Впрочем, может, все к лучшему. Он слез с барного стула и, бросив на стойку несколько купюр, нетвердой походкой вышел из бара.
Ради Харпер их отношения должны остаться на профессионально‑деловом уровне. Он должен защитить ее от себя. Ему была невыносима мысль, что он может причинить ей боль. А это непременно случится, если он приблизит ее к себе. Потому что эмоционально он выхолощен. Ему нечего предложить Харпер. Донатэлла тут постаралась.
Ему вдруг подумалось, что Донатэлла оказала ему услугу, вмешавшись в выбор платья Харпер. Если бы не она, вечер закончился бы по‑другому. Они с Харпер оказались бы в постели. А одного раза было бы недостаточно.
Он вышел из бара в холодную ночь и немного протрезвел. Засунув руки в карманы брюк, Вьери отправился ловить такси, чтобы ехать домой. Дело в том, что Харпер Макдональд слишком хороша для него. Он хрипло рассмеялся. Вот уж никогда бы не подумал, что когда‑нибудь скажет такое про женщину.
— Харпер? Это ты? — Никогда еще Харпер не была так счастлива услышать невнятный спросонья голос сестры.
— Да, Лия. Это я.
Харпер не сомкнула глаз всю ночь, едва дождавшись утра, чтобы позвонить домой.
— Который час? — сонно спросила Лия.
— На Сицилии почти семь утра.
— На Сицилии?
— Да. Я сейчас на Сицилии.
— Что ты там делаешь?
— А как ты думаешь? — Облегчение от того, что сестра дома, сменилось вспышкой гнева. — Я как всегда расхлебываю заваренную тобой кашу. — Харпер крепче прижала трубку к уху. — Как ты могла, Лия? Как ты могла исчезнуть с тридцатью тысячами долларов Вьери Романо?
— О! — Харпер представила виноватое выражение лица сестры. — Ты знаешь?
— Естественно. Потому я и оказалась на Сицилии, чтобы заплатить твой долг.
— Но как это? Я не понимаю.
— Когда ты бесследно исчезла, мне пришлось тебя искать. Я отправилась в «Спектрум»…
— Ты летала в Нью‑Йорк?
— Нет, я добралась туда вплавь. Конечно, черт возьми, я полетела в Нью‑Йорк. — Харпер глубоко вздохнула. — Меня схватили охранники Романе, приняв за тебя. Романо понял, что я твоя сестра‑близнец, и предложил отработать твой долг.
— Боже мой, Харпер. Мне так жаль.
— Еще бы ты не сожалела. Но я жду объяснений. Зачем, черт возьми, ты это сделала?
На другом конце трубки воцарилось молчание.
— Это долгая история, — сказала наконец Лия.
— Представляю. Но я слушаю тебя.
— Я встретила этого парня, Макса Родригеса, — неуверенно начала Лия. — Он заведовал баром в «Спектруме», но еще был профессиональным игроком. Он сказал, что, если я дам ему тридцать тысяч, он их удвоит, а может, и утроит за одну ночь.
— И ты ему поверила?
— Он был очень убедителен, Харпер.
— А тебе не пришло в голову поинтересоваться, зачем он работает в ночном клубе, если он такой удачливый игрок?
— Нет.
— Ты меня удивляешь, сестренка.
— Хорошо тебе рассуждать задним числом. А мне тогда план показался отличным, — оправдывалась Лия. — Я подумала, что отдам долг Вьери и помогу вам с отцом.
— Надо же, какая забота, — с сарказмом ответила Харпер, хотя сердиться уже перестала. Это так похоже на Лию — вляпаться в историю, чтобы помочь близким. — Ну и что пошло не так с этим блестящим планом?
— Макс проигрался в пух и прах. Я, естественно, была с ним.
— Понятно.
— Но после проигрыша он исчез. А мне пришлось отрабатывать на кухне в казино его долг за номер и за напитки. Я за все платила. Люди Романо нашли меня в этом казино.
— Они не причинили тебе вреда? — снова забеспокоилась Харпер.
— Нет. Но долг в тридцать тысяч неприятен сам по себе.
— Почему ты мне не позвонила, Лия? — упрекнула Харпер, не сдержавшись.
— Потому что мне было стыдно. Я надеялась, что сумею выкарабкаться сама.
— Каким образом?
— Не знаю. Ограбила бы банк или нашла себе богатого мужа, вышла бы на панель.
— Лия!
— Я понятия не имела, Харпер, — грустно ответила она. — Я бы работала не покладая рук, чтобы собрать эту сумму. В казино меня уже хотели сделать официанткой, когда появились охранники Романо и увезли меня в аэропорт.
— Но о чем ты только думала? Дело ведь не только в деньгах. Ты же еще сделку заключила с Вьери.
— Я хотела отдать долг и выйти из игры.
— И тебе было все равно, что ты его подведешь?
— Да будет тебе, Харпер. Не стоит жалеть людей типа Романо. И вообще это была глупая затея.
— Да, глупая затея, которую я теперь распутываю.
— Ты играешь роль фиктивной невесты Вьери Романо? — фыркнула Лия в трубку.
— Жаль, что ты находишь это смешным.
— Нет, что ты. Я просто удивлена.
— Удивлена, что я снова собираю по кусочкам твою неудавшуюся жизнь? — не выдержала Харпер.
Лия замолчала.
— Извини, сестренка. Я не хотела тебя обидеть.
— Хотела, — вздохнула Лия. — И ты права. Мы обе знаем, что я обязана тебе всем. А я всего лишь хочу тебе отплатить.
— Да не нужны мне такие жертвы. Особенно если речь идет о таком хитроумном плане, как фиктивная помолвка с сицилийским миллиардером.
Харпер с облегчением услыхала смех сестры.
— Ладно, поняла. Но я сама могу разобраться. Если ты купишь мне билет до Сицилии, я совсем на мели, мы поменяемся местами и ты вернешься домой.
— Нет, Лия.
— Почему? Это реальный выход.
— Потому что уже поздно. Меня представили крестному Романо, я познакомилась с обществом. Кроме того, Вьери не позволит. Ты для него как красная тряпка для быка.
— Но мы же близнецы. Он ничего и не заметит, — настаивала Лия.
— Поверь мне, он заметит. — Харпер прикусила язык, но было поздно.
— Между вами что‑то есть? — не унималась Лия. — Ты влюбилась?
— И не думала. Вьери Романо высокомерный, самовлюбленный эгоист. Зачем мне такой?
— Не знаю. Объясни мне, — хитро откликнулась Лия.
— Послушай, Лия, я не собираюсь это дальше обсуждать. Лучше поговорим о том, что предстоит сделать в ближайшие пару недель.
— Подозреваю, что ты уже все решила.
— Все. Шутки в сторону. Я не знаю точно, когда смогу вернуться в Гленруи. Так что ты пока за старшую. Как папа? Ты его видела?
— Нет еще. Я поздно приехала. Кухня как после погрома.
— Могу себе представить. Будь с ним построже.
— Знаю.
— И еще. Я договорилась поработать в отеле имения. Я хотела звонить и отказываться, но, раз ты дома, отработай за меня. Даты на календаре в кухне.
— Ладно. Почему у меня такое чувство, что мне в жизни достался несчастливый билет?
— Даже не начинай, Лия, — прервала ее Харпер. — Все, сестренка, мне пора. Я так рада, что с тобой все хорошо.
— Спасибо. И еще раз извини… знаешь…
— Забудь.
— Люблю тебя, сестра.
— Я тоже.
Закончив разговор, Харпер подошла к окну. Занимался новый день. Солнце выходило из‑за Этны, разбрызгивая розовато‑оранжевые краски по крышам и фасадам хаотично разбросанных домов. Кругом царила красота, а Харпер чувствовала себя одинокой и опустошенной. Она вернулась мыслями во вчерашний вечер. Ей было так хорошо в объятиях Вьери. Она едва не растаяла от его поцелуев, а затем он грубо ее отшил, напомнив, кто хозяин в доме. Она чувствовала себя марионеткой в его руках. Он дергает за ниточки, и она танцует. Он обрезал нити, и она упала.
Харпер отошла от окна и присела на кровать. Его привело в ярость упоминание Донатэллы. Между ними что‑то было. Это ясно как белый день. Неужели они были любовниками? А что, если их связь продолжается? Эта мысль больно резанула по сердцу. Горестно вздохнув, она приказала себе сосредоточиться на нынешней ситуации. Ей нет никакого дела до того, с кем Вьери встречается. Их помолвка продлится еще несколько недель, и все. Ей надо обуздать эмоции и пройти через это испытание. Ей еще предстояло смириться с мыслью, что смерть Альфонсо может положить конец этой необдуманной помолвке.
Зато после этого она вернется домой в Шотландию и заживет обычной жизнью, выкинув этот нелепый эпизод из головы. Вьери перестанет для нее существовать. И ее бедное сердце девственницы постепенно перестанет страдать.
Она скользнула под одеяло и, свернувшись в клубочек, наконец заснула.
Глава 8
Сквозь сон Харпер услышала громкий стук в дверь спальни. Вынырнув из‑под одеяла, Харпер зажмурилась от яркого света.
— Харпер! — донесся до нее знакомый зычный баритон.
— Да, — ответила она хриплым со сна голосом, шаря по тумбочке в поисках телефона, чтобы узнать, который час. Половина одиннадцатого? Не может быть! Не успела она привести в порядок мысли, как Вьери уже вошел в спальню, по‑деловому отдавая распоряжения.
— Поднимайся побыстрее.
Харпер села в кровати и дрожащей рукой откинула с лица пряди волос. По лицу Вьери было видно: что‑то случилось.
— Я получил сообщение от сиделки Альфонсо. Нам немедленно нужно ехать в замок, — сказал он.
— О нет! — У Харпер душа ушла в пятки. — Альфонсо… он не…
— Нет. Марии срочно понадобилось уехать по семейным обстоятельствам.
— Слава богу. — Харпер облегченно выдохнула. — Конечно, я и за Марию переживаю. — Харпер умолкла, увидев, как смотрит на нее Вьери. На ней была старая фланелевая пижама — подходящая для холодного климата Шотландии, но, судя по выражению лица Вьери, не совсем подходящее ночное одеяние для молодой девушки.
Она взглянула на него, тщетно пытаясь унять громко стучащее сердце. В потертых джинсах и сером пуловере он был не менее привлекателен, чем во фраке. Растрепанная шевелюра, щетина первого дня придавали ему опасно‑соблазнительный вид. А может, его слегка неряшливый вид — свидетельство того, что и у него была плохая ночь. Может, он переживал из‑за того, что накануне вечером грубо приказал ей удалиться.
— И каков план? — Она пыталась сохранять спокойствие под пристальным взглядом Вьери. — Ты можешь нанять временную сиделку?
— Уже нанял. Но Альфонсо капризничает. Кажется, он хочет, чтобы ты была с ним.