— Сейчас под стенами — пятьсот. К утру будет тысяча. Но нет лестниц и стенобитных машин.
— Вместо лестниц сделаем зарубки на бревнах; ров закидаем связками хвороста.
— И на это нужно по крайней мере день.
— Надо их выпустить, государь!
— Не выпустим! — выдернул пальцы из бороды Лий Восьмой и стукнул по столу. — Не выпустим, — еще раз повторил он и уперся взглядом в стену шатра, словно видел сквозь плотную материю замок. Очень недобрым был этот взгляд. Одновременно успокоил разволновавшегося Миса.
— Эй, кто там, — почти не повышая голоса, бросил в пространство император. И в шатре появился рыцарь в черной кольчуге.
— Слушаю, государь, — склонил перья шлема вошедший.
— Завтра — штурм. Рубите кустарник, вяжите фашины. Делайте лестницы. Не хватит — зарубки на бревнах. Ясно?
— Ясно.
— Иди и не мешкай.
Император хмуро посмотрел вслед ушедшему и кивком отпустил первого министра. Ему надо было побыть одному — после их неожиданного спасения прошло слишком мало времени.
Мис ступил в сырую ночь. Выйдя из шатра, он попытался распрямиться, поморщился от боли в ягодице и заковылял в свой шатер.
22
Утро выдалось серое и сырое, как и в предыдущие дни. Капало с деревянных шатровых навесов, венчающих стены. За рвами, в кустах и по мелколесью, висели запутавшиеся в ветвях клочья тумана. Там стояли войска, обложившие замок.
За сутки кое-что было сделано — Без, как человек пунктуальный, установил двухсменную вахту, отобрал и вывел в резерв десять человек во главе с Нави — он успел оценить этого немногословного и смелого парня. Итак, наступило утро.
Едва стал виден горизонт, как Сид с Безом и Зером с самой высокой башни осмотрели округу — по всему периметру стен уже стояли мокрые шалаши врагов, кое-где прикрытые, на всякий случай, бревенчатыми палисадами. Реже стояли шатры. Около них негусто торчали копья да переминались прикрытые попонами кони. Все за пределами арбалетного выстрела.
— Как? — повернулся к своим закончивший обзор Сид.
— Инициатива у противника, он может держать осаду хоть до второго пришествия.
— До третьего, — улыбнулся Сид, хотя обстановка к этому не располагала.
— Да хоть до четвертого, — невозмутимо продолжал Без, — мы же при нашем пассивном сидении ничего изменить не можем.
— Без прав, хотя я не верю, что они хотят взять измором — вон, кусты стали рубить, фашины вяжут, — констатировал Зер.
— Значит — штурм, — спокойно отметил Сид.
Снизу поднялись Нави и Геф.
— Что, не спится? — узнал их по шагам Сид.
— Не спится, — ответил Геф и положил могучие длани на сырой парапет, — мы тут с Зером и нашим бароном алхимиком кое-что нахимичили, на первый случай есть чем отплевываться. Зер не говорил?
— Пока нет. Напалм?
— Что-то в этом роде.
— Зашевелились, — вытянул руку в сторону большого шатра Нави. Там забегали воины, и сверкнула багровая мантия императора, такая необычная в этом сером пейзаже.
— Черный штандарт с черепом вынесли.
— Сейчас будет дело.
— Скорее — разведка боем, — не поворачивая головы, бросил Без, — сейчас попробуют, на что мы способны. Если увидят, что не очень сильны, полезут всем скопом.
— Распорядись — без крайности работать только стрелами. Пусть двинут все силы, тогда — разбить, — войдя в роль полководца, командовал Сид.
— Будет сделано! — рявкнул Без, отчего стоявший рядом Зер схватился за ухо.
— Василий Севастьянович, голубчик, так же людей калечат!
— На войне как на войне, — чуть сбавил громкость Без.
От большого шатра к воротам замка, прикрываясь огромными щитами, затрусил отряд человек в полтораста. Под этим прикрытием со связками хвороста для заваливания рва двинулась сотня в сермягах — из новых отрядов, созданных по совету Миса.
— Ну, спаси нас Ис и помилуй! — тряхнул озорно кудрями в сторону Сида Нави и побежал вниз к своему резерву.
Едва нападающие подошли ко рву, из-за раздвинувшихся щитов выскочили Мисовы ратники и начали валить в ров фашины. Со стен густо полетели стрелы. И из-за широких щитов тоже полетели, однако каменное прикрытие было надежнее кожаных щитов. Еще хуже пришлось сермяжникам — едва ли половина их ушла, забросав ров фашинами. И вот тогда из-за щитов выскочили черные кольчужники и под прикрытием лучников побежали через кое-как заваленный ров. А рядом с ними и впереди бежали оставшиеся в живых Мисовы ратники, гуськом по пять человек, с надетыми на плечи лестницами — как упряжные быки. И еще половина из них осталась во рву — кольчужники падали реже. Но остальные приставили к стенам лестницы и упали под ними. А кольчужники полезли на стены, и на их головы вместе со стрелами полилась горящая смола.
Без спокойно смотрел на это зрелище, не давая Сиду никаких советов, не испрашивая разрешения на использование резерва или других, более действенных средств.
— Так отобьемся, не ахти сколько полезло. Точно — прощупывают, — наконец произнес он, — убедятся, что ничего особенного у нас нет, тогда всерьез полезут.
Стрелы сюда не долетали, а видно было хорошо, ибо эта башня, самая высокая из всех, стояла в середине, венчая собой замок.
23
—Не зря ли мы здесь убиваем время, коллега? — затеребил бородку Зер, обращаясь к Сиду, смотревшему на отходящее воинство Лия Восьмого. Тот, не удивившись неожиданному вопросу, повернулся к академику:
— А что еще мы сейчас можем делать?
— Мы же с вами физики…
— Не только физики. Мер — медик, Геф — металлург.
— Дальше можно не продолжать — состав экспедиции мне известен. Но ведь главное-то уже сделано, условия перехода определены. И если бы не этот круиз на Север, то сейчас мы спокойненько сидели бы у себя и занимались теорией, — разошелся Зер, забыв, что инициатором похода на Север был он сам И что, кроме главного перехода, нужно было проверить предположения относительно дополнительной точки.
— Экспедиция комплексная…
— И поэтому необходимо швырять бомбы в рыцарей, как было на пути сюда, или отбивать штурм какой-то мрази в этом замке?
— Позвольте мне, — вступил в разговор Грез, — ты не прав, Зер, ты забыл о нас, а мы — люди, а не букашки, которых у вас изучают под увеличительными стеклами. И нам нужны помощь и совет, ты же видишь, какую черноту двинул на землю Лий Восьмой.
— Я не прав, — досадуя на свою вспышку, сразу остыл Зер, — но не столько Лий, сколько твой бывший коллега.
— Вы, ушедшие вперед, знаете, к каким страданиям это может привести, так помогите же…
— Для дискуссий время еще будет. А сейчас — почему прекратился штурм, не слишком ли легко мы отбились? И Лий Восьмой почему-то не двинул главные силы, — вернулся к насущным делам Сид.
— Без у ворот, сейчас поднимется, — проследил путь коменданта Зер. Снизу, из жерла башенной лестницы, во вдруг наступившей тишине раздавались, как выстрелы, уверенные шаги.
— Докладываю, — спокойно сообщил Без, — противник отошел и просит принять парламентеров.
Все удивленно переглянулись.
— Цель? — вскинул бороду Сид.
— Со мной и Мартом говорить отказались, просят встречи с тобой.
— Ну что ж, пойдем переговорим.
— Не торопись, Сид, позволь дать совет: когда враг чего-то просит, пусть просит там, где удобней тебе. Пусть они поднимутся на башню. Здесь за ними присмотреть легче.
— Нам ли бояться.
— Грез говорит дело, — поддержал Без предложение Греза.
— Ладно, ведите их сюда, — не стал спорить Сид.
Без вызвал наверх Нави с резервом и организовал охрану.
— Ба, да это же кавалер Лак! — удивился Грез, узнав в старшем парламентере черного офицера. Но тот даже головы не повернул в его сторону. Лак молча вынул из ножен меч и положил к ногам бесстрастного Сила. После этого черный офицер опустился на колени. То же проделали два его спутника в белом. Шевеление прекратилось.
— Государь, — начал кавалер Лак, не поднимая головы и не видя протестующего жеста Сида, опешившего от такого начала, — государь, — повторил он, — не знаю, с чего начать.
— Попробуй с начала, — не удержал ехидной подсказки Зер. Но Сид положил руку на плечо академика и кивнул парламентеру:
— Продолжай, мы внимательно слушаем.
— Прости нас и пощади…
Сид недоуменно поднял глаза, однако не прервал Лака.
— Пелена застлала наши глаза, когда мы подняли руку на тебя и твоих… — тут черный офицер, видимо в спешке плохо отрепетировавший роль, потерял нужное слово.
«Подручных», — опять чуть не сорвалось у Зера.
Но Лак наконец нашел нужное выражение:
— …твоих последователей. Теперь пелена спала. Мы повязали смутьянов и вероотступников. И ждем твоего слова.
— Кого же вы повязали?
— Лия Восьмого и серого министра Миса, государь.
— У меня есть имя. И ни в какие государи я не мечу.
— Помилуй, — не вставал с колен Лак, — прими власть, один ты можешь спасти нас от разброда и неверия.
— Да встаньте же вы, наконец, — поднял парламентеров Сид, — и скажите, давно ли эта идея пришла в ваши головы?
— С приходом этого проходимца Миса, но и раньше свет начал брезжить в наших душах. И если бы ты сказал, кто ты, мы бы давно пошли за тобой, — покривил душой кавалер Лак — только накануне недовольные Мисом бароны перетянули Лака на свою сторону и толкнули на арест императора и первого министра. А заодно устроили большое кровопускание Мисовой сермяжной гвардии. О, кавалер Лак быстро смекнул, какие выгоды можно извлечь из этого заговора, особенно если первым склонить свою голову перед живым богом Исом.
— Мы подумаем. А ты возвращайся. Сними осаду замка, отведи войска. И распусти сермяжную Мисову гвардию.
— Значит, командовать мне? — кинул меч в ножны и поднял черный серп бороды Лак.
— Если то, что я сказал, что-нибудь значит…
— Это значит все! — С этими словами Лак повернулся и, сопровождаемый своими оруженосцами, опустился в темноту башенной лестницы.