Вскоре «газель» остановилась. Похититель так и сидел на ней, ожидая чего-то или кого-то. У Марии чудовищно болела голова, и ей было очень страшно. Она уже и думать забыла и о GPS-маячке в своем каблуке, и о своем желании спасти сестру. Сейчас ей просто хотелось, чтобы вся эта боль, весь этот кошмар оказались всего лишь страшным сном, который ей приснился в автобусе по дороге с работы.
— Ты чего там так долго вошкался? — раздался голос снаружи.
— Да эта шмара не хотела в кузов лезть, пришлось уговаривать, — ответил сидевший на Марии мужчина. В голове у нее еще шумело, и слышала она с трудом.
— Короче, палево это, вот так их ловить. — Второй похититель залез внутрь кузова, и теперь девушка могла рассмотреть его грязные ботинки.
— Ну, ты это, не очкуй. Там камер не было нигде, и темно еще. — Первый поерзал на ней, но не встал.
— Угу, сидят там овцы, чифирят, в окна зенки лупят, а тут ты такой красивый шкуру контузишь. Норм, чего.
— Ты чего меня грузишь? Мне, что ли, вот так вперлось все сегодня сделать?
— Ладно, ладно. Исполнили уже, чего теперь-то… А она в натуре сестра той?
— Ну, похожа. — Сидевший на Марии встал и, схватив девушку за волосы, поднял ее голову.
Мария попыталась сфокусировать взгляд, но боль только усилилась, и к горлу все интенсивнее подкатывала тошнота. Она уже узнавала голоса похитителей, хотя все еще пребывала в тумане от побоев.
— Да вообще один в один, — сказал второй.
Первый отпустил ее волосы, и Мария мешком упала на пол. Слезы двумя ручьями текли у нее по лицу.
— Н-да… — снова подал голос второй, — походу, понравилась Ему ее сестренка.
— Угу. — Первый легонько ткнул Марию ботинком. Затем он нагнулся и, снова схватив ее за волосы, потащил вглубь кузова. Девушка закричала от боли, но кляп надежно заглушал ее голос. Затянув ее в угол, первый начал приматывать ее к кузову, а второй тем временем стаскивал к ней какие-то тяжелые мешки.
— Не ссы, жаба, когда прижмурит, я тебя к твоей сестре приземлю, — сказал первый, закончив привязывать Марию и потрепав ее по мокрой от слез щеке.
Второй расхохотался.
— Я каждый раз угораю, — пояснил он сквозь смех первому, — как мы фундамент зимой льем. Был бы батя жив, бошки бы нам оторвал за такую стройку.
Первый усмехнулся:
— Я столько рек не знаю, в каждую кидать. Давай, короче, забрасывай ее и двинули.
Тяжелыми мешками они придавили Марии ноги, а затем накидали что-то вроде стены, надежно скрыв ее от случайных взглядов в кузов. Страх сводил девушку с ума. Единственной оставшейся у нее мыслью была мольба о том, чтобы на сигнал маячка скорее приехала полиция.
11.02.2022, 21:00
Стоящий в беззвучном режиме телефон завибрировал от пришедшего сообщения. Игорь взял мобильник и несколько секунд смотрел на пришедшую эсэмэску с набором цифр. Это были координаты места, где сейчас находится GPS-маячок, который отслеживает местоположение Марии Тимофеевой. При настройке приборчика опер задал отправление сообщений с интервалом в один час и уже успел выучить, какие относятся к дому девушки, а какие к ее работе. Омелин скопировал данные и вставил их в поисковую строку картографического приложения.
Поиск точки завершился мгновенно. Игорь несколько секунд смотрел на место, который ему отобразило приложение, пытаясь осмыслить увиденное, а его сердце уже начало биться чаще. Опер глубоко вздохнул, сделал скриншот из приложения и откинулся на стуле.
Найдя в записной книжке телефон Тимофеевой, он попытался ее вызвать, но вместо длинных гудков робот отвечал, что «аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Игорь перезвонил, но результат был такой же.
Быстро собравшись с мыслями, он набрал номер телефона Сергея Костюченко из ГИБДД. Тот ответил практически мгновенно.
— Серый, это срочно, — начал Игорь.
— Пишу. — Майор отвечал серьезным голосом, отбросив в сторону привычные для него шутки.
— Я сейчас скину тебе координаты, только что через эту точку проехала либо «газель», которую мы ищем, либо черная тачка, которую ночью ловили. Ее надо отследить, там минимум один матерый угол и заложница. Я сейчас буду поднимать СОБР.
— Я понял, организую, — спокойно ответил Костюченко.
— Серега, время прям на минуты идет, — с нажимом сказал Омелин.
— Сделаю. На связи. — В динамике раздались короткие гудки.
Следующим Игорь набрал номер телефона недавно уехавшего Кирилла Смирнова. Его коллега тоже ответил довольно быстро:
— Алло? — Голос был слегка уставший.
— Срочно возвращайся в отдел. — Тон Омелина был достаточно убедителен, чтобы Кирилл сказал в ответ: «Еду» — и разъединил связь.
Помня указания шефа, опер не стал звонить Анне Дробенко, а набрал номер телефона командира СОБРа Константина Захарова. Игорь знал этого человека шапочно, и работать вместе им еще не довелось.
— Добрый вечер, это Игорь Алексеевич Омелин от Алексея Анатольевича Евстигнеева, — представился он, вызвав скинутый начальником контакт.
— Добрый, я слушаю. Что случилось?
— Нужна ваша помощь. Чем скорее, тем лучше.
— Я понял. Соберу ребят и еду к тебе в отдел.
— Спасибо. Жду.
Опер поднялся из-за стола и прошелся по кабинету. Оставалось только ждать, в первую очередь — ответа относительно машины. Он мысленно прикинул, все ли сделал и ко всему ли готов, а потом извлек из своего стола телефон пропавшей Светланы Тимофеевой и положил к себе в куртку. Затем Игорь достал канцелярский нож и аккуратно надрезал подкладку.
Надев куртку, он вышел из отделения и у своей машины попробовал пристроить в импровизированный карман спрятанный в полости для запаски обрез — тот самый, который нашел на кладбище. От этого оружия в руках ему почему-то становилось спокойнее, чего никогда не было, например, с пистолетом Макарова. Тем не менее, вернувшись в кабинет, кобуру с пистолетом он надел тоже.
Поглядев на себя в зеркало, Игорь усмехнулся. При поддержке отряда СОБРа он мог взять с собой хоть пулемет, хоть консервный нож — и то и другое в его руках будет одинаково бесполезно, пока парни будут делать свою работу, а он — стоять в стороне.
На столе завибрировал телефон. Звонил Сергей Костюченко.
— Это «газель», выехала на М-8, на Архангельск, — доложил он. — Ждем ее на камерах в Машково.
— Понял, веди ее, — ответил Омелин.
Подойдя к окну, он посмотрел на тонкий серп луны и несколько тусклых звезд, проглядывающих сквозь сгущающиеся тучи. На улице было спокойно и тихо, без ветра и снега. В голове опера промелькнула мысль, что это затишье, за которым последует буря.
11.02.2022, 21:31
Игорь снова взял телефон. Ему предстояло сделать еще один звонок, и эмоционально это было довольно трудно. Опер набрал номер, и через несколько секунд ему ответил усталый женский голос:
— Привет, Омелин.
— Привет, Лена. Малого позови.
— Я его только спать уложила. Завтра нельзя?
— Позови, пожалуйста.
Приглушенный женский голос на том конце беспроводной линии сказал: «Миша, держи телефон, папа звонит».
— Привет, папа! — раздался звонкий детский голос.
— Привет, Мишка! — На лице Игоря появилась улыбка. — Как у тебя дела?
— Все хорошо! Ты когда приедешь?
— Пока не знаю, сынок. Надеюсь, что скоро. Как дела в школе?
— Хорошо! Мы математику учим, и русский, и рисование. Нам вчера задали нарисовать картину в подарок родителям, а я нарисовал две — одну маме, одну тебе. И мне две пятерки поставили.
— Молодец. Как маме картина, понравилась?
— Да, очень. Она ее уже на холодильник повесила.
— Здорово! А в остальном как учеба?
— Все хорошо, папа, я же говорил!
В кабинет Омелина постучались. Игорь выглянул за дверь и увидел там стоящего Кирилла Смирнова. Жестом пригласив коллегу заходить, он попросил сына:
— Ладно, Миша. Ко мне тут по работе пришли.
— Хорошо! Папа, с тобой мама еще хочет поговорить! Мама, там к папе по работе уже пришли!
— Ничего, перетопчутся. Омелин, ты что, опять за старое? Тебе уже не двадцать лет, под пулями бегать.
— Да все будет нормально, Лена. Просто позвонил поговорить.
— За дуру не держи. Знаю я твои звонки.
— Все будет хорошо.
— Вернешься — позвони.
— Напишу, а то, может, поздно будет, спать будете. Давай, малому привет.
11.02.2022, 21:45
Кирилл Смирнов вопросительно посмотрел на коллегу. Сегодня тот выглядел куда бодрее и собраннее, чем всю предыдущую неделю. Но по его взволнованному голосу, когда он ему звонил, а еще по тому, как выглядывала из-под куртки кобура с пистолетом, было понятно, что случилось что-то непредвиденное и важное.
Игорь Омелин отложил телефон, несколько секунд подбирал слова и сказал:
— «Газель» похитителей полчаса назад выехала на М-8 в сторону Архангельска.
Брови на лице Смирнова поползли вверх.
— Чего сидим-то? — Он ударил кулаком по столу. — Надо выдвигаться за ними! Где гайцы, где все?
— Гайцы пытаются их отследить по камерам и экипажами, — сдержанно ответил Омелин. — Маски-шоу тоже к нам едут. Раз в час мне приходят данные со спутника о местоположении машины. Пока сидим и ждем.
Кирилл вскочил — терпения на то, чтобы просто сидеть и ждать, у него не хватало. Эмоции разрывали его изнутри. Ему хотелось скорее отправиться на задержание похитителей, поставив точку в деле, которое уже десять дней выматывало его нервы. И, конечно, помочь Марии Тимофеевой найти ее сестру. Мысль о предстоящем разговоре расстраивала его, но лучше знать правду, чем не знать ее, решил опер.
— Пойду ствол возьму, — сказал он Игорю и уже в дверях переспросил: — Прямо со спутника данные? С чего нам такая роскошь?
Его коллега сначала замялся, но потом ответил:
— Ну, не прямо нам, а ГИБДД, и сколько удастся получать данные, это тоже неизвестно. Они их то ли с «Платона», то ли с транспондера какого-то получают, мне колоться не стали.