— В общем, так, — вздохнул Эдвард. — Ты же был в этих вратах, верно? Так что ты сейчас можешь кол… тьфу, трансфигурировать без всяких печатей. Ну, разумеется, в голове ты должен производить все те же операции, но дублировать их письменно совершенно не обязательно. Понял?
— В общем, да, — осторожно кивнул Рой. — Выходит, мне достаточно всего лишь хлопнуть в ладоши — и я вызову огонь?..
— Учитывая, что ты обычно всего-то искрой поджигаешь небольшой объем кислорода, — кисло заметил Эдвард, — который не трансфигурировал даже, а просто выделил из воздуха, то, по всей видимости, тебе достаточно щелкнуть пальцами. Кольцо как раз получится, — для наглядности он показал Рою сложенную для щелчка щепоть. — Советую тебе тогда еще сильнее изменить соотношение водорода и кислорода, чтобы он сам вспыхивал. А то еще с кремнями возиться… Только учитывай, что взрыв может последовать слишком быстро, тебе надо быть осторожнее.
— Соотношение — чего? — Рой наморщил лоб.
— Ну… — Эдвард задумался. — Черт, как же оно называлось-то… А! Короче, соотношение горючего воздуха и огненного воздуха должно быть где-то два к одному или больше. И тогда тебе никакой кремень или там трут не понадобятся. Но только не превращай сразу большой объем — взрыв будет очень мощный. Ну вот попробуй сначала… где-то вот столько, — Эдвард показал, сколько.
Рой сдержал готовую вырваться ругань. Он заранее был уверен, что ничего не выйдет, потому что все это выглядело просто дико. В свое время ему сложно было принять алхимию как учение о природе и единстве всех вещей, но то, о чем говорил Эдвард, и вовсе выходило за все рамки. Ладно, если эти чудеса мог проделывать алхимик, вызванный чудом из далекого прошлого — но он сам?.. Обыкновенный полуневежественный рыцарь, прочитавший с десяток трактатов и едва сумевший воплотить сведения оттуда на практике?
Ладно. Он вытянул руку, послушно производя вычисления про себя…
— Эй! — Эдвард отскочил в сторону. — Подожди-ка… Теперь давай.
…и щелкнул пальцами. Замкнутый контур, значит…
Взрыв оказался все-таки слишком сильным: не то Рой выбрал неправильный объем, не то Эдвард чего-то не рассчитал. Рыцарь с трудом устоял на ногах — самого же алхимика чуть не опалило. Лиза вскочила на ноги, монахи немедленно оторвались от своих дел (один как раз начинал что-то готовить, другой ставил палатку).
— Все в порядке! — закричал им Эдвард, махая им рукой. — Все в порядке, нормальный рабочий процесс!
Рой в недоумении посмотрел на свои пальцы. Руку он не ожег, даже не опалил… Только волосы на тыльной стороне запястья чуть дымились. В траве же напротив него красовалось выжженное пятно, наглядно свидетельствуя, что ничего ему не почудилось.
И вдруг Рой расхохотался — неудержимо, чуть ли не сгибаясь пополам от хохота, горько и горячо: в горле першило, в животе, кажется, танцевали пресловутые огненные ящерицы.
— Рой! — он сам не заметил, когда это Эдвард обхватил его за плечи, когда вдруг подбежала Лиза, подхватив с другой стороны, как они заставили его сесть и Маэс сунул в руку флягу с водой… Рой оттолкнул флягу: то, что с ним творилось, вовсе не было истерикой.
— Вы не понимаете, — горько сказал он. — Вы, черт побери, не понимаете… Все, что случилось… все эти годы… все эти усилия и жертвы… И что в результате?.. В результате я могу вызывать огонь мановением руки, как я хлестался в детстве оруженосцам отцовских вассалов! Ничего себе цена…
Тут Рой поймал взгляд Хьюза — и неожиданно понял, что ему хочется смеяться уже просто от облегчения: на лице Маэса было написано явное беспокойство и еще более явное «Да что с тебя взять, идиот».
— Считай это дополнительной приятной неожиданностью, — предложил Маэс. — Даже ты не настолько сумасборд, чтобы потратить столько себя на обучение фокусам.
Рой криво улыбнулся ему.
— Кроме того, — добавила Лиза, и Рой понял, что она тоже не злится на него так, — От этих фокусов может быть значительная польза в бою…
— Фокусы? — Эдвард нехорошо сощурился. — Ах, фокусы?.. Пошли.
— Куда?
— Туда пошли, обратно. Если ты здоров, я тебя сейчас буду бить.
— Ты же не владеешь мечом.
— Если боишься, можешь взять меч.
— Еще не хватало! Чтобы барон Мустанг выходил против мальчишки с мечом…
— Ха, так ты барон? Всего лишь?
— Что значит «всего лишь»?!
— Я бы попросила вас, Эдвард… — начала Лиза, но Рой положил ладонь на ее запястье. С души у рыцаря упал камень, и сейчас он был готов сколько угодно выносить капризы их гостя из прошлого.
— Ладно, — сказал он. — Сейчас посмотрим. Когда-то же все равно надо было начинать учить его сражаться. Не знаю, как там у них в золотом позавчера, а у нас он без этого умения долго не протянет.
Рой решительно поднялся, отряхивая штаны от травинок. Ну, что там парень может ему показать?.. Вроде бы, в схватке с этими водяными монахами он вел себя не так уж плохо, но там все кончилось слишком быстро, чтобы Рой успел оценить его…
Первый раз Эдвард положил его на обе лопатки приблизительно через две секунды после начала боя. При этом поддержал, проводил до земли. Рой решил, что мальчишка все еще делал скидку на его недавнее увечье — ради кого другого он явно так не старался бы, потому что движение не было машинальным. В последний момент Эдвард все-таки не вполне его удержал, сказалось то, что Мустанг был чуть ли не в полтора раза выше и как минимум в два раза тяжелее, — и Рой довольно жестко ударился спиной.
— Как ты это сделал?! — прорычал рыцарь, вскакивая.
— Поставил подножку, — пожал плечами Эдвард. — Ну и еще кое-что… Рой, слушай, вас что, совсем не учат драться без оружия?!
— Это — удел простолюдинов, — отрезал Рой.
И тут же припомнил, как старый шевалье де Сан что-то такое пытался втолковать бестолковым пажам у него в обучении — но они толком не слушали его, предвкушая звон рыцарских шпор.
— Отлично, — сказал Эдвард. — Сейчас я тебе кое-что покажу. Бери меч.
— Да будь я проклят.
Рой все-таки согласился взять меч после того, как Эдвард уронил его в пятый раз. И после этого юному алхимику потребовалось еще минут пять, чтобы его обезоружить — правда, учитывая то, что Рой все-таки боялся его задеть и избегал бить всерьез.
Они закончили еще даже до того, как солнце стало по-настоящему садиться.
Шрам, Хьюз, Лиза и даже монахи смотрели на это со стороны, явно испытывая смешанные чувства. Когда импровизированный урок, демонстрация, или, как метко назвал это Эдвард в самом начале, «избиение», закончился, монахи вернулись к своим делам, а остальные подошли к Эдварду и Рою.
— Поразительно, — сказал Шрам серьезно. — Правильно ли я понял вас, господин Элрик, что вы в состоянии обезоружить обученного человека, не нанося ему существенного ущерба, только лишь зная верные точки на теле?..
Эдвард неохотно кивнул.
— Не откажитесь ли вы обучить и меня этому искусству? Я много лет искал способ, чтобы сделать привычные в нашей церкви способы вразумления отступников хоть немного менее… вредными для их жизни и рассудка.
— Не знаю, — пожал плечами Эдвард. Потом добавил непонятно: — Черт, все-таки странно слышать такие просьбы от… вас, святой отец.
— Всякий служит господу, как может, — серьезно пожал плечами Шрам. — Увы, наша церковь — воюющая, так повелось издавна. Едва ли это можно изменить за одно поколение.
— Я не это имел в виду.
— Спору нет, трюки, конечно, хорошие, — скептически заметил Хьюз. — Только учиться им точно нужно долго. Замечательно, что у нашего союзника из прошлого есть такие таланты, да только для нас в ближайшем будущем ничего лучше холодной стали не придумано, — и в качестве иллюстрации своих слов он пару раз подкинул на ладони метательный нож, один из тех, до которых был большой мастер.
— Итак, — сказал Рой, ополоснув лицо водой из озера: мокрые волосы прилипли ко лбу, капли стекали по подбородку. — Вы там, в прошлом, здорово умели драться без оружия, знали алхимию и применяли ее без алхимических печатей, знали множество всего о природе вещей но, насколько я понял, не знали деления на господ и подневольных крестьян. Так какого же дьявола вы позволили всему этому закончиться — вот этим?!
— А я почем знаю? — зло огрызнулся Эдвард. — Меня при этом не было. И я так думаю… — он закончил как-то особенно мрачно, лицо его побледнело: — Если та заварушка, которая начиналась… дома, вылилась во все, что сейчас видно вокруг нас… по всей видимости… с остальными тоже что-то случилось.
Последнее он выпалил неразборчиво, а потом оттер Роя плечом, спустился на пару шагов к воде и сам начал яростно умываться. Лопатки на его спине ходили ходуном.
13
Огонь — очень настойчивый партнер. Он приглашает на танец так, что не отказаться. Он кружит и вертит тебя в шальной невозможности остановиться даже на секунду, осыпает твои волосы пеплом, он овевает горечью дыма, роняет сверху алые лепестки искр.
Для дамы огонь — кавалер неотразимый. Ни одна ведьма еще не вернулась из объятий костра.
Для кавалера огонь — самая ласковая и страстная подруга. Говорят, мужчине всегда мало одной… но эта сжигает дотла.
Рой любил огонь искренне и чисто. Даже не субстанцию — только явление.
О, Мустанг знал, что церковь считала огонь стихией, одной из чистейших и предвечных — именно поэтому он используется, чтобы очищать души грешников. Он также знал, что Вуазо, алхимик, сожженный всего-навсего лет пятьдесят назад, доказал ошибочность такого мнения. Он все это понимал, как никто… но что может быть прекраснее томительного растягивания души на невидимых огненных кольях, авантюрного полета и безграничного смысла, скрытого в вихре ало-золотых сполохов.
Сейчас, однако, огонь из насмешливого друга превратился в беспощадного противника. Он не ласкал, не кружил — он ярился и подчинял, воющей стеной вставая вокруг. Он бесновался за невидимой границей пентаграммы, и мышцы трещали, как деревянные сваи от одного невыносимого напряжения, от одной попытки сдержать, поднять…