Не просто разъяренной.
С женщиной, которая уже не жалела себя, работая на пределе сил.
Выложиться — и сдохнуть. Но сначала зарыть своих врагов.
Аврора сделала шаг к четвертому подонку. Второй. Третий.
Ей казалось, что она слишком медлит, почти плывет в сгустившемся воздухе, но человеческий глаз не был способен даже уследить за ее движениями. Серес Верт увидел только как отлетает к стене Варс, как падает Дожин Герт, а потом к нему скользнула матово-белая тень. Что-то взорвалось в его голове. И наступила — БОЛЬ.
Аврора брезгливо отряхнула руки и ноги. Четвертого она уложила прямым ударом ноги в шею. Перелом позвонков обеспечен.
И вдруг состояние холодного гнева и отстраненности прошло. Ее начало дико трясти. Все тело скрутили судороги. Девушка рухнула на колени, прижимая руки к животу — и ее начало жестоко рвать.
Она — убила!?
Это вообще была — ОНА!?
Великий Космос!!!
Так ее и нашли — на полу, блюющей в окружении четырех полудохлых тел. Хорошо хоть у сержанта хватило совести дать ей одеться, а потом уже отправить в карцер.
Там Аврора просидела около трех часов. Пока сняли записи с камер слежения, пока допросили тех, кто мог говорить, хотя и так все было ясно.
Попытка изнасилования. Обычно о таком молчат, но в этот раз вряд ли получится. Слишком жестокий был дан отпор. Слишком действенный.
А потом Аврору вызвали к командиру школы.
Алексис был в шоке. Просмотрев записи — он вообще ничего не мог понять. На тренировках она и четверти такого потенциала не показывала.
Но… там она сражалась.
Здесь — убивала.
Девушка уже более-менее оправившаяся от потрясения постучала в дверь, дождалась разрешения войти и шагнула в комнату.
Четыре уставных шага. Отдать честь и замереть по стойке 'смирно'.
— Курсант Вайндграсс по вашему приказанию прибыла.
— Вольно, курсант.
Аврора чуть расслабила левую ногу. Вольно — это вовсе не значит, что можно развалиться, как задница в кресле. Это просто чуть большая вольность в стойке 'смирно'.
Генерала она видела всего пару раз. Издали. И сейчас рассматривала с интересом. Старый уже вояка. Лет 80-ти не меньше. Седина в рыжеватых волосах, шрамы на левой щеке, как от когтей, мускулистое тело, чуть погрузневшее за время кабинетной работы…
— а теперь курсант, расскажите, что произошло в душе.
Аврора глубоко вдохнула. Выдохнула. И отрапортовала.
— Курсанты хотели вступить со мной в неуставные отношения против моего желания. Я сопротивлялась, тэр генерал.
— Хорошо сопротивлялась. Раздавленная мошонка и почти оторванный член у одного, сломанный позвоночник у второго, у третьего разбита гортань, у четвертого сплющены легкие. Все они проведут не меньше стандарт-месяца в регенераторе. Защищалась, говоришь?
— так точно, тэр генерал.
— Тогда объясни, как соплюха без боевого опыта могла уделать мало не насмерть четырех матерых парней. Я смотрел твои записи с тренировок. Там ты так не дерешься. Халтуришь?
— Никак нет, тэр генерал. Не халтурю. Я и сама не знаю, как такое получилось. Испугалась очень, тэр генерал.
— Вот как? И ничего не помнишь?
Аврора выпрямилась еще сильнее.
— Никак нет, тэр генерал. Помню, что резко заболела голова. А потом мне казалось, что я очень медленно двигаюсь. И все.
— Медленно? Да ты их размазала за десять секунд!
— Не могу знать, тэр генерал.
— Ясно. Твое счастье, курсант. Эти уроды пытались заблокировать запись в душевой, но даже этого сделать не смогли. На пленке все отчетливо видно. И их предложения, и угрозы. Так что останешься учиться. И надеюсь, что такое больше не повторится?
— Никак нет, тэр генерал.
— То есть?
— Я не нанесу удара первая, тэр генерал. Но если на меня опять нападут — буду защищаться. Меня так мать учила.
— Мать… Лерка Вайндграсс — твоя мать?
— Так точно, тэр генерал. Калерия Вайндграсс.
— тогда понятно. Крутая была баба. Одна могла троих размазать. Когда у тебя увольнение?
— Через три стандарт-месяца, тэр генерал. Если меня его не лишат.
— Не лишат. Передашь ей мой привет.
— Так точно, тэр генерал.
— А тебе — четыре наряда вне очереди. За каждого покалеченного по наряду — недорого.
— Так точно, тэр генерал.
— Свободна.
— Разрешите идти, тэр генерал?
— Разрешаю.
Аврора развернулась на каблуках и направилась к выходу. Внутри нее все пело и танцевало. Она — свободна! Ее не выгонят! Слава Великому Космосу!!!
Генерал проводил девушку взглядом. Джон вышел из-за ширмы где слушал весь разговор.
— М-да. Если бы не видеозапись… надо будет показать ее всем курсантам. И сказать, что если еще хоть раз хоть одна сволочь… всю сволочь выцепить не удастся, это так. Но может хотя бы затаятся.
— Думаешь? Ну можем попробовать. А Аврору надо направить на дополнительные тренировки к Кугуару. Пусть погоняет девчонку. Задатки-то у нее есть. И замечательные.
Генерал с другом еще раз проглядели десять секунд записи боя — и переглянулись. На их лицах цвели одинаково довольные улыбки.
Поделом.
Они очень не любили насильников.
***
Не успела Аврора выйти из кабинета, как буквально за следующим же углом на нее налетело что-то живое и объемное. Подхватило, завертело, ощупало…
— Ты в порядке?!
Каким чудом Рон не получил от нее ни одного удара?
Скорее всего, потому, что опасности не было. Было беспокойство за нее. Страх, тревога,… а вот желания обидеть, напасть, причинить вред — не было.
— Они тебе ничего не повредили?
Аврора кое-как выдохнула.
— Пусти! Ты мне скорее ребра переломаешь!
— Ребра я этим четверым сурапсам[19] переломаю!!! — змеей прошипел Рон. — Вот пусть только выйдут…, … и …
— Под трибунал захотел!? — Аврора дернула приятеля за руку. — Здесь же везде камеры!
— А ты думаешь, остальные им это простят?!
— Что простят? Что они пытались — или что не удалось?
Рон замер, словно налетев на стену. Аврора выскользнула из его рук и направилась по коридору. подальше от административной зоны. А то наговорят сейчас… а лезть потом в сеть, чистить записи… Только не в таком состоянии.
Рон догнал ее уже во дворе.
— Аврора, подожди, пожалуйста.
— Жду.
Сейчас они были у всех на виду. Но говорили очень тихо.
— Ты и обо мне так думаешь?
Аврора посмотрела на него с удивлением.
— Тебя это волнует?
— Да. Ответь, пожалуйста.
Девушка помолчала. Вообще-то да. Рон вел себя странно. С самого начала учебы Аврора ловила на себе вполне определенные взгляды. И анализировала их не хуже компьютера.
Тип первый: 'шлюха на пару раз…'
Тип второй 'баба — здесь!?' плавно переходящий в тип первый.
Тип третий 'уберите ЭТО, а то я сам уберу'.
Рон же…
— Твое поведение не вписывается в общие рамки, — наконец сформулировала девушка. Причин этому я не знаю, соответственно, могу предположить до тридцати разных вариантов исходных предпосылок. В зависимости от этого надо формировать и последующее мнение.
— Линейное мышление? — попытался пошутить мужчина.
Шутку не приняли.
— Многовариантное. Если ты играл в трехмерные шахматы.
— Могу и с тобой сыграть.
— Проиграешь.
— Может быть. Аврора, ты и правда обо мне так плохо думаешь? Что я такой же, как они?
Аврора закатила глаза.
— Рон, я же сказала — в зависимости от…
— Нет, а просто, по-человечески, то, что ты чувствуешь?
Девушка чуть не плюнула. Вот ведь ловушка. Как ни скажи — все попадешь. Хотя…
— А я могу позволить себе такую роскошь, как чувства?
Синие глаза погрустнели.
— Но хотя бы разговаривать с тобой я могу?
— Ты со мной разговариваешь.
— Как друг…
— Ну да. Разве нет?
— Иногда мне кажется, что ты меня не понимаешь. Иногда, что не хочешь понимать.
— Рон, что ты от меня хочешь?
Вопрос прозвучал так, словно его задал какой-нибудь доисторический компьютер с оперативкой в двести мег.
Девушке было не слишком хорошо. Стресс, тюрьма, лазарет — такое кого угодно подкосит. А тут еще разбирайся в тонкостях человеческой психологии?
Да пропади вы все пропадом!!!
Кажется, Рон это почувствовал.
— Давай мы с тобой потом поговорим. Тебя проводить?
— Нет.
Аврора развернулась и пошла к общежитию. Чего ей стоило держать спину прямо и идти четко, игнорируя злобные, удивленные, восхищенные взгляды…
Хотя последних тоже было немало.
Аврора знала от матери — тебя уважают и боятся, когда ты сильная. Прояви слабость — и тебя сожрут. Поэтому она выглядела так, словно каждый день размазывала по полу десяток парней. А что блевала… ну может она перед этим скушала что-то несвежее? Пайки-то с десятилетним сроком годности! Там концентратов — банка лопается.
И только в своей комнате Аврора позволила себе упасть на кровать прямо в форме. И — отключиться. Сегодня она может не участвовать в общей жизни. Завтра — на построение. А пока — отключка.
Система выгружалась. Для восстановления нужен полный покой.
***
Аврора не знала, что после ужина генерал объявил полное построение. Всех. Курсантов. Преподавателей. Обслуги. Даже секретарей! Впрочем, НЕвоеннообязанных на базе просто не было.
— Здравия желаю, курсанты, — начал он. — Что ж вы так?
Изумления на лицах не отразилось. Про историю с Авророй за это время не узнали только кухонные комбайны.
— Охотимся на беспомощных девчонок в душе. Да еще с таким потрясающим результатом.
Алексис кивнул помощнику. И на большом голоэкране за его спиной загорелось изображение драки. По его просьбе техники потерли самые впечатляющие детали голой Авроры — и выходило, что девушка в чем-то вроде купальника.
Зато сама драка сохранилась в полном объеме.
А смотрели ее — расширенными от ужаса глазами.