— Теперь ты вспомнил, что такое страх. Ты слишком долго прятался, маленький теплый человечек, слишком долго не приходил в лес, и волки проголодались. Ты забыл о них в своем городе из камня и стекла, со своим электрическим светом и запахом бензина. А они не забывали о тебе никогда.
Ее руки крепко держали Алексея, в котором росло и крепло желание сбежать. У него уже не оставалось сомнений в том, что из леса него смотрят голодные волчьи глаза.
— Волки вышли из леса. Они приспособились и ходят с тобой по одним улицам, ждут тебя в темных подъездах и будут гнать среди домов. Ты забыл страх, забыл, что значит быть их добычей. Но они никогда не забудут свой голод.
Теперь одной рукой она держала его за затылок, заставляя смотреть в лес.
— Теперь все встало на свои места. Ты одинок, испуган и скоро будешь мертв.
Алексей дрожал от ужаса. Он уже не видел перед собой ничего, только голодные красные глаза и длинные белые клыки, с которых на снег капала слюна. Он не мог ни двигаться, ни думать, в его ушах стоял шум от дыхания хищников, которые пришли разорвать его горячую, мягкую плоть.
— Эй-эй-эй! — Ольга резко развернула его к себе и заставила посмотреть в свои глубокие серые глаза. — Ты чего это такой впечатлительный? А ну, хорош тут втыкать, я замерзла уже.
— А? — удивленно посмотрел на нее Алексей, не понимая, что происходит и куда делись окружившие его звери.
— Вернись на землю, Леша, тебя как-то довольно здорово накрыло, — с улыбкой сказала девушка.
— Сейчас, сейчас. — Он начал моргать и трясти головой, будто пробуждаясь от глубокого сна. — Чего-то меня перемкнуло…
— Я уже беспокоиться начала. Стоишь тут, залипаешь на лес.
— Да, да, сейчас, все в порядке. — Алексей не очень понимал, что происходило с ним последние несколько минут. В голове все перемешалось, в памяти царил бардак.
— Все, садись за руль и поехали отсюда. — Девушка подвела его к водительской двери машины и аккуратно усадила внутрь. Он, все еще не очень понимая, что с ним произошло в последние пять минут, завел машину и, развернувшись, не торопясь двинулся в обратном направлении.
Они не проехали и километра, как Ольга покачала головой и сказала:
— Так не пойдет, давай-ка остановимся.
Алексей удивленно посмотрел на нее, сумбур в голове проходил, но он совсем не понимал, зачем они ехали сначала туда, а потом обратно.
— Прямо здесь? Сейчас? Давай доедем, где поширше будет.
— Нет, Леша, сейчас, — настойчиво повторила она.
Он затормозил, не желая спорить. Ольга положили руку ему на колено и наклонилась к нему.
— Сейчас я тебе помогу. — Она облизнулась и потянулась к Алексею. Сев сверху и обхватив его голову, она поцеловала его сначала в губы, а затем в ухо, прошептав: — Я помогу тебе все вспомнить.
Ее дыхание было ледяным, но когда она губами и языком касалась его кожи, та горела, как от огня. Пиявка продолжала целовать его, а Лиса бросало то в жар, то в холод. Он обнял девушку, но вскоре руки начали наливаться тяжестью, и они соскользнули с ее спины. Все тело будто превратилось в кусок ваты, вялый и бесформенный. Продолжая пытаться отвечать на ее ласки, Алексей постепенно будто растекался в кресле и вскоре уже не мог пошевелиться. Когда его язык и губы начали неметь, он почувствовал, что очень устал и хочет спать. С трудом приподняв веки, он встретился взглядом с Ольгой, заглянул в ее ставшие ярко-желтыми глаза и погрузился в темноту.
11.02.2022, 22:25
Кирилл Смирнов поежился от внезапно поднявшегося ветра. Еще несколько минут назад стоял полный штиль, а сейчас ледяные порывы швыряли в лицо опера снег, а легкий ветерок перерастал в полноценную вьюгу. Чистое небо заволакивали плотной пеленой тяжелые черные облака.
Смирнов щелкал колесиком зажигалки, но пурга тушила пламя и жгла холодом пальцы. Стоящий рядом Игорь Омелин прикрыл огонек руками, и Кирилл смог закурить сам, а потом помочь с тем же товарищу. Едва успев сделать пару затяжек, он увидел, как поднялся шлагбаум и во двор отделения заехал старенький белый микроавтобус с синей полосой вдоль борта.
Константин Захаров быстро спустился с крыльца и пошел к машине. Полицейские не стали заставлять себя ждать и двинулись следом за ним.
Командир СОБРа открыл дверь, и на него выплеснулся теплый воздух из натопленного салона и взрывы хохота сидевших внутри людей. Разместившиеся в микроавтобусе бойцы выглядели бодро и коротали время, рассказывая друг другу анекдоты и байки.
— …И он, короче, назвал пса Триппером. Ходит теперь угорает над всеми: «Триппер, ко мне», «Триппер, отвяжись», «У меня Триппер с поводка сорвался»…
Константин улыбнулся и залез внутрь, а за ним заскочили опера, плотно закрыв за собой дверь.
— Хорош хохмить, — с отеческой улыбкой сказал Захаров, — буду ставить задачу.
Взрослые и уверенные в себе мужчины примолкли, и полицейские отметили, что командир пользуется у бойцов непререкаемым авторитетом.
— Едем банду брать, — заявил он, и все заулыбались старой и известной только в их кругу шутке. — Серьезно, я вот прямо не шучу сейчас. Едем в область, видимо, в частный сектор, конкретное место еще не известно. Клиентов как минимум трое и минимум одна заложница. Клиенты серьезные, это не школьники с плакатиками, а уголовники со стажем. Брать будем жестко, им пожизненное в полный рост светит, стесняться они нас не будут.
Мужчины слушали его молча. В них чувствовалась внутренняя собранность, готовность по команде бросится в бой и рисковать своей жизнью ради исполнения приказа. Их твердый характер и решимость всегда вызывали уважение у оперов, а сотрудники СОБРа, в свою очередь, старались оправдать свой статус элитного подразделения.
— Так, сделаем следующим образом. Я впереди поеду, на своей машине с операми, а вы — за мной. Связь держим по рации, я скорректирую, если что. Если форс-мажор — встретимся на промежуточной точке, координаты я сейчас скину. Вопросы? Ну тогда пять минут засекли, перекур и погнали. — И добавил, наклонившись к водителю: — Я у входа припарковался, там меня ждите.
У английского внедорожника командира СОБРа негромко заработал дизель. Игорь сел сзади, он хотел чуть-чуть покемарить и восстановить силы, но прилив адреналина от предвкушения задержания не оставлял никаких шансов поспать. Омелин держал телефон в руке, чтобы гарантированно не пропустить эсэмэску с координатами.
Кирилл устроился на пассажирском сиденье, ему после аскетичного интерьера своей «гранты» в роскошном кожаном салоне было даже немного неуютно. Снег усиливался и вскоре уже не успевал таять на лобовом стекле.
Константин включил радио, настроил климатическую установку и неторопливо отъехал от отдела. Он поглядывал в зеркала, чтобы убедиться, что микроавтобус с бойцами не отстает от него. В машине было комфортно и тихо, толстые стекла надежно защищали людей внутри от поднимавшегося на улице шторма.
В автомобиле совершенно не чувствовалась скорость, он легко шел по неровностям на дороге, покачиваясь, будто большой корабль на волне. Командиру приходилось постоянно сдерживать себя, чтобы сохранять дистанцию с едущим позади отрядом.
Погода портилась с каждой минутой. Чистого асфальта под колесами уже не было, а ветер продолжал раскидывать снежные заряды. Дистанция видимости быстро сокращалась, и только благодаря мощным фарам внедорожника удавалось ехать вперед. Это было похоже на езду в тумане, густом, как молоко.
Тем не менее они продолжали двигаться к цели. Отчасти им помогало то, что ночью на этой дороге было не так уж много движения, а те, кто планировал выезжать куда-то, остались по домам, боясь, если снег еще усилится, оказаться запертыми в сугробах, растущих прямо на трассе.
Командир задавал темп, понимая, что машина похитителей прошла до того, как началась буря. Если они будут мешкать, то есть шанс приехать слишком поздно, что может повлечь за собой потерю заложницы. К тому же такая погода будет им большим подспорьем в штурме: она надежно скроет их подготовку и позиционирование от глаз противников.
Телефон Игоря пронзительно зазвенел. Омелин активировал его и услышал голос Сергея Костюченко из ГИБДД. Майор рассказал, что мимо камеры в Борисово «газель» не проезжала, хотя по темпу, если бы ехала в Архангельск, уже обязательно ее миновала бы. Патрули в Васильково и Коммунаре тоже никого не засекли, но продолжали стоять на постах несмотря на стремительно ухудшающуюся погоду. Игорь попросил майора подержать экипажи на местах еще час, понимая, что, когда ему придут координаты, он сможет четко определить, где находится машина похитителей.
Кирилл предположил, что «газель» свернула в какое-нибудь из ближних к Машково садоводств, зимой довольно безлюдных.
11.02.2022, 23:00
Будто отвечая на слова Смирнова, телефон Игоря пиликнул от пришедшего сообщения. GPS-трекер продолжал исправно работать и передавать координаты.
— Съезд на Машково через километр, — сказал Константин, пока Омелин переносил данные о точке в приложение с картами. Он волновался, что было для него совсем не типично, но и ситуация оказалась нерядовой.
За городом качество связи стало заметно хуже, и загрузить карту получилось не с первой попытки. Опер уже успел пожалеть, что не закачал их для работы офлайн. Наконец все сработало, и он увидел точку, привязанную к местности.
— ДНТ «Малые Глинки», участок без номера в конце дороги, на самом отшибе, — быстро проговорил Игорь.
— Это нам довольно скоро съезжать, — прокомментировал Кирилл, а Константин продублировал информацию отряду по рации.
— Грузите спутниковые снимки, чтобы хоть примерно понимать, что там есть, — попросил командир оперов.
Они проехали мимо указателя «Машково». На огромном экране бортовой мультимедиааппаратуры Константин загрузил карту и построил маршрут до Малых Глинок. Ехать им было недолго.
Автомобили свернули с широкой трассы на узкую и куда более заснеженную дорогу. Ехать стало труднее, близость к цели подстегивала их, но сцепления у колес было все меньше. Машину начало смещать с траектории движения, и Константину то и дело приходилось ее восстанавливать. И если с дорогим внедорожником это было скорее интересно и азартно, то для едущего позади микроавтобуса удерживать темп было серьезным испытанием.