году новые квартиры десяти молодым семьям округа? Ты разве в это время не знала, что из этих молодых семей четыре были родственниками работников префектуры, одна семья приехала из дружественной горной республики (в Москве без году неделя), еще две вместе с родителями и бабушками-дедушками больше двадцати лет стояли на очереди, а одна вообще была семьей клинических дебилов, где мама и папа дебилы наплодили пять детей со страшными отклонениями в развитии?
Знала? Знала. А написала ты что? Что в округе семимильными шагами движется расселение очередников, что чиновники стараются всем помочь, что остальные очередники скоро тоже получат ключи. Что умница префект лично работает над вопросом, поэтому сумел достичь впечатляющих результатов. И люди, которые могли бы возмутиться, что их, как свиней, заставляют ютиться на крошечной площади, а своим родным, дебилам и приезжим за деньги в обход закона отдают их квартиры - эти люди поверили тебе и теперь будут мучиться, надеясь на лучшее. И не будут понимать, насколько их гадко обманули. Так?
- Так, - пробормотала Инга.
- Еще тебе пример привести, как ты за копейку помогаешь вести стадо на ту бойню, куда оно идет?
- Не надо… я поняла… но, па, что же мне тогда - бросать работу и идти улицы подметать, чтобы не помогать оккупантам?
- Какая ты у меня все-таки категоричная, - засмеялся папа, - не надо все так близко к сердцу принимать и в такие крайности кидаться.
- Но тут середины быть не может! Или работаешь на них, или нет! - горячо заявила Инга.
- Вот так я сам послал дочь на баррикады левого фронта, - засмеялся папа, - я тебя породил, я тебя и убью.
- Серьезно, па! Делать-то что?
- То же, что делаешь. Учить историю. Работать. Двигаться, как сейчас говорят, вверх по карьерной лестнице. Добиваться максимума. Но при этом думать. Не принимать на веру стереотипы. Воспринимать информацию критически. Интересоваться политической ситуацией в стране. По возможности стараться писать качественно, чтобы людям была польза, впрочем, сейчас у тебя с этим как раз неплохо, тематика такая удачная - и недвижимость, и туризм, и профессии. А когда в стране начнут формироваться какие-то серьезные очаги сопротивления - твои знания и умения очень пригодятся. Поэтому не гони волну и старайся нахвататься всего-всего.
Папины слова крепко засели у Инги в сознании, она частенько перебирала случаи, когда помогала обманывать людей, перебирала и краснела. Потом перебирала стереотипы - и скоро стала любимицей многих преподавателей потому, что не ограничивалась учебником-двумя, копалась в библиотеке, расспрашивала, сравнивала, пыталась делать выводы сама. Иногда изобретала велосипед, иногда попадала пальцем в небо, а иногда делала открытия. Девушке стали прочить красный диплом. А она с удивлением узнавала историю собственной страны - историю, которую вроде бы не скрывали, но аккуратненько занавешивали лапшой так, что никто не замечал очевидных фактов.
На время Инга даже забросила работу - вяло писала статьи все для того же холдинга, не пытаясь найти что-то постоянное, перебивалась внештатными заработками.
Только к концу второго курса девушка устроилась работать по знакомству. Когда-то, еще в СЮРе, она познакомилась с Костей - мальчиком-студентом, они периодически перезванивались. Костя работал сначала журналистом в социальной газете, потом редактором в спортивном издании. Инга сообщила, что сейчас без штатного места.
- Слушай, а я могу тебе помочь, - радостно объявил Костя, - правда, работа специфическая, туда мало кто пойдет, но на безрыбье и щука раком, верно?
- Верно! - вздохнула Инга. - А что за местечко?
- Ты же хотела поработать в развлекательном или в женском журнале?
- И сейчас хочу. Вся эта шушера, местные власти, надоела до чертиков перед глазами. В большую политику тоже не полезу - наверняка там та же кухня, только еще противнее, поскольку денег больше.
- Чистая правда. Так вот, есть один журнальчик, называется «Стильный журнал».
- Как? - удивилась Инга.
- «Стильный журнал». Ничего, я и хуже названия знаю, не перебивай.
- Извини,
- Этот журнальчик - он в общем и целом вполне симпатичный, не считая идиотского названия.
Карманного формата, полноцветный, вполне себе глянцевый, - продолжал Костя, - тираж двадцать тысяч заявлен, реально пять или шесть тысяч, наверное, есть.
Про то, что большинство изданий «дуют» тиражи, Инга уже знала. Единственное, чего она не понимала, - смысла действия. Рекламодатели не такие уж дураки, как про них думает руководство изданий, любой заявленный тираж делят в уме на тридцать три, а читателям все равно.
- Журнал приписан к одной крутой конторе, правда, больше связанной с прессой вообще, своих изданий там только два, оба профессиональные. А реально принадлежит богатой дамочке, ее муж возглавляет контору. Он купил жене журнальчик поиграться, и она поигралась. За полтора года ухитрилась загнать издание с перспективной концепцией в глубокий тыл, и это при отличном бюджете, рекламе и всех прочих возможностях. Недавно она немного поумнела (или ей дали ценный совет) и додумалась проверить главного редактора. На проверке выяснилось, что за эти полтора года он украл огромное количество денег - больше двух третей бюджета. И не стеснялся даже в копейках - авторам не платил, сотрудников увольнял без зарплаты, короче, ничем не брезговал. Она его выгнала и теперь начинает все сначала. Команда отсутствует. Новой концепции нет - впрочем, дамочка хочет держаться за старую, может, незначительные изменения внесли - и все.
Она ищет всех - от главного редактора до журналиста. В Интернет выкладывать боится, она теперь всего боится, но кто-то ей дал выход на какие-то закрытые сообщества, и там она что-то выложила. У меня есть ее мыло - можешь ей резюме отправить.
- А откуда ты узнал?
- Приятель там верстальщиком был. Его тоже этот главный уволил и обул. Но он не из тех, кто проглотит, он начал и в бухгалтерию звонить, и в соседние отделы, и в результате сумел раскрутить ситуацию так, что дошло до самого верха. Теперь его эта дама звала возвращаться, обещала повысить зарплату - но он нашел хорошее место и отказался. Но ситуацию с набором новой команды и скандалом знает.
- Давай мыло, - решительно объявила Инга.
- Он предупреждал, что дамочка с прибабахом. Ни фига не разбирается в издательском деле и журналистике, и характер довольно вредный. Впрочем, главный редактор ее держал в ежовых рукавицах - сливал ей всякую чушь с умным видом, и она верила. Теперь, сама понимаешь, бесится страшно и отыграется на новой команде.
- Ладно, если что - ты меня предупреждал. С первой зарплаты с меня причитается.
- Договорились.
- Ой, кстати! Кость, а она по-русски говорит хорошо? - на всякий случай поинтересовалась Инга.
- Понятия не имею. Этим нс интересовался.
- Она русская?
- Фамилия не русская, но это по мужу. У нее муж Тагыр кто-то Тамович, не произнесешь. Поэтому он и директор русской конторы, главной в этой области.
- Очень символично, - пробормотала Инга.
- Что? - не расслышал Костя.
- Ничего, мысли вслух. Но русский язык ей родной?
- Должен быть. Не знаю. А что тебя так заело?
- Да был прецедент, - сказала Инга, - как-нибудь распишу в подробностях. Когда приеду обмывать первую зарплату, например. С тех пор я зареклась работать с плохо говорящим по-русски начальством.
- Короче, проблем на этой почве не было, а большего не знаю. Разбирайся сама, - сказал Костя.
И Инга стала разбираться - в тот же день отправила резюме. А еще через день секретарь пригласила ее на собеседование.
Глава 10
Секретарь Инге понравилась - уже не первой молодости, обаятельная, хорошо одетая женщина. Понравился и офис - в двух шагах от метро, в Центре Москвы, уютный и тихий. Понравился маленький забавный журнал, который она успела полистать в приемной.
Не понравилась только Арина Михайловна, потенциальная хозяйка. Она оказалась высокой, довольно худой дамой, одетой в стиле «девочка-подросток», с резкими чертами лица и почему-то неожиданно неухоженными волосами. Ингу женщина встретила строго и даже слегка агрессивно:
- И вы хотите быть главным редактором?
- Да, - ответила Инга.
Трудно скрыть очевидные вещи, особенно когда они написаны прямо в резюме, а резюме находится прямо в руках у спрашивающего.
- Но у вас нет высшего образования!
- Пока нет. Я учусь. Сейчас перешла на третий курс.
- Но оно не профильное!
- Профильного не бывает! - уверенно отрезала Инга. - Либо человек разбирается в этом, либо не разбирается. Институт ему не помощник. Все нужные знания приобретаются только в процессе - надо просто работать, работать и еще раз работать.
Арина Михайловна слегка опешила от Ингиного напора и уже менее активно продолжила:
- Но вам еще и двадцати нет.
- Зато у меня почти восемь лет непрерывного стажа в журналистике. Не было месяца, чтобы у меня не выходила минимум одна статья в каком-то издании - и это в те времена, когда я работала редактором. Когда я была журналистом, у меня выходило от пяти до двадцати статей в месяц! А в ежедневном издании до трех в день! Причем у меня есть опыт создания ежедневного информационного агентства - успешного, заметим, агентства.
- Оно же не нашего профиля, - уже робко отмахнулась Арина Михайловна.
- Профиля не бывает! - наседала Инга. - Есть законы жанра, так сказать. Журнал lifestyle, каковым, безусловно, является «Стильный журнал», живет по тем же законам, что и любая районная газета социальной тематики. Тем более что в последний год я пишу статьи для журналов о туризме, недвижимости, автомобилях, профессиях и красоте и успела хорошо и разносторонне изучить тематику и проблематику.
Умные слова явно понравились потенциальной хозяйке, она даже закивала головой девушке в такт. Г А потом Арина Михайловна задумалась и изрекла:
- Но я не могу взять вас главным редактором. Это просто невозможно! Главный редактор… он должен быть… ну, он должен быть… - И замахала руками, затрясла головой, ища слово.