Миссис Бантинг подумала о деньгах мистера Слута. Он никогда не получал писем, и все же деньги к нему поступали: это было ясно. Она предположила, что он по мере надобности снимает соверены со своего счета в банке.
Затем она сознательно сменила тему размышлений. Мститель? Странное имя! Она повторяла себе, что настанет время, когда Мститель, кто бы он ни был, сочтет себя удовлетворенным – отомщенным, так сказать.
И снова о мистере Слуте: им повезло, что жилец, кажется, всем доволен, и не только помещением, но и хозяином с хозяйкой. В самом деле, у мистера Слута нет никаких причин искать себе другое пристанище.
Внезапно миссис Бантинг поднялась на ноги. Сделав усилие, она стряхнула с себя груз страха и беспокойства. Нащупав ручку двери, ведущей в коридор, она повернула ее и затем, уже твердыми шагами, поскольку стало светло, спустилась в кухню.
Когда Бантинги только наняли этот дом, Эллен постаралась навести в цокольном этаже если не уют, то по меньшей мере порядок. Стены побелили, и теперь на их фоне внушительно выделялась газовая плита из черного чугуна и сверкающей стали. Она была большая, из тех, за которые газовой компании платят четыре шиллинга в квартал, без всяких дурацких автоматов с щелью для шиллингов. Миссис Бантинг была чересчур практична, чтобы с таким мириться. Она, как полагается, завела газометр и платила за газ не вперед, а задним числом.
Миссис Бантинг поставила свечу на тщательно вычищенный деревянный стол и, включив газовый рожок, задула ее. Затем зажгла конфорку, поставила на огонь сковородку и вновь, сама того не желая, вернулась мыслями к мистеру Слуту. Казалось, свет не видел более доверчивого джентльмена, чем он, и в то же время мистер Слут – сплошная загадка.
Она вспомнила о саквояже – том самом, который так странно громыхал в шифоньере. Шестое чувство говорило ей, что сегодня жилец брал этот саквояж с собой. Яростным усилием она отбросила прочь мысли о саквояже и вернулась к более приятным вещам: доходам мистера Слута и его непритязательности. Конечно, он человек эксцентричный, но иначе бы и не стал их жильцом, а делил бы кров с родными или друзьями из собственного сословия.
За этими бессвязными мыслями миссис Бантинг продолжала кухонные хлопоты: достала сыр, мелко его нарезала, тщательно отмерила масло. Ее движения были, как всегда, изящны и точны.
Когда она жарила хлеб, готовясь вылить на него расплавленный сыр, раздались звуки, заставившие ее вздрогнуть. На лестнице послышались шаркающие, неуверенные шаги. Миссис Бантинг подняла глаза и напрягла слух. Неужели это жилец снова выбрался на холодную, утопающую в тумане улицу – собрался во второй раз, как в один из предыдущих вечеров? Но нет: спустившись в прихожую, он не подошел к входной двери.
Он… Но что же там за звуки? Миссис Бантинг целиком ушла в слух, так что насаженный на вилку кусок хлеба совсем обуглился. Заметив это, миссис Бантинг нахмурилась, недовольная собой. Так не годится, работа требует внимания.
Но мистер Слут, очевидно, вознамерился сделать то, чего никогда прежде не делал. Он спускался в кухню. Тяжелые шаги приближались, глухо стуча по кухонной лестнице, и сердце миссис Бантинг начало колотиться в такт. Она выключила конфорку, не думая о том, что сыр застынет и испортится. Потом она обернулась.
У двери послышался шорох, тут же она распахнулась, и на пороге появился тот, кого миссис Бантинг уже со страхом ожидала, – жилец. Мистер Слут выглядел еще более странно, чем обычно. В клетчатом халате, которого хозяйка прежде на нем не видела, хотя знала, что такой был куплен почти сразу после прибытия жильца. В руках у мистера Слута была горящая свеча. Обнаружив, что кухня ярко освещена и у плиты стоит миссис Бантинг, жилец испуганно отшатнулся.
– Да, сэр? Что я могу для вас сделать? Надеюсь, я не пропустила ваш звонок, сэр?
Стоя у плиты, она ощущала под собой твердую почву. Мистер Слут не имел никакого права вторгаться на кухню, и хозяйка не собиралась скрывать, что она об этом думает.
– Нет, я… я не звонил, – запинаясь, пробормотал жилец. – По правде, я не ожидал, что вас здесь встречу, миссис Бантинг. Простите меня за неподобающий вид. Моя газовая плита вышла из строя, вернее, не она, а счетчик, принимающий монеты. Вот я и спустился, чтобы посмотреть, есть ли у вас другая плита. Я хотел спросить, не разрешите ли вы мне воспользоваться ею сегодня для важного опыта.
Сердце миссис Бантинг отчаянно колотилось. Ею овладела тревога, близкая к панике. Почему эксперимент мистера Слута не может подождать до утра? Она смотрела на жильца с сомнением, но его ответный взгляд заставил ее одновременно испугаться и почувствовать жалость. В глазах жильца читалась напряженная, слезная мольба.
– Конечно, сэр, но здесь внизу очень холодно.
– По сравнению с холодной верхней комнатой тут очень даже тепло и уютно, – проговорил жилец с явным облегчением.
Тепло и уютно? Миссис Бантинг изумилась. Верхняя комната мрачновата, разумеется, но все же там куда лучше, чем в холодной полуподвальной кухне.
– Я разожгу для вас огонь, сэр. Мы никогда не пользуемся камином, но он в полном порядке. Первое, что я сделала, когда мы сюда переехали, это велела его прочистить. Грязи было полным-полно. Еще немного, и случился бы пожар. – В миссис Бантинг заговорили хозяйские инстинкты. – Кстати, нужно будет разжечь камин у вас в спальне: ночь очень холодная.
– Ни в коем случае… мне бы не хотелось. Право, не нужно. Я не люблю открытый огонь. Мне казалось, я уже предупреждал вас об этом.
Мистер Слут нахмурился. Его странная фигура с горящей свечой загораживала дверной проем.
– Скоро я уйду, сэр. Приблизительно через четверть часа вы сможете спуститься. Я приберу за собой. Что-нибудь еще вам потребуется, сэр?
– Сию минуту кухня мне не нужна. Но все равно, благодарю вас, миссис Бантинг. Я сойду вниз потом, совсем поздно, когда вы с мужем уже ляжете спать. Но я вам буду очень обязан, если завтра вы пригласите кого-нибудь из газовой компании, чтобы починили мою плиту. Это можно будет сделать, когда я уйду. Поломка весьма неприятная. Я ужасно расстроился.
– Возможно, Бантинг и сам справится с починкой, сэр. Если хотите, я попрошу его подняться прямо сейчас.
– Нет, нет, только не сегодня. Кроме того, здесь нужен специалист. Я и сам кое-что понимаю, миссис Бантинг, но моего умения оказалось недостаточно. Автомат забит шиллингами. Дурацкая конструкция, я сразу это сообразил.
Никогда прежде хозяйка не видела мистера Слута таким раздраженным, но его можно было понять. Она всегда подозревала эти автоматы в нечестности, словно бы речь шла о людях. Жуткое дело, как они любят заглатывать шиллинги! У нее был прежде такой автомат, так что она знала. Будто разгадав ее мысли, мистер Слут шагнул вперед и воззрился на плиту.
– Ага, без автомата? – задумчиво произнес он. – Это радует, потому что мой опыт займет довольно много времени. Но конечно, миссис Бантинг, я возмещу вам расходы.
– Нет, нет, сэр. Я ничего с вас не возьму. Мы, знаете ли, мало пользуемся плитой. В такую холодную погоду я стараюсь меньше бывать на кухне.
Миссис Бантинг почувствовала себя лучше. В присутствии мистера Слута ее зловещие страхи рассеивались, как дым, быть может, из-за его манер – мягких и очень спокойных. И все же, когда она вслед за жильцом медленно поднималась по лестнице, по спине у нее пробежал холодок.
На первом этаже жилец вежливо пожелал ей доброй ночи и продолжил путь наверх, в свои комнаты. Миссис Бантинг вернулась в кухню и снова зажгла плиту. Она чувствовала усталость и страх, хотя не знала почему. Приготавливая сыр, она старалась сосредоточиться на том, что делает, и в целом ей это удалось. Но в голове, где-то на заднем плане, беспрерывно вертелись всякие вопросы.
Миссис Бантинг все время казалось, что она в кухне не одна. Однажды она даже поймала себя на том, что прислушивается. Это было, конечно, просто смешно: из комнат мистера Слута, расположенных двумя или даже тремя этажами выше, сюда не могло долететь ни звука. Она гадала, какими же опытами занимается жилец. Как ни странно, ей не удавалось установить, что он проделывает с помощью большой плиты наверху. Накал он использует очень высокий – вот все, что она узнала.
Глава XV
В тот день Бантинги отправились спать пораньше. Но миссис Бантинг решила не засыпать. Ей хотелось узнать, в котором часу жилец выйдет на кухню, чтобы заняться своим опытом, а главное, как долго он там пробудет. Но, умаявшись за день, она сама не заметила, как уснула.
Пробудилась миссис Бантинг внезапно, почти одновременно со звоном церковных часов, пробивших два. Ей стало досадно. Надо же было задремать, едва успев донести голову до подушки! Мистер Слут, должно быть, давно уже побывал в кухне и вернулся к себе!
Постепенно она ощутила легкий, но едкий запах, разлитый в воздухе. Едва уловимый, он тем не менее словно туманом окутал ее и мирно храпевшего Бантинга.
Миссис Бантинг села и потянула носом воздух. Затем, не обращая внимания на холод, спокойно откинула уютное, теплое одеяло и пробралась к изножию постели. Там квартирная хозяйка мистера Слута повела себя очень странно: она оперлась на медную перекладину и приникла лицом к петлям двери, ведущей в холл. Да, загадочный неприятный запах шел именно оттуда. В передней, должно быть, вонь была очень сильная.
Поеживаясь, миссис Бантинг забралась обратно под одеяло. Она изнывала от желания потрясти спящего мужа за плечо. Мысленно она слышала свои слова: «Бантинг, вставай! В кухне творится что-то подозрительное, надо узнать, в чем дело». Но, лежа рядом с мужем и настороженно прислушиваясь, она не сомневалась в том, что ничего подобного не сделает.
Что, если жилец развел в ее опрятной кухне грязь? Но ведь он образцовый, почти что идеальный жилец! Если его рассердить, где они возьмут другого такого? Когда миссис Бантинг услышала тяжелые шаги на кухонной лестнице, часы успели уже пробить три. Но мистер Слут не отправился сразу к себе наверх, как ожидала миссис Бантинг. Вместо этого он подошел к входной двери, открыл ее и накинул цепочку. Миновав дверь хозяев, он достиг лестницы и – так решила миссис Бантинг – сел на ступеньку.