отвратительное зрелище. Причем он улыбается и смотрит на зрителя, что создает тошнотворный диссонанс с мучительно изогнутым телом…
Человек сжимает кулаки, чувствуя, как накатывает приступ бешенства; он скалит зубы и смотрит, смотрит, бормоча ругательства. Он не может отвести взгляд от улыбающегося лица мертвеца в ванне, своего собственного…
Не в состоянии удержаться, резким движением руки он смахивает со стола постер, чернильный набор, блокнот, серебряный стакан с карандашами.
Все с грохотом летит на пол. Картинка неторопливо планирует в воздухе и тоже опускается на пол.
Мертвый человек в ванне с лицом хозяина кабинета улыбается, глядя на хозяина кабинета…
Глава 10Дождь в парке
…Всю неделю
Скучной серою стеной
Сеет, сеет, как сквозь сито,
Серый дождик затяжной…
Лара и Кирилл завтракали в кухне. Мюсли и кофе.
– Хочешь, пообедаем вместе? В пиццерии «Паста-баста». Леночка говорит, там классные десерты. Вам, девушкам, главное десерты! – Кирилл рассмеялся. – Знаешь, где это?
Леночка – секретарша Кирилла.
Лара покачала головой:
– Я плохо знаю город. То ремонт, то мебель…
– Надо будет устроить тебе экскурсию. Это на площади, слева от театра. У входа стоит пианино…
– Настоящее? – удивилась Лара.
– Настоящее! Облезшее, старое, но, знаешь, что-то в этом есть. Какое-то ощущение подлинности, красивое ретро. В два часа. Нормально?
Лара кивнула.
– Ларка, ты у меня красавица, – вдруг сказал Кирилл. – Мужики все глаза обломали.
Он взял руку жены, прижал к губам.
Лара сглотнула и попыталась улыбнуться:
– Не выдумывай!
– Пошли! – Кирилл стремительно поднялся из-за стола, не выпуская ее руки.
– Кирилл, ты опоздаешь! – Лара попыталась его образумить.
– К черту! Подождут! – Он обогнул стол, притянул ее к себе; Лара закрыла глаза. – Пошли!
…– Поспи еще! – Кирилл одевался. – Погода паршивая, дождь. Но только утром, а потом обещали солнце. В два встречаемся в ресторане с пианино. – Кирилл наклонился и поцеловал Лару. – До встречи, моя девочка!
Лара попыталась улыбнуться; она смотрела на Кирилла, в который раз думая, что он очень красив. Хорошие черты лица, хорошая улыбка, фигура атлета. Потом отвела взгляд и спросила себя: почему? Что ей нужно? Чего не хватает? Умные люди говорят, что любовь – роскошь, вроде… «Бентли», достаточно легкой приязни, какой-нибудь «Субару» или «Тойоты». Любовь вроде жернова, привязанного к ногам, – ни шагу в сторону. Тяжелое мрачное чувство… А ревность!
Она поежилась. Кирилл ревнив, приходится оправдываться за взгляд на чужого человека, за смех от чужой шутки, за выключенный нечаянно айфон…
Оправдываться и доказывать любовь. Лезть из кожи вон. Она слабохарактерная, не выносит скандалов, соглашается с ним, позволяет ему… да, да!
Ну уж такая она есть! Кирилл был завидным женихом, за ним многие бегали. А обломилось ей. Потому что не бегала.
Она помнит, как он пригласил ее на ужин, а она забыла и не пришла. Даже близкая подруга Слава уверена, что она дразнила Кирилла, вызывала его интерес…
Но она действительно забыла! Он был ей не нужен.
Он позвонил утром и резко высказал свое неудовольствие. Она бросила трубку. Он перезвонил через пять минут и уже спокойно спросил, почему она не пришла.
Она извинилась и честно сказала, что забыла.
Он сказал: «Тогда сегодня?»
Она согласилась.
«Дура, хватай и держи, – сказала Слава. – Такие мужики на улице не валяются».
Какого тебе еще рожна? Не любишь? Полюбишь! Достаточно приязни… А если нет даже приязни? Если даже звук голоса вызывает отторжение? Хватит!
Она слышала, как захлопнулась входная дверь. Свернулась клубком, натянула на голову одеяло. Построила свой маленький закрытый мирок. Спряталась. Лежала и думала. Улыбнулась невольно, вспомнив фотографа… Дипломированного! Ивана Денисенко и шумного громогласного журналиста из «Вечерней лошади»! Странное название… С его глупыми анекдотами.
Как его? Леша Добродеев! Олег Монахов сказал, он пишет под псевдонимом Лео Глюк.
Олег, большой, спокойный, вызвался помочь, носил тарелки… Они болтали ни о чем в кухне. Он оставил свою визитку – предложил показать город. Она снова улыбнулась, вспомнив прикол из далекой юности, когда парни делали вид, что они приезжие, и просили показать город, а девочки делали вид, что велись. С ним легко…
Кирилл смеялся: «Представь себе, он воображает себя великим сыщиком и у него есть свой сайт. Правда, клиентов нет. Еще бы! Сыщик!»
Артур Ондрик ей понравился – интересная личность, помогает пробиться молодым талантам, с прекрасными манерами и прекрасной речью. Кириллу он тоже нравится, он думает выдурить у него картину Марка Риттера.
Выдурить! В этом весь Кирилл! Удовольствие от покупки еще больше, если удастся «выдурить». Артур сопротивляется, но так еще интереснее, просыпается азарт.
«Ты меня знаешь, – сказал Кирилл, – я его дожму. Нам в гостиную очень подошла бы „голубая женщина“. Посмотри в Интернете про Марка, там есть его картины…»
Через час примерно Лара поднялась.
За окном было сумрачно и шел дождь. Послонявшись по квартире, она сделала себе кофе, села у компьютера и стала искать сайт частного детектива Олега Монахова.
Зачем? Она не сумела бы ответить, просто так. Что-то было в нем надежное… как в том толстом американском сыщике, который тоже любил пиво, а еще орхидеи. Он вызывал в ней любопытство. Интересно, что он написал о себе.
Вскоре она нашла сайт Монаха. Он назывался «Бюро случайных находок».
«Разве бывают неслучайные находки?» – с удивлением подумала Лара. Все находки случайные. Странное название. Вроде «Вечерней лошади».
Тут же была фотография: здоровенный бородатый амбал, прищурившись, смотрит прямо тебе в глаза. Улыбается. Руки сложены на мощной груди. Надежный. Психолог, математик, философ и путешественник…
И что же он тут предлагает и обещает? Лара углубилась в чтение.
Текст был короток, прост и незатейлив – никаких звезд с неба. Она прочитала его раз, другой…
«Здравствуйте, друзья! Меня зовут Олег Монахов. Я психолог, математик, мыслитель и путешественник. За свою долгую и пеструю жизнь я встречался с разными людьми, попадал в критические ситуации, иногда прощался с жизнью – было и такое… И сейчас я с уверенностью говорю вам: я могу помочь! У меня есть ответы на многие вопросы – приходите и спрашивайте. Попробуем разобраться в ваших проблемах вместе. Запомните, нет безвыходных ситуаций. Вернее, есть, но их мало. Иногда кажется, что все! Тупик, конец, безнадега! Вы растерянны, вам страшно и хочется убежать… Но проблемы придется решать, от них никуда не денешься. Давайте сделаем это вместе.
Запомните… Нет, зарубите себе на носу: жизнь всегда продолжается!»
Лара задумалась. Он предлагает помощь тем, кто в тупике… Говорит, приходите, подумаем вместе. Что-нибудь решим, не бывает безвыходных ситуаций, жизнь всегда продолжается.
Что-нибудь! Не решим, а что-нибудь решим. Что сможем. Ну да, он ведь не господь бог. Ничего не обещает… по крайней мере, честно.
В чем же смысл? Поговорить? А как же реклама? Яркие краски, клятвы, что поможет, разгребет, спасет. Или наложит порчу на врага. Уж очень скромно.
Интересно, кто ему пишет. И потом, слишком много всего: и философ, и математик, и психолог… это отпугивает. Конечно! Почти никто и не пишет.
Всего несколько писем. Два с вопросами: может ли он найти исчезнувшего человека и предвидеть будущее, и три ругательных: «Да что ты, дурак, себе возомнил? Иди работай, бездельник, двух слов связать не сможешь, толстый жлоб, на тебе пахать надо, жулик, путешественник, блин, вот и путешествуй дальше! Псевдофилософ!» Два в защиту, типа не твое собачье дело, канай отсюда, и неприличный ответ ругателя. И еще одно с вопросом: «Че сказать-то хотел, болезный?» Обращенное не то к ругателю, не то к философу.
Скорее, к ругателю, решила Лара, невольно улыбаясь.
Ох, уж эти сетевые ругатели! Дома тише воды и ниже травы, так хоть здесь душу отведут.
За окном сеял дождик и висели невразумительные серые сумерки. Капли мелко стучали в подоконник. Не похоже, что к полудню пробьется солнце. Конец августа, лето еще, а осень уже чувствуется. Унылая пора… Беспросветная. Как ее жизнь. Она почувствовала, как защипало в глазах…
Она вздрогнула от звуков вальса. Звонил Кирилл. Спросил, что она делает.
Лара ответила, что сидит у компьютера.
– Сетевой шопинг? – Он рассмеялся.
– А что у тебя? – спросила Лара.
– Небольшие проблемы, – сказал Кирилл, – так что с обедом ничего не выйдет, не обижайся. Да и дождь… а обещали солнце.
– Я понимаю, – сказала Лара. – А как же ты без обеда?
Заботливая супруга, а как же.
– Я выскочу перекусить в кафе рядом, не волнуйся, – сказал муж. – Целую!
И отбой.
Лара с облегчением отложила телефон и снова посмотрела в окно. Ей пришло в голову – если бы Кирилл не был так занят собой, он бы заметил, как ее корежит при одном его прикосновении…
…Дождь, кажется, прекратился, в природе посветлело. Она выключила компьютер, схватила с вешалки в прихожей плащ и сумку и выскочила из дома.
Она не понимала, почему так спешит. Она чувствовала себя зверьком, вырвавшимся из клетки. Сердце колотилось; задыхаясь, она летела по ступенькам, ударяясь плечом в стены, торопясь неизвестно куда и зачем.