Крант замолчал, а я придвинулся к огню. Зазнобило меня вдруг. С чего бы это? Неужто от какой-то там сказочки для детей ползунковой группы? С ума спрыгнуть, какие мы стали впечатлительные!..
Помолчали, допили вино, еще помолчали. Костер начал прогорать, когда я спросил:
«Давно это случилось?»
Крант сразу понял какое «это» меня интересует, и ответил так, будто мы и не устраивали паузу в полчаса.
«Это не случилось, нутер. Это случится».
«Так ты мне тут будущее обрисовал? То, чего не было и неизвестно еще… Помню-помню, шаман тоже чего-то такого наболтал. Но, знаешь… все эти гадания на тыщу лет вперед… слабо верю я в них. Как бы это помягче сказать?.. Думаю, фигня всё это».
— Ты видишь тикса возле расколотого камня? Спросил вдруг Крант. Почему-то вслух.
Я дернулся, завертел головой. Темень, хоть глаз выколи. Так всегда темнеет перед восходом луны.
— Крант, я ни хрена не вижу. Ни камня твоего, ни тикса. Забыл, что я погано вижу в темноте?
— Не забыл, нутер. Но я в темноте вижу. А есть те, кто видят в прошлом. Или в будущем. Ты и сам из таких.
— Ага, как же, — кривлю губы в усмешке, но они не хотят подчиняться. Хреновый из меня предсказатель, Крант. Недалеко я вижу и совсем немного.
Ответ нортора настолько тихий, что больше похож на мысль. Его мысль в моей голове.
«А я этого не могу, нутер. Он тоже не может».
Крант никогда не называет колдуна по имени. И редко говорит с ним. Вообще-то, нортор не слишком компанейский мужик, но сказать «да» или «нет» может. Если захочет, понятное дело. Но колдун для него что-то вроде опасного груза, к которому лучше не соваться.
«Скажи, нутер, что ты видишь?»
— Где?! вырвалось у меня, и только потом я посмотрел на Кранта. Тот ответил, не открывая рта:
«В огне, в воде. Про меня и Храм».
Блин, ну, спросил…
«Про тебя я вижу сны. И про себя. Мы с тобой в Храме и… колдун еще. Плохие это сны, Крант. Я не хочу говорить о них».
«Нутер, покажи мне этот сон».
Мои губы легко складываются в усмешку. Просьба из серии: «бабушка, достань звездочку с неба…» И придумает же «покажи»…Типа я Великий и Могучий, чтобы приглашать в свои сны. Слышал я про одного пацана, что проделывал такие штуки. Мне до его талантов, как до луны. Пешком.
«Как я тебе покажу? И как ты себе это представляешь? Крант, сделай одолжение, сообщи в мелких подробностях. Чтоб даже я понял».
«Всё очень просто, нутер, — насмешку он в упор не замечает. Тебе нужно вспомнить сон и захотеть, чтобы я его увидел. Только очень сильно захотеть! Секундная пауза. И посмотреть мне в глаза».
А я сделал вид, что эта пауза мне показалась.
«Захотеть и посмотреть? Ладно, попробуем».
Вспомнил один из первых «храмовых» снов. Тот, где еще не ясно, кто кого убьет. Потом заглянул в глаза нортора и чуть не свихнулся: я будто проваливаться куда-то начал. В нашем мире всякое болтают о взгляде вампира. Похоже, болтают не зря.
Ну, это всё пустое. Главное, у меня получилось! С показыванием сна. Но делать это так же трудно, как и объяснить тому, кто ни разу не делал. Больше всего это похоже на разговор через дорогу. Широкую. В шесть полос. А по дороге то машины шуршат, то трамваи звенят. Вот и приходится надрывать глотку, чтоб на другой стороне тебя услышали. Вот и орешь так, что в глазах темнеет.
Ну, если это действо и есть телепатия, то я лучше по старинке. Вслух.
«Нутер, мне не надо идти в Храм. Ты прав. Прикажи, и я буду ждать тебя перед Храмом».
«А приказывать обязательно?»
Блин, похоже, любопытство родилось раньше меня.
«Храм будет звать, нутер. Рабов и слуг слабо. Их хозяев сильнее. Прикажи мне остаться, и я выполню твой приказ».
А в голосе столько мрачной торжественности!.. Типа, ты только прикажи, а уж я до конца жизни ждать тебя стану. Хоть и знаю, что ты черта с два оттуда вернешься.
«Ладно, Крант, уболтал. Приказываю ждать меня перед Храмом!» — торжественно выражаю свою волю.
«Слышу и слушаюсь, нутер».
Отвечает так, будто не замечает насмешки в моем голосе.
«Нутер, и тебе ходить в Храм не надо бы…»
Без особой уверенности советует Крант. Догадывается, наверно, чего я сделаю с его советом.
«Думаешь, я смогу начхать на Зов?»
«Если сильно захочешь, то сможешь».
«Угу. Значится, смогу… А этот пусть идет сам?»
«Да».
Ни тени сомнения. Ни заботы о будущем Мира. Ничего глобального и выспенного Крант и в мыслях не держит. Ну, а мне что, больше всех надо? Не знаю, но…
«Не верю я ему, Крант. Он там такого наколдует, что мало никому не покажется. Присмотреть бы за ним…»
«Он колдун, нутер. Это…»
Крант не успевает закрыться. Я ловлю его последнюю мысль.
«Думаешь, это будет опасно?»
«Да, нутер».
«Крант, я ведь тоже могу быть опасным. Под настроение».
«Я знаю. Ты страшный враг, нутер. Хорошо, что ты не мой враг».
Поговорили, называется. Не каждый вечер услышишь такой комплимент. И от кого?! Все здесь боятся вампиров, точнее, норторов. А оберегателей боятся сами норторы. И вдруг один из них заявляет такое…
Это что ж получается?.. «Чтобы убить маньяка, нужен другой маньяк», так что ли? Ну, слышал я этот прикол. Давно и в другом мире. Но, похоже, здесь он тоже срабатывает.
«Ладно, Крант. Когда дойдем, тогда и решать буду».
«Мы скоро дойдем», — предупреждает Крант.
«Знаю».
Точнее, помню. Чего-то такого обещал Первоидущий. Типа, дня через три, если удача не… Или через четыре.
Так что какое-то время еще есть. Хотя, чего там думать?! Всё уже решено. Зайду и посмотрю! Не для того я столько шел, чтобы посидеть у порога и повернуть обратно. Я и Пал Нилыча не пустил бы в Храм одного.
— У нас скоро гости будут, — доходит вдруг до меня.
— Ты видишь их, нутер?
Крант лениво потянулся, умудрившись вроде бы случайно глянуть, чего там такого сзади творится. Если б я не знал, что мужик собирается оглянуться, купился бы на его гимнастику для особо ленивых.
— Крант, я Сим-Сима вижу. А это самая верная примета. Видишь, как он моется? Не меньше двух «намоет».
Котенок старательно трет мордочку лапами. Иногда и за ушами достает.
— Дальние, похоже, гости придут. Дорогие. Может, хватит мыться, Сим-Сим? Мне всех не прокормить.
Сим-Сим сверкнул на меня глазищами, но умываться перестал.
— Спасибо, красноглазый.
— За что, нутер?
Глаза Кранта тоже отсвечивают красным.
— Это я не тебе. Блин, вот везуха! Сидят возле меня двое красноглазых, а мне хоть пугайся, хоть себе такие же отращивай.
И почему-то вспомнился вдруг конкурс, который я вычитал как-то в И-нете. Одну прикольную фразочку из него я потом, наверно, всем знакомым повторил. Типа, присылайте нам свои страшные рассказы, и победитель попадет в самый настоящий кошмар. Иногда мне кажется, что я и есть тот самый победитель, а всё остальное призовая игра.
Справа от меня шевельнулся воздух. И я тут же услышал:
— Хозяин, я пришел.
«Это не гость, нутер», — подумал Крант и… улыбнулся. Мысленно. Улыбка его ощущалась, как легкая щекотка внутри головы.
«Крант, не надо меня ловить. Гости прячутся за Мальком. И ты их видишь лучше меня».
«Вижу, нутер. Прости…»
«На шутки телохранителей не обижаются».
— Хозяин, я не один.
За спиной Малька нашлись дед с внучкой. А вместо Жучки большая белая ворона. Когда птычка не дрыхла в клетке, она сидела на плече у хозяина или хозяйки. Ни разу не видел, чтобы эта носатая летала. Или это ниже их бледного достоинства?
Ворона потопталась на плече старика и вдруг громко зашипела. Куда там Сим-Симу до нее!
Котенок тут же запустил когти в мою ногу, а когда я глянул на него, открыл пасть и издал нечто, похожее на полузадушенное карканье.
— Ну, ни фига себе добрый вечер!..
Быстро отцепил Сим-Сима от ноги и отправил в «сексуальное путешествие» — поближе к гостям. Котенок шлепнулся на все четыре и сразу же сел вылизываться, нагло поглядывая на меня красным глазом.
— Мышей жрать заставлю! предупредил я его.
Видел я, как такой же любитель рыбы харчил мышу. Ни азарта, ни удовольствия. Будто одолжение делал кому-то.
Сим-Сим фыркнул и ушел в темноту. Где моментально исчез.
Как найти светлую кошку в темной комнате, если это не кошка, а хрен знает что? Лучше завести нормальную кошку и повесить на нее колокольчик.
— Прости, Многодобрый. Наверно, ты подумал плохо о Ситане и она…
— Кто?
Старик погладил взъерошенную ворону.
Ситана, значится?.. Это чего ж получается, она тоже мысли читать может? Во влип! Как тот поручик Ржевский. Ему говорят: «Думайте, что говорите, поручик, когда видите дам». А он: «А я думать не могу, когда дам вижу!» слышал я и другой вариант этого анекдота, но он, вроде как, не при детях. Там поручик отвечает: "…"
Ворона опять зашипела. Громче прежнего.
— Слышь, Никунэ. Передай этому пучку перьев, пусть перестанет читать мои мысли. А то я все неприличные анекдоты вспомню. Специально для нее. А не вспомню так придумаю.
— Она слышала тебя, Многомудрый, — девчонка мельком глянула на ворону и опять повернулась ко мне. Прошу, не обижайся на нее. Она очень давно с моим Наставником.
— Да, Ситана старше меня, — подтвердил дед. Она помнит еще моего Наставника.
— А он где взял это чудо в перьях? любопытствую я.
— От своего Наставника.
— Ну, ни фига себе! Может, она войну Мостов и Башен помнит?
— Может, и помнит. Я не спрашивал.
— Понятно теперь, почему она летать не может. Склероз у старушки. Забыла, как крыльями махать надо.
— А Ситана могла летать?!
В один голос спросили дед с внучкой. Заместительница Жучки только презрительно фыркнула.
— Когда я в последний раз видел такую птычку, она летала и каркала. Или голос ваша тоже подавать разучилась?
— Ситана ни разу не говорила. Я никогда не слышал…
— Значит, обленилась. Наверно, кормишь хорошо?