на вышла замуж - Милочке опять не нашлось места в ее доме и жизни, и, когда неожиданно умерла Татьянина мама, Милочка свалилась на Татьяну как снег на голову. И тут Татьяна обнаружила все возможные издержки бабушкиного воспитания. Девочка была неглупой, доброй, общительной, но избалованной до крайности, изнеженной, слабой, не умеющей принимать даже элементарных решений, плаксивой и обидчивой. Училась Милочка с четверки на тройку, ничем не хотела заниматься, физические нагрузки ненавидела. Татьяна билась с дочерью так и этак, но опустила руки. Даже выбор, какое платье надеть, красное или синее, был для Милочки тяжелым бременем, она предпочитала услышать вердикт от старших. Любые трудности вызывали у девочки слезы, она даже не пыталась их преодолевать, сразу отступала и обижалась.
Муж честно сказал Татьяне, что она сама во всем виновата, - воспитывала бы с рождения, как положено, и Милочка стала бы нормальной. Ему падчерица категорически не нравилась, он даже предложил отдать ее в интернат - дескать, там научат самостоятельности.
Может, Татьяна и не была хорошей матерью, но отдать ребенка в интернат оказалось выше ее сил, Через два года измен и фактически параллельного проживания они с мужем развелись. Татьяна принялась искупать свою вину перед Милочкой, устраивая дочери жизнь. Она нанимала ей репетиторов, за руку водила сдавать экзамены в институт (факультет выбрала тоже Татьяна), усаживала готовиться к семинарам и лабораторным, потом пристроила на работу через знакомых, регулярно наводила справки и даже пыталась дружить с Милочкиными коллегами. В общем, Татьяна постоянно занималась решением каких-то Милочкиных проблем, попытками вести Милочку по традиционному пути и ограждением тепличной девочки от реальности.
- Она ее замуж еще не выдала? - поинтересовалась Инга.
- Тебе-то что?
- Да ничего. Интересно. Все-таки Милочке скоро уже тридцать, пора бы. Ну ма, ну скажи,- затянула девушка нарочито детским, вредным голоском.
- Пора, пора. Татьяна уже ищет ей жениха.
- Кто бы сомневался! Где ищет?
- По подругам - у кого мальчишки есть или у кого из друзей сыновья тоже домашние. Милочке же не нужен олигарх или знаменитость - ей нужен просто хороший муж, желательно без тяги к приключениям.
- Думаешь, найдет? - спросила Инга.
- Найдет. Милочка - девочка симпатичная, готовит вкусно, характер у нее покладистый. Таких женщин мужчины любят.
- Что же она тогда до сих пор не замужем? - перебила Инга, втайне оскорбленная определением мужской любви.
Инга не умела готовить, учиться не хотела, а свой самостоятельный и упрямый характер искренне считала хоть не покладистым, зато интересным.
- Она же сама не навязывается. Она домашняя девочка, а сейчас многие женщины на шею мужчинам вешаются - мужчинам и недосуг заметить тихую Милочку.
- Значит, надо быть активнее, - сказала Инга.
- Кому как. Тебе бы, наоборот, поумерить свою прыть. Какой мужчина захочет жениться на тебе, если ты ему ни в чем не будешь уступать? Карьеристок и феминисток никто не любит.
- Ну и пусть! - заупрямилась Инга. - Лучше вообще жить одной, чем притворяться. Лучше не выйти замуж никогда, чем терпеть мужа, который выделывается и хочет видеть рядом с собой не жену, а помесь собаки с кухонным комбайном.
Мама улыбнулась с таким снисходительным пониманием, будто хотела сказать: «Подрастешь - поймешь», - и обиженная Инга, объявив, что ей с утра надо начинать искать работу, сбежала к себе в комнату.
А мама на самом деле встревожилась не на шутку.
- Ты не боишься, что наша дочь станет феминисткой? - с ужасом спросила она Ингиного папу ночью.
- Ммм, - произнес засыпающий папа, - а что страшного?
- Как - что? - возмутилась его спокойствием мама. - Она будет ненавидеть мужчин, у нее не сложится личная жизнь, она не выйдет замуж, у нее не будет детей, или она будет тащить ребенка одна, и ее будут считать вторым сортом.
- Разве феминистки ненавидят мужчин? - удивился папа.
- Вроде да: А какая разница? Главное, что над ними все смеются и у них проблемы в личной жизни. Ты хочешь, чтобы наша дочь была такой?
- Я хочу спать, - честно признался папа, - а наша дочь будет такой, какой она захочет, независимо от того, что мы о ней сейчас наговорим и что придумаем или решим. Поэтому давай спокойно заснем, раз мы все равно не можем ничего изменить. Папа действительно заснул. А Ингина мама, не обладая спокойствием мужа (когда она сердилась, она называла мужа чурбаном бесчувственным) вздыхала еще почти час, обдумывая, как спасти дочь от страшной судьбы всеми презираемой и несчастной феминистки.
Глава 7
В жизни Инги началась длинная эпоха собеседований. Поскольку девушка приняла решение, что категорически не станет больше работать на местные власти, пришлось пойти стандартным путем. Инга разместила резюме на крупных сайтах, стала покупать газету « Работа и зарплата» и нашла координаты всех кадровых агентств, занимающихся подбором персонала в области СМИ. В принципе Инга была не против заняться чем-то еще, все равно впереди сплошные экзамены, трудный проект не возьмешь, но не знала чем - в общем, читала все разделы подряд. Заинтересовалась бесплатной школой крупье при крупном казино, поскольку профессия представлялась ей таинственной, красивой и богемной, но не прошла отбор из-за маленького роста. Рост лишил ее возможности устроиться промоутером, хотя Инга нацепила на кастинг огромные платформы и рекламировала работодателям свои немыслимые достоинства в области общения.
Через неделю пришло первое предложение от известной компании - вакансия журналиста в рекламном отделе. Инга достала лучший из деловых костюмов и отправилась на собеседование. К ее великому разочарованию, беседа предполагалась в отделе кадров (а только потом обещали назначить встречу с главным редактором), а в отделе кадров симпатичная женщина вручила Инге шариковую Ручку и объявила:
- Ну-ка, попробуйте мне ее продать!
- Что? - захлопала Инга глазами, решив, что ослышалась.
- Продайте мне эту ручку! - повторила кадровичка.
«Сумасшедшая, - подумала девушка, - с ними нельзя спорить».
- Купите ручку, - послушно сказала Инга максимально спокойным голосом.
- Не хочу, - заявила женщина, а Инга наконец-то прочитала на бейджике имя «Елена», - мне не нужна ручка.
Точно сумасшедшая.
- А вдруг понадобится? Ручка лишней не бывает, - продолжила Инга, поскольку Елена ожидающе на нее смотрела.
- Не понадобится. Я редко пишу, я компьютером обычно пользуюсь.
- Знаете, ручка - это предмет первой необходимости. Вы редко пишете, но в самый неожиданный момент вам может срочно понадобится что-то подписать, и если под рукой не окажется ручки - сорвется важная сделка. Лучше подстраховаться. Тем более что ручка не занимает много места, долго хранится, не требует ухода и стоит совсем недорогo.
- Да? А почему я должна купить именно эту ручку? - спросила Елена.
Инга чувствовала себя полной идиоткой, но зачем-то продолжала бессмысленный разговор:
- Эта ручка хороша, во-первых, своей надежностью. Шариковые ручки, несмотря на засилье модных гелевых и перьевых, все еще остаются наиболее удобными в использовании. Во-вторых, у этой ручки стильный дизайн - видите, ничего лишнего, неяркие цвета, идеальное дополнение к имиджу современной деловой женщины. В-третьих… в-третьих… в-третьих, - затараторила девушка, вдруг придумав, - эта ручка сделана с использованием новейших технологий - она работает как эмпатический излучатель - тонко улавливает психологическое состояние владельца и автоматически помогает находиться в оптимальном режиме.
Девушка за соседним столом захихикала. Инга поражалась тому бреду, который она несет, но еще больше реакции Елены - Елена улыбалась и выглядела вполне довольной.
- Кстати, эта ручка помогает владельцу правильно оценивать партнера - в нее встроен миниатюрный детектор лжи, который…
- Хорошо, - перебила Ингу Елена, - мы вас берем. Осталось собеседование с начальником отдела продаж, но это чистая формальность. С какого числа можете выйти на работу?
- Почему продаж? - выскочило у совершенно растерявшейся Инги. - При чем тут отдел продаж?
Елена заглянула в резюме.
- Ах да, вы на должность журналиста претендуете. Знаете, я подумала, что лучше мы вас устроим в отдел продаж.
Тем более у нас там большая нехватка сотрудников.
Работать в отделе продаж Инга категорически отказалась, хотя Елена еще целую неделю звонила и уверяла, что девушка зарывает свой талант в землю, она прирожденный менеджер по продажам.
- Почему не хочешь попробовать? - спросила мама, - тем более, тебе опытный человек говорит, что у тебя есть к этому способности.
- Знаешь, ма, во-первых, я не хочу работать на сумасшедших, а в этой компании они с явным прибабахом. Во-вторых, я не люблю, когда за меня решают, не спросив моего согласия или хотя бы не предупредив. И в-третьих, мне совершенно не понравился диалог меня - продавца с потенциальным покупателем. Как будто я перед ним унижаюсь, что-то выпрашиваю, что-то навязываю. Нет, не хочу. Если за пару месяцев не найду нормальной работы - тогда, конечно, на лето к ним устроюсь, но пока не пойду.
- До лета у них места займут.
- Если займут - значит, точно не судьба. Moя работа меня дождется.
Инга была в своем роде фаталисткой. Она искренне верила, что нельзя упустить возможность - если что-то действительно создано для тебя, оно обязательно станет твоим. Если нет - значит, оно и существовало не для тебя, ты просто принял желаемое за действительное.
Следующее собеседование состоялось через день - Инга нашла в газете вакансию редактора журнала, входящего в крупный издательский дом, пожалуй, один из крупнейших в стране. Девушку заставили полчаса ждать в приемной, а потом менеджер по персоналу проводила ее в маленькую комнату и дала заполнить тест из ста вопросов. Некоторые вопросы Инга тут же записала себе в блокнот - на память: