– Далеко, – невозмутимо произнес он. – Попробуй идентифицировать.
Реварт ловко нажимал кнопки, действуя почти как автомат. Вот загудели конвейеры, поднимая из подвала капсулы с химическими компонентами, необходимыми для сверхмощных выстрелов из пушки. Они аккуратно укладывались в специальные зарядные устройства. Через несколько секунд загорелась зеленая лампочка готовности к стрельбе. Конвейерные ленты замерли. Магазины заряжены, а значит, лазер будет работать не менее тридцати секунд. Вполне достаточно, чтобы сбить спутник-шпион или расплавить десяток броневиков. Теперь нужно занять исходную позицию. Загудели мощные компрессоры, поднимая бут-грандер над зубчатыми стенами башни. Брезентовый тент с треском расползся на лоскуты. Реварт переключил изображение с экрана локатора на стереоматрицу и слился в единое целое с могучим оружием. Радары бут-грандера стали его глазами и ушами. Реварт теперь мог видеть всё, даже за горизонтом, даже в близжнем космосе. Ствол пушки послушно поворачивался в нужную сторону, стоило только подумать куда. Бут-грандер стал частью Реварта. Покорной и всемогущей.
Десятник с удовольствием отметил, что ему удалось опередить зенитчиков на несколько секунд. Их счетверенная скорострельная пушка прорвала брезентовый тент в тот момент, когда Реварт уже полностью подготовился к бою. Действия зенитчиков были непонятными и совершенно неадекватными обстановке. В первую очередь они попытались направить свое неуклюжее орудие на странных червей. По-видимому, они не видели воздушную цель и напрочь забыли о глухой мертвой зоне у основания крепостных стен. Реварт решил было связаться с соседями, но передумал. Не хотелось тыкать хорошего человека носом в его собственные ошибки. Зачем наживать себе недругов, тем более что время пока терпит, а крепость надежно защищена от любой атаки с воздуха?
А червяками займутся солдаты, которые уже заняли свои места на стенах. С муравьиной суетливостью они раскручивали шланги для подачи напалма и тащили по узким лестницам ящики с осколочными гранатами. Электрики тянули толстые кабели к стационарным турельным лучеметам. Враг, кто бы он ни был, очень пожалеет о том, что приблизился к замку Вонримсов. Очень скоро неизвестные организмы будут залиты напалмом, вбиты в грязь свинцовым и лазерным дождем, а для надежности разорваны на молекулы сотнями ручных гранат. Какун не станет экономить боеприпасы. Наоборот, он воспользуется возможностью лишний раз потренировать гарнизон в боевых условиях и израсходовать побольше материальных ценностей. Чем больше потратишь, тем больше получишь на покупку новых. И даже если эти черви – самые добродушные и безобидные твари в мире, тревога не окончится пшиком Можно не сомневаться – стрельбы будет много.
Реварта же в первую очередь волновала необычная воздушная цель. Компьютер никак не мог ее опознать. В базе данных радара содержалась прорва разнообразной информации обо всех известных и неизвестных летательных аппаратах, когда-либо созданных людьми в самых разных мирах. Обычно требовалась доля секунды, чтобы точно идентифицировать объект или признать его неопределимым. Однако эта цель постоянно менялась. Ее размеры то увеличивались, то уменьшались. Скакала скорость и высота. Иногда метка разделялась на две, летящие и противоположных направлениях. Иногда пропадала совсем.
– Биплан «Баражир», планета Элг, Красная Конфедерация, – напрягшись, изрек компьютер – Орбитальный бомбардировщик. Время импульса на гарантированное уничтожение – две секунды.
– Крепкий орешек. Откуда он здесь? – сам себя спросил Реварт.
– Ошибка определения, – невозмутимо признал свою глупость электронный мозг. – Су-27, планета Земля, протекторат Кибер-Империи. Несет на плоскостях опознавательные знаки Красной Конфедерации. Атмосферный истребитель. Время импульса… – на этот раз компьютер даже не успел закончить доклад. – Ошибка определения, – снова признался он – «Тартл-808», планета…
– Не знаешь, так и скажи, – пробурчал Реварт, включая принудительный прогрев квантрона второго каскада усиления. Бой предстоял горячий, и следовало подготовиться заранее ко всем неожиданностям. Конструкция предусматривала автоматическую замену ламп накачки, однако при резком перепаде температуры могут пострадать матовые зеркала и отражатели, что повлечет зa собой полный выход орудия из строя. Бут-грандер угрюмо загудел. Спирали охлаждения наполнились жидким азотом и покрылись искристым слоем инея. Рубиновые резонаторы напитались энергией и томно заиграли малиновыми переливами цвета. По патрубкам скользнули светло-зеленые химические компоненты. На пульте замигала кнопка «Огонь».
– Цель в зоне поражения, – доложил Ниве.
– Знаю, – буркнул Реварт, поглаживая кнопку. – Подпустим поближе. А то увернется.
В наушниках скафандра что-то зашуршало.
– Десятник Реварт, – послышался голос начальника дежурной смены.
– К бою готов, – отозвался десятник.
– Какун с вами не связывался?
– Нет.
– Нигде не могу его найти, – пожаловался начальник. – Ладно, воюйте. Не буду мешать.
Через секунду раздался щелчок отключения. «Обожаю нашего старшего караульщика, – ехидно подумал Реварт. – Он никогда ни во что не вмешивается и никогда не берет на себя никакую ответственность. Зато никому не мешает».
Десятник свесился из кресла и еще раз окинул зорким, усиленным стереоматрицей взором ближние окрестности. По стенам с прежней деловитостью шныряли трудолюбивые стражники. У них практически всё было готово к душевной встрече милых и симпатичных гостей. Не пройдет и минуты, как подступы к крепости будут озарены праздничными вспышками взрывов и веселыми фейерверками огненных вихрей. Белые черви, не догадываясь о том, какой сердечный прием их ожидает, беззаботно карабкались по гранитной кладке. Их склизкие туловища ритмично сокращались, подталкивая жутких тварей всё выше и выше. Реварт с удивлением отметил, что во рту у гигантских беспозвоночных имеется отличный набор огромных кривых зубов. Этот факт противоречил всем известным законам природы! У червей нет скелетов, а значит, не может быть и челюстей. Интересно, откуда взялись эти диковинные создания? С Плобоя? С Элга? С безмятежного берега реки Забвения?
Покончив с приготовлениями, защитники стен заняли места рядом с бойницами и по собственной инициативе, не дожидаясь дополнительных приказов, открыли огонь по приближающемуся противнику. Белесые твари довольно спокойно отнеслись к обстрелу из ручного оружия. Они делали вид, будто вонзающиеся в их дряблые шкуры лучи, пули и арбалетные стрелы не причиняют им ни какого вреда. Гладкие стены покрывались черным рубцами от бластерных выстрелов, пули высекали искры из камней, а монстры неумолимо продолжали свое пугающее продвижение. Реварт видел, как один из солдат даже прекратил стрелять и с изумлением уставился на свой лучемет. Кто-то из офицеров решился наконец взять на себя командование, и беспорядочная стрельба стала более организованной. Теперь весь огонь концентрировался на одном из чудищ. Эта грамотная тактика быстро дала нужный результат. Червяки начали падать в ров. Однако их было слишком много, и Реварт, прикинув в уме численность гарнизона, понял, что в ближайшее время стены будут сданы врагу.
– Есть контакт! – выкрикнул Ниве, и Реварт, позабыв о мрачных мыслях, вернулся к своим непосредственным обязанностям.
Цель вошла в зону, где вероятность ее поражения стала максимальной. Уже через полминуты неизвестный летательный аппарат может ворваться в «мертвый конус» над бут-грандером. Такого развития событий допустить никак нельзя. Десятник глубоко вздохнул и спокойно надавил пальцем на мерцающую красным огоньком гашетку. Во время боя допустимо испытывать страх, но нельзя волноваться и нервничать. Старое суеверие гласило, что сложные механизмы чувствуют состояние человека и реагируют соответственно. Реварту уже приходилось убеждаться в справедливости этого поверья.
Тяжелый ствол орудия метнулся в направлении противника. Казалось, пушка с нетерпением ждала дозволения человека, чтобы сцепиться с врагом, и теперь она будет резать и рвать его на куски, пока пылающие обломки не посыплются на влажную от дождя землю.
Толстый дымящийся луч предварительного выстрела шел в черноту ночи. Он прожег дыру в атмосфере, прошил насквозь пелену дождя, и вслед за ним по безвоздушному пространству скользнул черный сгусток основного луча. Он уперся в корпус летательного аппарата, тип которого компьютер так и не смог определить. Реварт убрал палец с кнопки. Нескольких секунд излучения вполне достаточно, чтобы вскрыть борт бронированного бота и выжечь ему все потроха.
– Цель идет прежним курсом, – сообщил напарник, дублируя то, что Реварт видел и сам.
– Ну, держись, – десятник скрипнул зубами.
Луч бут-грандера снова прочертил яркую полосу в небе. Теперь десятник не убирал пальца с гашетки, пока не иссякли химические компоненты в баллонах. Ни одно твердое тело не могло уцелеть в зоне выстрела из лазерной пушки подобного класса. Однако цель продолжала двигаться к крепости. Реварт приложил два пальца к лицевому щитку шлема и быстро прочитал короткую молитву, которой его научила мать. С точки зрения десятника, неуязвимость цели могла объясняться только ее потусторонним происхождением.
Платформа, на которой был установлен бут-грандер, плавно опустилась вниз. Зашелестел конвейер, пустые баллоны один за другим уплыли в подвал башни. На смену им конвейерная лента поднимала заполненные контейнеры со свежими компонентами. Перезарядка займет некоторое время, необходимое для приведения орудия в рабочее состояние. На раскаленном стволе заработали распылители, заливая покрасневший металл жидким азотом. По монитору побежали символы тестирующей программы. Не обошлось без небольших неполадок. Последний выстрел был слишком длительным. Автоматика заменила лампу накачки и предупредила о том, что еще три таких же продолжительных выстрела, и ствол можно будет выбросить на помойку.
– Сосед, я на перезарядке, – сказал Реварт, обращаясь к командиру зенитного расчета. Голос десятника едва заметно дрожал.