— Мысль об этом не спасет меня сейчас, керима.
В тоне Чаллена было столько тоски, что Тедра уже хотела передумать. Его желание возбуждало ее, что казалось странным, поскольку с другими мужчинами она не испытывала ничего подобного. Но Тедра решила не упускать такую шикарную возможность отомстить варвару за то, что из-за него ей пришлось нацепить ненавистное чаури. Ничего, они позже наверстают упущенное удовольствие!
Тедра шагнула к варвару и нахально провела пальцем по его открытой в вырезе комтока груди — от того места в центре, где висел большой золотой медальон, вниз, почти до самого пояса браков.
— Радуйся, что я образумила тебя, Чаллен! Если бы ты вернулся к себе в кабинет после долгого отсутствия, каждый воин сразу бы понял причину, по которой ты заставил всех ждать, и тебе было бы неловко, верно? А так все решат, что ты вывел меня из своего рабочего кабинета, отругав за вторжение в неположенное место, — только и всего.
— Женщина, никому из ожидающих меня воинов и в голову не придет, что у меня могут быть иные причины, кроме той, что есть на самом деле. Тем паче после того, как они увидели тебя собственными глазами. Но ты, похоже, в курсе, что мой кабинет — запретная для тебя зона?
Тедре безумно хотелось солгать. Тем более что в глазах воина засветился огонек предвкушения ответной мести. Нахмурив брови, она отступила, но слишком долго промедлила с ответом, позволив Чаллену угадать истину.
— Ты, я вижу, прекрасно запомнила правила, которые могла бы и забыть по желанию воина. Ну а я прекрасно помню, что бывает, когда правила нарушаются.
Тедра лязгнула зубами.
— Если ты говоришь о наказании, Чаллен, то можешь наказывать меня хоть сейчас, черт побери! Не моя вина, что ты весь воспылал, увидев проклятое чаури, которое я просто ненавижу!
Варвар усмехнулся. Теперь веселость Тедры перешла к нему.
— Можешь думать как хочешь, керима, но не в этом причина моего внезапного влечения к тебе. Я каждый день вижу женщин, одетых, как ты сейчас. Но ни разу не испытывал столь сильного порыва наполнить их моим жаром, какой испытываю сейчас из-за тебя.
— Но твой порыв возник только потому, что я одета в соответствии с вашими представлениями о норме. Признайся, Чаллен! Значит, в этом все же виновато чаури.
— Не стану отрицать, что нахожу тебя красивой и желанной в одежде капистранских женщин, но, однако, не более красивой и желанной, чем без одежды вообще. — Щеки Тедры запылали. — Не стану отрицать также, что до сих пор надеюсь на то, что ты передумаешь и все-таки пойдешь со мной в спальню.
— А если я соглашусь, ты забудешь наказать меня за появление в неположенном месте? — спросила Тедра, мрачно подумав при этом, что шантаж имеет место быть на всех планетах.
— Нет, не забуду.
Такого ответа она не ожидала.
— Что ж, по крайней мере честно, — недовольно сказала Тедра. — При сложившихся обстоятельствах я думаю, ты понимаешь, почему у меня нет настроения соглашаться?
— Конечно.
Чаллен кивнул и пошел обратно в кабинет.
— Подожди минутку! — Она поймала его за руку, — Как я уже сказала, наказывай меня сейчас! Я не хочу провести остаток дня в томительном ожидании.
При этих словах золотая бровь воина насмешливо поползла вверх.
— Не ты ли мне только что говорила, что до восхода луны осталось всего несколько часов? Потерпи, керима, и ты получишь тогда свое наказание, но не раньше.
Испепелив воина взглядом, Тедра развернулась на своих голых пятках и пошла прочь, заметив с отвращением, что Джелла скрылась, не дожидаясь раздачи наказаний. Умная девочка!
— Женщина!
— Что? — огрызнулась Тедра, резко обернувшись и нацелив на Чаллена тот же убийственный взгляд.
— Если бы я предупредил тебя, что в палату петиций заходить нельзя, ты не стала бы нарушать запрет, верно?
Это был спорный вопрос, но она спросила:
— И что из того?
— Ты ослушалась предупреждения не воина, а всего лишь дарашийки. Такой маленький проступок требует маленького наказания. Так что у тебя нет причин с ужасом ожидать его.
Сказав это, Чаллен исчез в запретной для женщин комнате. Тедра удивленно уставилась на закрытую дверь. Что это? Варвар пообещал, что ее наказанием будет всего лишь легкий шлепок. Он мог и не говорить этого! Однако все же сказал, потому что не хотел, чтобы она сильно беспокоилась.
Тедра улыбнулась, почувствовав, что все ее существо переполняется невероятной нежностью и теплотой. Ей хотелось смеяться от радости. Ей хотелось вызвать Чаллена и сказать ему, что она все-таки передумала и согласна идти в спальню. Но она не сделала ни того, ни другого. Конечно, Тедра оценила заботу Чаллена. Но он не должен забывать, что в его мире есть такие вещи, которые ее возмущают и с которыми она не собирается мириться, коль скоро они затрагивают ее интересы. Пусть знает, как сильно она ненавидит эти их чаури! Может быть, он все же сделает для нее исключение, разрешив носить что-либо более приемлемое?
Глава 23
Джелла так и не появилась, и Тедре пришлось продолжить знакомство с замком самостоятельно. Но вскоре она заскучала без объяснений дарашийки: ей было непонятно назначение комнат, по которым она проходила, и положение встречавшихся по дороге людей. У нее в запасе было не слишком много планов на остаток дня: либо вернуться в спальню Чаллена и бездельничать там до вечера, либо пойти в ту просторную комнату, через которую она проходила недавно, и служившую, очевидно, местом посиделок для женщин — по крайней мере свободных женщин. Там были сироты, вдовы, старухи, пережившие своих детей и мужей. Все они находились под покровительством у шодана и сидели сейчас в гостиной, судача друг с другом и неторопливо работая иголкой.
Тедра не могла представить себя среди них, особенно после того не слишком дружественного приема, который они ей оказали. Некоторые из этих свободных женщин поздоровались с Тедрой, не скрывая холодного безразличия. Однако торчать в спальне ей тоже не очень хотелось. Поэтому Тедра предпочла отмести оба варианта и выбрать третий: она уже осмотрела замок, теперь она осмотрит город!
Принять решение оказалось легче, чем его осуществить. Правда, после некоторых поисков Тедра забрела в совершенно пустую комнату на первом этаже, откуда можно было выбраться наружу через одно из открытых окон. Следующим препятствием были ворота, но, когда Тедра вылезла через окно на задний двор, там она увидела другие ворота, не такие широкие и не столь запруженные гужевым транспортом. На задний двор доставлялись грузы, и здесь были в основном одни дарашийцы. Мужчины и вовсе не заметили Тедру, а женщины просто взглянули на нее с любопытством.
Не теряя времени даром, Тедра пересекла широкий двор и проскользнула в открытые ворота. Вскоре она уже пожалела о том, что рискнула выйти босиком, но не в ее характере возвращаться назад из-за такого пустяка, как стертые ноги!
Выйдя из ворот, она попала на рынок: во всю длину улицы шли торговые ряды. Каждый продавец по крайней мере половину своего товара выставлял перед магазином. Тут было все: от еды и одежды до ювелирных изделий и оружия. Товары лежали на столах, в тележках, корзинах и ящиках, а то и просто на одеялах по обочинам дороги. Конечно, в самих магазинах товара было еще больше. Там, вероятно, продавались более дорогие вещи. Но даже здесь, на улице, Тедра видела настоящее изобилие.
Она с облегчением заметила, что покупателями и продавцами на рынке были тоже в основном одни дарашийцы. Однако несколько свободных женщин ходили от прилавка к прилавку, их яркие плащи, завязанные на шее, спадали на плечи. Тедра с удовольствием завернулась бы в плащ, если бы он у нее был. Но для этих женщин, видимо, было вопросом чести выставлять напоказ свои чаури, ведь чаури были знаком свободы. Свободы до некоторой степени, так как все они ходили в сопровождении одного или двух воинов.
Тедра быстро сообразила, что, держась поблизости от какой-нибудь дамы со спутником, она меньше привлечет внимания, поскольку со стороны будет казаться, будто воин дамы сопровождает и Тедру.
Выбрав одну пару, Тедра последовала за ними. При этом она старалась не попадаться на глаза воину, идя за его спиной: он-то не знал, что сопровождает двоих! Так она могла преспокойно осматривать все достопримечательности рынка.
Но прошло не больше пяти минут, как на плечо Тедры легла могучая рука. Рука развернула ее, и Тедра поняла, что ее экскурсия по рынку закончена, еще до того как увидела перед собой двух воинов. Один стоял, глядя на нее с ухмылкой сверху вниз, лицо другого выражало недовольство. Тедра не видела этих воинов раньше, но оба были типичными гигантами, хотя и не такими огромными, как Чаллен, — просто много больше ее. Она решила, что справится с ними, если дойдет до драки. Как же им удалось вычислить ее, если Тедра все время держалась за воином и его дамой? А может, они просто хотят по-дружески поболтать?
Остановившись на последнем предположении, Тедра сказала:
— Да?
— Она говорит «да», — ухмыляющийся воин сказал это вроде бы самому себе, а затем обратился к ней: — Женщина, у тебя было достаточно времени, чтобы выбрать. Но ты не воспользовалась возможностью запросить покровительства у одного из нас, и я заказываю тебя.
— О звезды небесные! Неужели мне предстоит пройти через это снова? — с отвращением воскликнула Тедра.
Шакаанец, продолжая ухмыляться, подошел к ней вплотную. Но Тедра перехватила инициативу и сама схватила воина за руку, резким движением заломив ее за спину. Теперь гигант оказался в позиции, не слишком удобной для заказа.
— Не принимай это на свой счет, воин, — спокойно сказала Тедра огромному детине, без малейшего напряжения удерживая его в полной неподвижности. — Но я, можно сказать, уже заказана или, по крайней мере, занята на ближайший месяц. Теперь ты понимаешь, почему я не могу пойти с тобой? Моему воину не понравилось бы это, и мой долг — предупредить твои попытки увести меня.