Ратников, естественно, раскрыл милиции механизм поиска важного свидетеля. Ведь в его задачу входило снять клиентку с «милицейского крючка». Нина Николаевна, вдохновленная тем, что дело сдвинулось с мертвой точки, демонстрировала прямо-таки истерическое оживление, и Сухарев по секрету признался, что проявление ее эмоций носит порой весьма экстравагантный характер. Уточнять, в чем заключается экстравагантность, он, правда, не стал.
Между тем Дима вернулся к делу Жанны и Ольги Гладышевых.
– Этот Вадим Хабаров, – продолжил он, – ведет себя как-то странно.
– Он мог действительно встречаться с девушкой, но не убивать ее, – предположил Коля Михеев. – Возможно, отсюда все странности поведения. Представляешь его состояние?
– Смутно, – признался Дима. – Меня еще ни разу не подозревали в том, что я кого-то грохнул.
В этот момент из своего кабинета в приемную просочился Ратников.
– Так, мальчики-девочки, – сказал он, нервно потирая руки. – Известно ли вам, что понедельник – день тяжелый?
– У Сухарева какой-то облом с фотографом? – мгновенно насторожилась Лиза.
– Да нет, Сухарев пока сидит и ждет. Дело совсем в другом. Неприятности у нас другого толка, дорогие мои. В субботу погибла Ольга Гладышева.
– Как?! Вторая сестра? Наша клиентка?! – завопил Михеев и стукнул кулаком по столу. – Гадство!
– Предположительно – несчастный случай. Упала в своей собственной квартире и стукнулась виском об угол журнального столика. Или не сама упала. В любом случае нам придется искать убийцу ее сестры самостоятельно.
– Черт побери! – внес свою лепту в общее тревожное оживление Дима. – Ничего себе – неприятности…
Лиза нервно поежилась. Ольга Гладышева! Та самая дамочка, которая так ей не понравилась. Надменная, неуступчивая… Первая клиентка детективного агентства, которую она видела в своей жизни…
– Дело об убийстве Жанны Гладышевой все еще не закрыто, – продолжал Ратников. – Неизвестно, кто и почему расправился с девушкой.
– И что? – неприязненно спросил Михеев. – То есть теперь, когда старшая сестра умерла, мы будем продолжать расследование просто из идейных соображений? А платить нам никто не будет?
Лиза укоризненно взглянула на него, но он только рукой махнул:
– Все равно меня никто не послушает!
– Никакой благотворительности, – успокоил его Ратников. – Вадим Хабаров, подозреваемый номер один, только что звонил мне по телефону. Он просит найти настоящего убийцу. И Жанны, и… Ольги.
– Ты же сказал – несчастный случай!
– Предположительно. У двух этих женщин не было родственников, а Хабаров до последнего времени числился у Ольги Гладышевой кандидатом в мужья. Он же и нашел тело. И разумеется, попал под подозрение. Сами подумайте – такое удивительное совпадение! Я еще поражаюсь, что он до сих пор на свободе. Его могли бы задержать до выяснения…
– Хорошо, что не задержали. Кто бы нам платил? – пробормотал Михеев. – Везет нам на главных подозреваемых.
– Итак, Вадим Хабаров – наш новый клиент. Против него у милиции действительно кое-что есть. Эксперты вынесли заключение, что Жанна находилась в машине Хабарова именно в той самой одежде, в которой ее убили. На полу в салоне нашли ее браслет.
– Черт бы побрал этого Хабарова. На что, интересно, он рассчитывает? – возмутился Дима.
– Сейчас он придет и расскажет, на что рассчитывает, – пожал плечами Ратников. – И не пыли. Если мы беремся за его дело, будем исходить из того, что наш клиент невиновен. Можно подумать, ты не знаешь, как иногда складываются обстоятельства. Или даже подтасовываются улики.
– Теперь, значит, мы будем искать врагов Хабарова? – спросил Михеев.
– Он утверждает, что у него нет врагов.
Все одновременно хмыкнули. «У меня нет врагов!» – эта фраза звучала в стенах агентства, словно некое заклинание. С нее начинал рассказ о своих проблемах практически каждый клиент.
Вадим Хабаров появился в офисе «Партнера» ближе к вечеру. Он вошел с дождя изрядно промокший и, наткнувшись на Лизу, слегка растерялся. Она тут же пришла ему на помощь:
– Здравствуйте, проходите, пожалуйста!
Вадим кивнул и, стряхивая на коврик капли с зонта, снимая плащ, все глядел на нее с настороженным любопытством. Лиза не улыбнулась. Она посчитала, что подбадривать улыбкой человека, которого подозревают в двух убийствах, по меньшей мере, нелепо.
Лиза постучала в кабинет Ратникова, и тот появился на пороге, приглашая посетителя войти. При этом он показал жестом, чтобы Лиза присоединилась к ним.
– Валерий Ратников, – он протянул Хабарову для пожатия свою аристократическую руку, затем представил: – Моя помощница, Лиза Левашова. Мы готовы вас выслушать, присаживайтесь, пожалуйста.
Вадим взглянул на Лизу немного внимательнее, та ответила твердым, чуть вприщур, взглядом.
– Лиза славится собственным, авторским подходом к расследуемым делам, – поторопился пояснить Ратников. – У нее есть своя методика. В вашем случае это может оказаться полезным.
– Да, не исключено. – Вадим даже не пытался скрыть своего плохого настроения. – Возможно, вам покажется, что я немного не в себе, но вы должны меня простить. Если бы не счастливая случайность, я сейчас наверняка уже был бы схвачен и посажен в тюрьму.
– Вот как? – Брови Ратникова взлетели вверх. – Вы должны рассказать нам все максимально подробно.
– Понимаете, я встречался с Жанной накануне ее гибели. И скрыл это обстоятельство от милиции. Но оказалось, подруги девушки видели, как она села в мою машину.
– Подождите, вы сказали – счастливая случайность. Что же в этом счастливого? Свидетели показывают, что накануне смерти Жанна села в вашу машину…
– Сейчас я все объясню. Дело было так. Жанна с двумя своими подругами первого числа отправилась вечером к моему офису. Девушки уверяют, что ждала она именно меня, а они просто составляли ей компанию.
– Откуда Жанна знала, когда вы появитесь? – подала голос Лиза.
– Днем я говорил Ольге о том, что у нас намечается вечеринка, и Жанна наверняка слышала, что я задержусь на работе примерно до одиннадцати. Не знаю, с каким запасом времени она явилась, но караулила до позднего вечера. Однако едва не прозевала. Когда я выехал со стоянки, она буквально бросилась мне под колеса.
– Вы остановились?
– Разумеется! Она забралась в салон, устроилась на переднем сиденье. Две другие девушки это видели.
– Плохо.
– Отвратительно. Тем более плохо, что они не углядели, как за поворотом я притормозил и выставил Жанну на улицу.
– Почему? – живо спросил Ратников. – Почему вы ее выставили?
– Хм. Днем Жанна подслушала наш с Ольгой разговор. Узнала о том, что мы решили расстаться… Вернее, я решил. Это решение не было спонтанным, оно зрело давно, так что… Все равно получилось, что я ее бросил.
– А почему вы ее бросили? – вмешалась Лиза.
Она спросила так просто, что он не стал уходить от ответа.
– Потому что Ольга твердо решила выйти за меня замуж.
– А вас это не устраивало?
– Нет, не устраивало.
– Почему?
– Потому что жена – это та женщина, которая меня любит, а не та, которая проживает в моей квартире.
Хабаров был обаятелен даже во взвинченном состоянии. У его глаз был теплый золотистый оттенок. Лиза серьезно кивнула. Вероятно, такое объяснение ее удовлетворило.
– Жанна явилась, чтобы выразить свое возмущение? – предположил Ратников.
Бомбардируя Хабарова наводящими вопросами, он не давал тому передышки.
– Черта с два! – Хабаров поднял на собеседника злой взгляд. – Ей было наплевать на наши с Ольгой отношения. Вернее, не совсем наплевать. Я вот тут подумал: может быть, она меня разыграла? Ведь было первое апреля…
– Разыграла? – вырвалось у Лизы. – В каком смысле – разыграла? Что она вам сказала?
– Она сказала, что была бы не против занять место своей сестры.
– В вашем сердце?
– Если бы! В моей постели.
Ратников присвистнул.
– Я понимаю, в это трудно поверить, – начал было Вадим, но Валерий его перебил:
– Отчего же? В это очень легко поверить. Нельзя сбрасывать со счетов современные нравы, как бы пафосно это ни звучало. В семнадцать лет девушки завоевывают мировые подиумы, становятся актрисами и содержанками… Кроме того, я видел фотографию Жанны Гладышевой. А наш сотрудник видел ее, так сказать, живьем. Так что я легко могу поверить в то, что вы рассказываете.
– Собственно, я обратился в ваше агентство потому, что это именно вы следили за Жанной. Вы в курсе дела, вы общались с Ольгой… Однако есть один вопрос, который мы должны прояснить с самого начала.
– Что за вопрос? – уточнил Ратников, сложив руки перед собой. Руки у него были спокойными, они не волновались по пустякам, не перебегали с предмета на предмет, не теребили хозяйское ухо или пуговицу. Такие руки бывают только у очень уверенных в себе людей.
– Вы должны с самого начала рассеять недоразумение со слежкой. Ваш человек, который следил за Жанной по заданию Ольги, уверял, что в тот день я встречал девушку возле здания факультета. Но это неправда. Это был не я, а кто-то другой.
– Возможно, это и был убийца, – тотчас сказал Ратников. – Я даже допускаю, что он знал о слежке. И воспользовался вашей машиной, ключами от квартиры и одеждой.
– Скорее всего Ольга о чем-то догадалась, – предположил Вадим. – Что-то ее встревожило. Она позвонила мне для того, чтобы срочно о чем– то рассказать, но, пока я ехал, ее уже убили. На сегодняшний день милиция исключает несчастный случай. Удар был такой силы, что… Ну, вы понимаете… На нее кто-то напал.
– Все-таки вернемся к маскараду, который устроил предполагаемый убийца. Напрашивается вывод, что вас подставил тот, кто знал, что частный сыщик будет следить за Жанной. Отсюда вопрос: кто знал, что Ольга обратилась в частное детективное агентство?
– Думаю, мало кто знал. Я и сам тогда не знал, понимаете? Вот Ивану она сказала. Накануне. Иван Болотов – это мой друг со школьных лет. И муж моей сестры.