Ученый погладил стену лаборатории, как большую живую кошку — и та словно замурлыкала под тонкими длинными пальцами.
Жаль, если придется все здесь бросить. Но рисковать своей жизнью Эрасмиус не собирался. Если случится что-то непредвиденное — он бросит всех пилотов, прыгнет в крейсер — и рванет отсюда вместе с матками. Пока они еще маленькие, пока только растут и могут выдержать небольшое голодание. А пилотов если что, можно потом вывести заново. Биоматериала хватит на целую роту. Или вообще выводить их прямо в матках. Почему нет?
Эрасмиус задумался над этим вопросом.
А почему бы правда не попробовать?
Но как лучше? Вырастить из зиготы путем искусственного оплодотворения — или поместить беременную женщину внутрь матки корабля — и пусть ребенок изначально делается его частью? Тело женщины пойдет на питание матки, это понятно.
Но сможет ли ребенок-пилот потом жить полноценной жизнью?
Этот вопрос надо было тщательно обдумать.
Эрасмиус приложил вторую руку к стене лаборатории. Из нее вырос тонкий красноватый щуп и коснулся лица доктора. Опустился на глаза.
Надо сразу сохранять все расчеты в память. И свою и лаборатории, и крейсера… так надежнее.
***
Рико Эстевис проверял почту. Он это делал ежедневно. Куда деваться?
Но сегодня…
Письмо без обратного адреса выделялось среди приказов, циркуляров и всего прочего мусора, который Рико обычно скидывал в корзину, не читая. Но как автор письма смог одолеть его защиту?
По идее, такое письмо должно было идентифицироваться, как вирус…
Почитаем?
Но стоило ему открыть письмо — на экране появилось лицо кхонки. Симпатичная, черные гладкие волосы, черные глаза, чуть желтоватая кожа…
— полковник Эстевис, я Мисико Накимора.
Рико замер, как собака, почувствовавшая дичь.
Имя прозвучало колоколами. Мисико Накимора.
Та самая.
Девочка с маячком.
Полковник вгляделся в серьезное лицо с новым интересом, отмечая и маленький упрямый подбородок, и складочку между бровей, и плотно сжатые губы… как меняется человечское восприятие…
— Сарн Готтран сейчас в отлете. Его гнездо находится семнадцать-два- сто сорок четыре, двести пятнадцать — сембдесят три — девяносто два, шестьдесят пять — четырнадцать — восемьдесят три в координатах Эара. Маячок активирован, если вы получили мое сообщение. Прошу вас отнестись к этой информации со всей серьезностью. Я не имогу предъявить доказательств, кроме этой видеозаписи. Также здесь находится Чер-ный доктор — Эрасмиус Гризмер. И куча подонков, слишком зажившихся на свете.
Прошу вас — ПОМОГИТЕ!!!
Координаты гнезда Сарна Готтрана, того самого пирата, который напал на 'Звезду Америки'…
Девушка еще два раза повторила координаты — и исчезла. Рико несколько секунд сидел в немом вос-хищении. Да, таких и надо в жены брать.
Чего ей это стоило?
Осталась жива. Добралась до центра связи. Узнала координаты. Передала сообщение. И все — в надежде на слепую удачу.
Но таким и сопутствует удача.
Вот на таких и надо жениться. Такая и рядом с тобой встанет, и спину прикроет, и случись что, твоих детей из любой передряги на себе вытащит. Да и тебя самого тоже.
А красота, доброта и пути достижения цели — это десятое.
Просто — вот это настоящая женщина. Рико несколько секунд сидел, как примороженный, а потом-таки от-крыл приложенную запись.
И задохнулся от ужаса.
Снято было потайной камерой. Точно. Съемка была неровная. Нервная. Изображение бродило и дергалось. Но…
На съемке была… было… как назвать это помещение Рико не представлял. Больше всего оно походило на желудок гигантского кита с Дитормеи-16. Если оказаться в желудке. Мясистые красные стены перекатыва-лись и выглядели так, словно готовы в любой момент переварить незваных гостей.
К слову сказать, так и было. Эрасмиус очень уважал принцип — мой дом — моя крепость.
И его дом мог сожрать любого за своего хозяина. В буквальном смысле.
В кадре появился Сарн. Съемка шла без звука. Потом изображение мигнуло, ненадолго прервалось — и пока-зало… Рико выругался восьмиэтажным. Так, что боцман покраснел бы от восхищения.
Это было что-то вроде большого мочевого пузыря. Только прозрачного. И в нем плавало женское тело. Не просто плавало. Оно словно было связано с пузырем сотнями и тысячами нитей. Глаза женщины были за-крыты, лицо спокойно…и именно по этому лицу, по светлым спутанным волосам…
Иридина Видрасе.
Рико помнил ее пор фото. Поди, забудь дочь, которую так предал родной отец.
Только на фото она была спокойна, счастлива, ухожена и уложена. А здесь — обнаженное тело, плавающее в … чем!?
Рико не знал. и подозревал, что обойдется без этого знания.
Единственное, что он хотел — это залить всю базу пиратов плазмой.
Не выводя оттуда пиратов.
Опять перерыв. И съемка показывает… Эрасмиуса Гризмера.
Это лицо Рико тоже отлично помнил. Так его растиражировали, что поди, не запомни… вот он где окопал-ся.
Мразь!
Ну погоди ж ты! Иногда десант пленных не берет. Но это не твой случай!
В кислоте растворю! Живьем! В слабоконцентрированной!
Рико еще раз просмотрел сообщение, записал координаты и задумался.
Дать знать начальству?
Все бы хорошо. Но Рико не знал, кто прикрывает Сарна. И не обнаружит ли он, по прибытии на место, только тело смелой кхонки?
Все может быть.
Рико думал недолго. И вместо начальников постучался в почту к одному из сослуживцев.
— Тим, дашь эскадру?
Тимофей Расков, собственно, генерал Расков командовал третьей эскадрой России. Да, были еще и четвер-тая, и пятая — всего десять. В состав эскадры входили пять крейсеров — экипаж плюс десант — шестьсот чело-век, десять эсминцев — по двести человек на корабле, десять фрегатов — так же по двести человек, двадцать корветов — по сто человек на корабле. Также эскадре была придана обслуживающая матка с истребителями — на одной матке помещалось порядка ста истребителей.
НОПАШцы периодически требовали мирного договора и разоружения, но русские, наевшись по уши идеа-лов демократии и прочей гласности, перестройки и свободы, ни на какие уговоры не поддавались, продол-жая прогонять всю молодежь через четырехлетний срок службы в армии.
И был другом Рико еще с той войны. Просто он был чуть более уживчивым. А еще точнее — они с Рико за-ключили договор.
Рико воюет, Тим его прикрывает.
В том числе и перед гражданскими.
— А зачем тебе?
— тут поступила информация о наркокартеле с Дамбо.
— Вот как?
— да. Мне слили координаты. И сказали, что через неделю будут забирать крупную партию. Вот я и хочу явиться в гости.
— А кто, что… подробности?
— Тим, не могу. Мой информатор сейчас там. Если этот человек погибнет — век не прощу.
— А если пустышка?
— Тебе топлива жалко?
— Не жалко. Но…
— Ну разжалуешь меня в майоры.
— В морду дам.
— Эскадру дай.
— Подавись, вымогатель. Завтра же отдам приказ.
— А почему не сегодня?
— Так они на учениях. Сегодня вызову, но пока свернутся, пока долетят…
Рико выругался.
— Тим, но за неделю мы успеем?
— Вполне. Координаты скажешь?
— Тим, все после операции.
— Боишься?
— Дамбо не игрушки.
Тимофей пожал плечами и отключился. Рико смотрел в пустой экран и думал о кхонке, которая где-то там рискует сейчас своей жизнью.
И — восхищался.
Потрясающая женщина.
Женщина с большой буквы.
***
Аврора не знала, дошло ли ее письмо, но отправить еще одно уже не могла. Вернулся Сарн. А Ирнек-таки помер. Организм парня не выдержал сочетания спиртного с возбудителем и снотворным.
Жалеть пирата Аврора не собиралась, но доступ в центр связи был утерян. Увы…
Теперь придется охотиться на нового. А заодно…
Аврора припрятала плазмер. Лично сперла у Ирнека из каюты.
И несколько ножей. Прицепила к сережкам пару метательных звездочек. Чтобы были всегда под рукой. И по-прежнему изображала послушную игрушку Сарна.
Неделю изображала.
…
Тот день начался обычно.
Сарн проснулся, выпил кофе, получил порцию утреннего секса — и принялся одеваться с помощью Авро-ры…
Все изменилось в одну секунду. Когда здоровущий крейсер вынырнул из гиперпространства — и одним зал-пом снес половину орудий станции прикрытия.
А вслед за ним начали появляться еще крейсера, корветы, эсминцы, осиным роем закружили истребите-ли…
Третья эскадра России
— Боевая тревога!!! — взорвался динамик в каюте Сарна.
Пират отшвырнул все и бросился к двери.
Не успел.
Он не ожидал ничего подобного от своей игрушки, иначе остерегся бы. А Аврора не собиралась упускать свою добычу.
Да, Сарна не взять живьем. И очень жаль, что у нее нет времени. Но хотя бы так…
Пират просто не успел ничего понять. Когда Аврора плеснула ему в лицо огненным кофе из кофейника — и добила резким ударом в горло, ломающим хрящи и сминающим гортань.
Тело упало на пол.
Уже тело. Пирата уже ничего не спасло бы. Даже специальный регенератор.
Несколько секунд Аврора смотрела на агонию, а потом сняла у Санра с пояса плазмер — и одним выстрелом оставила на полу обугленную тушку.
Жаль, что мерзавца не взять живым. Но неизвестно, кто его прикрывает. Вдруг еще вывернется?
А упускать гада… нет уж!
Такие жить не должны… где ключи от наручников?
Аврора рванула чехол с карточками с пояса пирата и толкнула дверь в спальню Калерии. Женщина дернулась к подруге.
— Что там!?
Аврора провела карточкой по замку наручников, заставляя их открыться.
— Боевая тревога! Сарн мертв! Это — русские корабли!
— А ты откуда знаешь?
— Я сама позвала, — призналась Аврора.
— и молчала?
— О таком лучше молчать, — отрезала кхонка. — Одевайся!
Калерия бросилась к шкафу.
Форма Сарна висела на ней мешком, но не наплевать ли? Не до красоты, был бы зад прикрыт!