Развитие источника, хоть я и добрался до сорок первого уровня, значительно замедлилось. С точки зрения времени, скорость почти та же самая. Но если посчитать проценты и количество затрачиваемых усилий, то становится очевидно, что с каждым новым стандартом прогресс падает. В начале пути я по десять процентов в день поднимал. А сейчас? Гораздо меньше. Так что мне ещё месяц или два, чтобы подняться до заветных пятидесяти стандартов.
Сейчас основное, что я делал для развития источника — это прокачивал всё тело разом. В кулаках давно сформировал узлы, укрепил их и переключился на другие части тела: органы в первую очередь. Оказалось, их укрепление несёт несколько смыслов. Первый — защита, разумеется. На арене можно получить настолько сильный и подлый удар, который легко травмирует внутренности. Благодаря укреплению и самоисцелению мне эта участь грозила меньше, чем другим.
Правда, тут стоит уточнить, что остальные рабы злости тоже шли путём возвышения. Пусть извращенного, но всё же… Я достаточно насмотрелся, чтобы понять, в чем здесь суть. Когда ты постоянно дерешься, то есть имеешь дело с болью и агрессией, то это… Во-первых, повышает затраты организма, а во-вторых, способствует накоплению злости в теле. И её усвоению. Поэтому неосознанно люди тянули энергию внутрь себя и за счёт этого становились крепче.
Мой путь возвышения отличался, как небо и земля. Злоба — грязная, отравляющая энергия. Я же пользовался чистым источником.
— Ты не совсем прав, Эрик, — вмешалась Хол.
— Пояснишь?
— Сама по себе злоба не является злом.
— Вот как, — хмыкнул я, — В Эдеме с тобой не согласятся. Да и то, что я вижу здесь тоже противоречит этому.
— Тогда зло это любые трудности. Радиация на поверхности или холодный дождь.
— Ну, радиацию я не назову добром.
— Хорошо, объясню по другому. — с бесконечным терпением сказал Хол, — Насилие — это зло?
— Конечно.
— А если ты дерешься, чтобы защитить себя?
— Всё равно зло.
— А если дерешься, чтобы защитить свою семью? Как твоя мама…
— Хол, это подло, приводить её в пример.
— Переживешь, — легко отмахнулся она от моих чувств. Прям как мама. Та тоже любила высмеивать мои слабости и заблуждения, — Получается, она, защищая тебя, стала злом?
— Я понимаю, к чему ты клонишь. Но своего мнения не изменю. Моя мама убивала. Как бы я не хотел её оправдать, убийство есть убийство. Она сама мне так говорила. Как и отец.
— Получается, она плохой человек?
— Я… не знаю. Для меня нет, не плохой. Для тех, кого убила — безусловно плохой.
— Странно, ты вроде понимаешь, что одно и то же действие воспринимается по-разному в зависимости от точки зрения… Давай так. В каком случае злоба — добро?
— Ну ты и сказала, — внутренне расхохотался я. — Злоба это
злоба. В ней нет ничего хорошего.
Когда общаешься мысленно с субличностью, с голосом внутри головы, то невольно учишься выражать эмоции через образы, при этом сохраняя лицо невозмутим. Я не хотел, чтобы другие видели, как выражение лица меняется по непонятным причинам то и дело.
— А если отбросить предрассудки? — в голосе Хол звучала насмешка над моей закостенелостью и вызов.
— Не знаю. — честно ответил я, — При всём желание не могу оправдать злобу.
— Дам подсказку. Город.
— Что город? А, понял… Ты имеешь ввиду то, что злоба питает города? Запускает машины?
— Да. Это много где используется.
— Откуда ты знаешь?
— Твоя мама оставила целый архив размышлений о природе злобы и её использование в мире.
— Неожиданно. Хотя… она ведь темный маг, так что логично.
— Эрик, ты не глупый парень, развивай мысль.
— Я давно понял, что ты хочешь сказать. Но не уверен, что готов с этим согласиться. Злоба — как и всё остальное в мире, не плохое и недоброе. Это всего лишь инструмент. По твоей аналогии обычным ножом можно приготовить как обед, так и убить человека. Делает ли это нож злом? Очевидно, нет. Зло совершает тот, кто убивает. И да, я легко приведу примеры, когда убивают во благо, но всё равно буду считать, что зло есть зло.
— Отлично. Это и есть пример твердых принципов. Вопрос в том, куда они тебя заведут.
Если в начале фразы в голове возник образ группы поддержки, что аплодировала мне, то в конце — ощущение задумчивости и осторожности.
— Ты меня совсем загрузила. Давай лучше с новыми навыками разбираться. Может это решит хотя бы часть моих проблем.
Как и в первые раз, в рамках архетипов следующие умения выдали, когда я поднял предыдущие до пятого уровня. Что и случилось сегодня.
Архетип воина. Доступен навык: ускорение.
Архетип защитника. Доступен навык: укрепление костей.
— Уверена, ты и сам догадался по названием, что это за навыки.
— Да, чего тут гадать. Как ускориться?
— В этом умение важны два аспекта. Ускорение восприятия и физическое ускорение. Одно без другого проблематично. При высоких навыках боевого искусства, которых у тебя пока нет, тело может действовать значительно быстрее осознания мысли. На уровне рефлексов или так называемого интуитивного боя. Лет за десять с хорошими учителями может и научишься, — подначила меня Хол, — Тебе же надо сделать несколько другое. Научить ускорять восприятие и тело. Это похоже на навык усиления, так что быстро разберешься. С костями и того проще. Надо их как следует пропитать энергией и научиться её там удерживать. Это может помочь, если Рик захочет тебе что-нибудь сломать.
Хол говорила с энтузиазмом, но почему-то мне казалось, что она издевается. Очень завуалировано, но доля издевки точно присутствует.
Глава 14. Боль
Я ждал, что после того, как поднялся в рейтинге, Рик вызовет меня. Ожидание нервировало. Я постоянно оглядывался, высматривал его глазами и старался избежать встречи. Так прошёл день, я плохо выспался и на утро удар прилетел откуда не ждали.
Собираясь пораньше отправиться на работы, чтобы свалить подальше с кольцевой, выходя на улицу, я столкнулся с… Майки. Тот входил, я выходил и так случилось, что мы стукнулись друг об друга.
— Смотри куда прёшь, тупица, — вспылил он.
Моментально, сразу же вспылил. Глаза красные, взгляд бегает, а кулаки сжаты. Да и тело напряжено так, что поднеси спичку и вспыхнет.
— Майки, ты в порядке? — было видно, что его что-то беспокоит и не смотря на то, что наши пути сильно разошлись, я всё равно хотел ему помочь.
— Не твоего ума дела. Задолбал, — толкнул он меня в грудь. — Знал бы, как ты всех достал своим высокомерием! — Майки загородил проход, не давая уйти и плюнул мне под ноги, — Бой! Сегодня! Это официальный вызов! Принимаешь?!
Я настолько опешил, что непроизвольно кивнул. Ни разу ещё я не отказывал в поединке, даже если соперник заведомо сильнее. Не знаю, почему я согласился. То ли по привычке, то ли вызов от Майки настолько выбил меня из колеи. Он никогда меня до этого не вызывал. Другие соседи — да, бывало, но… Это было редкостью. Как никак, мы вместе жили, а развивать внутренние конфликты с теми, кто спит рядом, не самая лучшая идея.
На моё согласие Майки задрал подбородок, бросил высокомерный взгляд и свалил. Напоследок не забыв добавить:
— Вечером встретимся, неудачник.
И что это сейчас было?
— Хол! — заорал я мысленно, — Что это сейчас было?
— Тебя вызвали на поединок… — тихо заметила она.
— Да знаю я! Почему это сделал Майки? Почему он, а не кто-то другой?!
— Эрик, мне известно столько же, сколько и тебе. Я не знаю… — ответила она с грустью, — Но выглядит это странно, согласна.
Майки выглядел как человек, которого раздирает изнутри. Странно, непонятно… Чтобы не загрузиться, я пошёл, куда и собирался — выбирать работу. Но не дойдя до терминала увидел Майки. Он стоял в компании Рика и что-то говорил. Рик поймал мой взгляд и улыбнулся. Майки обернулся и скривился, заметив меня.
Вот как…
— Хол, может быть такое, что Рик настроил Майки против меня?
— Я не знаю…
— Хол! Не ври мне!
— Да, может, — с тяжким вздохом согласилась она.
— Тогда нам надо спасти Майки!
— Что ты хочешь?
Хол прекрасно знала, что у меня нет плана. Ещё она знала, что я и сам не знаю, чего хочу. Спасти, но как? Победить Рика? Сразиться с Майки? Проиграть ему? Это точно следует как следует обдумать.
***
— Майки, я не хочу с тобой драться.
— Это твои проблемы, — хмуро ответил парень и повел плечами, разминаясь.
Весь день я думал, что делать и как себя вести. Не придумал и в итоге оказался на арене. У меня пятьдесят седьмое место в рейтинге снизу, у Майки — шестьдесят второе. Я слышал, что про наш бой прознали. Кто-то растрепал, что я спас Майки из под завала, да и в лабиринте выручил. То ли поэтому, то ли ещё по каким причинам, прямо сейчас желающие делали ставки. Спорили на пайки, кто победит. Стандартное развлечение, в котором я никогда не участвовал.
— Зачем тебе это? — попытался я нащупать путь, как вразумить Майки.
Бой начнется в любой момент. Стоит Майки дать отмашку и всё, придется драться. Люди галдели, кричали нам, требовали перестать болтать. Я давно научился игнорировать лишние шумы, но сейчас их было особенно много.
— Потому что ты достал, — зло ответил Майки, — Ходишь с высокомерным видом, считаешь себя лучше других. Ты дерьмо. Неудачник и слабак.
— Это тебя Рик надоумил?
— Так про тебя думают все. У тебя нет друзей. Никто не хочет с тобой общаться.
— А у тебя есть друзья, Майки? Ты правда в это веришь?
— Да, есть! — вспылил он.
— Пусть так, верь в это. Но ты правда хочешь драться со мной? После того, как я спас тебе жизнь?
— Ты спасал не ради меня, а ради себя, — из Майки посыпались обвинения, — Чтобы доказать себе, какой ты хороший, — это слово он буквально выплюнул с презрением, — Золотой мальчик, не такой как все, тошно от тебя.
— Ты совсем спятил, Майки.
— Достал, — покачал он головой, — Хватит болтать! Бой!